"Фантастика 2023-141", Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Черчень Александра

— Ой, спасибо вам большое. И что бы я без вас делала!

Но девушка не спешила ложиться, вместо этого она повернулась назад и громко выкрикнула: «Мама! Подойди к нам!».

Именно в этот момент Ягодецкий понял, что его коварному плану не суждено было сбыться.

Он захотел бросить эту затею, придумать внезапные дела или что-то ещё, но пока размышлял какие слова подобрать, из толпы вышла старушка в косынке.

Вот и всё. Бежать уже поздно.

— Мама, этот молодой человек обещал помочь тебе справиться с болью. Попробуем?

— Ох, какой вы красивый! — улыбнулась старуха, — Вот так жених из вас получится!

От её слов в голове Мити появился другой план. Он постарается показать себя в лучшей красе, чтобы женщина заинтересовалась потенциальным зятем, а там глядишь и до дочери добраться получится!

— Спасибо! Уже много лет поддерживаю себя в форме. Лучший в колхозе! На работе все мужики завидуют, тоже хотят, вот только ни у кого не хватает выносливости и дисциплины. Это редкость в наше время, сами понимаете. Вы ложитесь, сейчас я вам всё покажу.

— Что есть, то есть. Молодёжь нынче о другом думает. Есть сосед у нас, Лёшка, спился с дуру. А такой парень был...

— А ведь много таких как он! Я, между прочим, вообще не пью! В здоровом теле — здоровый дух! — Митя продолжал заниматься саморекламой.

Женщина легла на лавку и задрала руки за спину, как и рекомендовал чудесный тренер. Вот только у неё едва это получалось.

— Сейчас я вам помогу, позвольте! — он ухватился за её руки и потянул их вверх, как вдруг раздался хруст.

— Ой, больновато что-то мне... — засомневалась старуха, но Митя поспешил её успокоить.

— Это нормально в вашем-то возрасте. Над гибкостью тела нужно работать! Сейчас сделаем небольшую разминку, а как встанете, так сразу почувствуете облегчение. Гарантирую вам!

Он потянул её руки ещё сильнее вверх.

Странный хруст раздался снова.

— Ой! Ай! Больно! — завопила что есть мочи женщина, — Хватит! Остановитесь!

— Мама! Что-то случилось? — испуганно подбежала к ней дочь.

Ягодецкий тут же отпустил руки женщины и испуганно отошёл в сторону. Кто же знал, что не стоит так сильно тянуть?

Старуха попыталась встать с лавки, но сильная пульсирующая боль ещё сильнее ударила в спину. Женщина упала на землю.

— Что вы наделали! Помогите же нам! — девушка обернулась чтобы найти глазами виновника, но от Ягодецкого и след простыл. Он исчез также быстро, как и появился.

Неравнодушная толпа помогла женщине встать на ноги, но та едва могла передвигаться.

— Да чтоб ему пусто было! — злобно пробормотала старуха.

О произошедшем с несчастной старушкой Лидией Пантелеевной я узнал только на следующий день. Полина Лихачёва, её дочь, ворвалась ко мне в кабинет утром и начала слёзно умолять меня отвезти её мать в фельдшерско-акушерский пункт в Красную Зарю.

Как назло, делегировать эту задачу мне сегодня было некому, все машины заняты. Но и оставить людей в беде я не мог. Так что, проклиная Ягодецкого на чём свет стоит, я вызвал Андрея и мы вместе с ним, да с Полиной, кое-как погрузили бабульку на заднее сидение. Её сегодня так скрутило, что она буквально не могла разогнуться.

Сначала я думал отправить Андрея одного, но всё-таки решил и сам съездить. У меня как раз накопилось несколько вопросов к председателю Красной Зари, да и заодно хотел узнать, известно ли что-то про нашего нового участкового. Пока что за порядком следил временно заменяющий его милиционер из Ульяново.

Но стоило мне выйти из ФАПа, как я понял, что о моём приезде уже знает, наверное, вся Красная Заря. По крайней мере, на выходе меня уже поджидала девушка, представившаяся как Светлана Огурцова.

— Просто хотела посмотреть в глаза человеку, который разрушил мою семью, — зло выпалила она, — вы совершили чудовищную ошибку, мои муж, отец и мать ни в чём не виноваты. Вы просто из зависти это сделали, признайтесь же, — она перешла на крик, — признайтесь, что просто завидовали тому, как уважают папу! Вы просто подлец!

Она уже орала на всю улицу так, что вокруг начали собираться люди. Я же просто молчал, не видя смысла разговаривать с женщиной в истерике. Тем более, что она полностью не права.

Зато, наблюдая за остальными колхозниками Красной Зари, которые к нам подошли, я видел, что они тоже смотрят на меня злыми неодобрительными взглядами. В конце концов, один из них решил тоже вмешаться.

— Вот-вот! Он и нашего председателя извёл из зависти, сразу видно! Молодой, а уже такой гнилой!

Другие начали ему поддакивать, да уж. У колхозников Красной Зари оказалась совсем иная правда.

Впрочем, для них-то Алексеев, наверное, и правда был отличным председателем. Да и Огурцов, возможно, пользовался уважением.

— Может поедем уже в правление, а потом вернёмся за Лихачёвой, — шепнул мне Андрей.

— Пожалуй, — согласился я и сел в козлика под не прекращающиеся крики толпы.

Ситуация накалялась. Не хватало ещё тут подраться с кем-то.

Хорошо хоть Лапин встретил нас нормально. Впрочем, нам с ним делить ещё было нечего. Так что быстро обсудив дела и, не узнав ничего нового про участкового, мы заехали за Лихачёвой, которой уже что-то вкололи и посоветовали не увлекаться нетрадиционными методами лечения.

Толпа, к счастью, уже разошлась, и мы вернулись в Новый Путь.

Москва, министерство электронной промышленности.

Министр электронной промышленности СССР, Шокин Александр Иванович, придирчиво осмотрел раздачу министерской столовой, вздохнул и выбрал холодный свекольник, бефстроганов с картофельным пюре, витаминный салат и двойной компот с сухофруктами. Расплатившись он сел за свободный столик и начал обедать.

Кормили в его родном министерстве конечно не так как в столовой ЦК, где черная икра стоила 85 копеек за сто грамм, а вкуснейший черниговский борщ — 19, но тоже очень прилично.

Обычным заводским столовым Советского Союза до этого качества как до Луны. Хотя на ленинградской «Светлане» кормили очень даже вкусно. Но это скорее всего потому что Филипп Георгиевич Старос, начальник Ленинградского Конструкторского Бюро министерства электронной промышленности, был там частым гостем. А про любовь этого бывшего американца, а ныне талантливого советского инженера и ученого, к вкусной еде знали все.

Задумавшись о своей последней поездке в Ленинград, к Старосу, Шокин и не заметил как напротив него кто-то сел. От воспоминаний о городе трёх революций министра оторвал звук опустившегося на стол подноса и доброжелательное приветствие.

Подняв голову товарищ Шокин увидел Виктора Михайловича Глушкова, который устроился напротив него с точно таким же набором блюд.

— Здравствуй, Александр Иваныч и приятного аппетита, — поздоровался с Шокиным академик, с которым они давно были на «ты».

— Тебе тоже, Виктор Михалыч.

Несколько минут мужчины молча обедали, а вокруг стола где сидел министр образовался своеобразный круг отчуждения. В министерстве все знали, что их начальник периодически любит обсуждать рабочие вопросы, включая те, что обычно проходит под грифом ДСП, за обедом. И все понимали что Глушков подсел к министру не случайно, а для разговора. А раз так, меньше знаешь, крепче спишь.

— Ну говори зачем пришёл, — нарушил молчание Шокин, прикончив второе с салатом и сделав большой глоток компота, — не поверю, что ты просто решил составить мне компанию за обедом.

— Ты, Александр Иваныч, наверняка уже знаешь о моей калужской инициативе, — Глушков начал разговор издалека.

— Конечно знаю, как-никак, все ЭВМ Союза — это моя вотчина. Да и Мацкевич, — Шокин имел в виду министра сельского хозяйства СССР, — мне уже всю плешь проел. Его, видите-ли Косыгин вызвал и два часа увещевал на тему содействия прорывному начинанию товарища Глушкова в Калужской области. Так что Владимир Владимирович теперь бегает как наскипидаренный и готов оказывать это самое всяческое содействие. С Косыгиным твоя работа?