Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

За золотой колесницей королевы следовала грубая повозка, на которой лежал огромный свёрток, завёрнутый в львиные шкуры. К повозке были прикованы Тудос и Джемнон. За ними шла целая сотня колесниц, которыми управляли одетые в доспехи благородные. Другая группа пеших благородных окружила колесницу Немоны.

Во главе процессии шли колонны воинов, а замыкали её боевые львы Катны, а также боевые львы королевы. Надзиратели держали их на золотых поводьях, а гордые представители самых древних аристократических семей маршировали рядом с ними.

Дикая, первобытная красота этой сцены произвела глубокое впечатление даже на человека-обезьяну, хотя внешне он не обнаружил никакого интереса к этому. Он спокойно шествовал возле колесницы Немоны, которую тянули восемь львов, еле сдерживаемых в узде двадцатью четырьмя чернокожими великанами-рабами, одетыми в красные с золотым шитьем туники.

После того как процессия вышла из города и, миновав Золотой мост, начала медленно вытягиваться по дороге, ведущей на север к Полю Львов, до ушей Тарзана стали долетать обрывки разговоров жителей Катны:

— Здесь и чужеземец, победивший Фобека.

— Да, он заменил Эрота в совете.

— Теперь он фаворит королевы. Скоро и он станет таким — все они одинаковы, когда дорываются до власти и богатства.

— А где Эрот?

— Думаю, что королева уже предала его смерти.

— Ходят слухи, что Мдуза умерла.

— Да, она умерла. Муж моей сестры служит во дворце, он и сказал об этом.

— Что такое?

— Мдуза умерла! Наверное, Тоос внял нашим молитвам.

— Вы слышали? Мдуза умерла.

Эта весть волной прокатилась по людскому потоку, всюду вызывая ликующие возгласы: «Мдуза умерла!»

Безусловно, эти восклицания не остались не услышанными королевой, однако она всем своим видом показывала, что не придает им ни малейшего значения. Она сидела гордо выпрямившись и пристально глядя вперёд. Что происходило сейчас в её душе, какие страсти таились под этой холодной маской, не дано было никому знать. Прикованные цепями к повозке, за нею шли двое её врагов, остальные были в тюрьме. Девушка, посмевшая соревноваться с нею в красоте, лежала без признаков жизни в кожаном мешке, её постигло суровое возмездие. Мужчина, которого она любила, идёт рядом с ней. Немона должна быть счастлива, но она не испытывала счастья.

Солнце поднялось уже довольно высоко и беспощадно обрушило свои раскаленные лучи на головы людей, идущих в процессии. Рабы распахнули зонт и подняли его над головой королевы, другие же отгоняли насекомых привязанными к длинным шестам львиными хвостами, которыми они размахивали с обеих сторон королевской колесницы.

Немона вздохнула и повернулась к Тарзану.

— Почему ты опоздал? — спросила она.

— Нет ничего странного в том, что я проспал, — ответил человек-обезьяна, — было очень поздно, когда я ушёл из дворца, да к тому же, поскольку ты бросила в тюрьму Джемнона, было просто некому разбудить меня.

— Если бы ты хотел увидеть меня снова так, как я этого хочу, ты бы никогда не опоздал.

— Я стремился сюда так же, как и ты, — ответил Тарзан.

— Ты никогда не видел Ксаратора? — спросила Немона.

— Нет.

— Это святая гора, воздвигнутая Тоосом для врагов королей и королев Катны. В целом мире ты не найдешь другой такой горы.

— Я с большим удовольствием посмотрю на неё, — весело заметил человек-обезьяна.

В это время процессия подошла к развилке.

— Дорога, которая ведёт вправо, проходит через Тропу Воителей и достигает долины Тенар, — объяснила Немона. — Когда-нибудь я пошлю тебя в набег на Тенар и ты принесёшь мне голову одного из самых знаменитых воинов Атны.

Тарзан подумал о Валторе и пожелал ему благополучно добраться до дома своего отца. Он оглянулся на Тудоса и Джемнона. Пока что ему не удалось переговорить с ними, и именно ради этого он шёл теперь в колонне. Властелин джунглей легко бы совершил побег, но он должен был остаться до тех пор, пока не окажет помощь своим друзьям. Их положение было безнадёжным, но все же в глубине души Тарзан надеялся на благополучный исход.

В полдень процессия остановилась, чтобы немного отдохнуть и подкрепиться. Толпы людей ринулись искать тенистые места под деревьями, которые ещё не успела занять прислуга королевы или благородные. Львов также завели в тень, где они и отдыхали теперь. Ввиду опасности неожиданного нападения врага, существующей здесь, на Поле Львов, постоянно, воины окружили это временное пристанище.

Привал занял не много времени, через полчаса шумная кавалькада двигалась снова. Но теперь уже разговоры смолкли, тишина и жарища повисли над пыльной колонной. Горы подступали все ближе и ближе, образуя каньон, через который пролегала извилистая дорога, ведущая к вершинам.

Вскоре в воздухе запахло серой, и чуткие ноздри человека-обезьяны первыми уловили это. Через несколько минут колонна, обогнув массивную вулканическую скалу, вышла к краю огромного кратера. Глубоко внизу булькала расплавленная лава, посылая вверх огромные языки пламени, клубы пара и столбы желтого дыма. Мощь природы производила глубокое впечатление на людей и вызывала чувство благоговейного страха. Задолго до появления Катны, Рима, Афин, Вавилона, Египта величественно и гордо возвышался Ксаратор над близлежащими горами.

Рядом с этим могучим котлом величие королевы и её благородной свиты выглядело весьма жалко и незначительно, хотя, скорее всего, никто в толпе не понимал этого. Тарзан стоял со скрещенными на груди руками и, склонив голову, смотрел вниз на клокочущую преисподнюю, пока королева не тронула его за плечо.

— Ну как тебе нравится Ксаратор? — спросила она. Тарзан покачал головой.

— Я испытываю необычные чувства, — медленно произнёс он, — но я не в силах их объяснить.

— Он был создан Тоосом для королей Катны, — гордо сказала Немона.

По обе стороны королевской группы на краю вулкана собралось множество любопытных. Тарзан