Разлучи нас, смерть! (СИ) - "Ginger_Elle"

И вот теперь он уехал из Лондона.

Дэниела удерживали в городе дела, а выходные он обещал провести с детьми, которых в рабочие дни почти и не видел. Джейсон же отправился в Портофино, по непонятным Дэниелу причинам вдруг решив заняться парусным спортом. Астон даже не мог сказать поначалу, нравится ему эта идея или нет, но потом решил, что у Джейсона для человека его возраста не так уж много развлечений, и пусть он забавляется яхтами и бултыхается в море, если ему так хочется.

***

Джейсон вошёл в спальню и упал на кровать. После нескольких часов борьбы с парусом сил уже не было ни на что — даже на душ. Он представлял, что это будет легче. Хотя сейчас, после двух недель ежедневных тренировок, он уже чувствовал себя не так плохо, как в самые первые дни, и даже начал получать настоящее удовольствие от процесса.

Сегодня он планировал уже ничего не делать, просто отдохнуть в номере, пораньше поужинать и лечь спать. Утром надо было рано встать, чтобы ехать в Цюрих. Джейсон, хотя Эдер и предлагал прислать за ним «гольфстрим», решил поехать на машине. Во-первых, ему почти не удавалось посидеть за рулем подаренного Дэниелом «Бентли» (про езду на нём по узким улочкам старинных итальянских городков вообще можно было забыть), во-вторых, было просто интересно проехать через Альпы.

Две недели в Италии пролетели невероятно быстро. За исключением одного-единственного дня погода была подходящей для плавания на яхте, по крайней мере, для такого новичка, как он. Хороший сильный ветер был ему не нужен. Он осваивал швертбот 420 класса, как раз подходящий для начинающих.

В дополнение к обучению Джейсон планировал немного поездить по окрестностям, посмотреть на достопримечательности, но в итоге так почти никуда и не выбрался и посмотрел только Геную и Чинкве-Терре.

Охрана невыносимо скучала, часами слоняясь по берегу или пирсу, пока Джейсон занимался с инструктором. Они с ним неплохо поладили, и Джейсон даже подумывал, что можно было бы поужинать с Альфредо в каком-нибудь прибрежном ресторанчике — всё равно у него не было другой компании кроме Дэвиса и его подчинённых, — но решил, что не стоит раздражать Дэниела. Тот и без того был зол на него за то, что он уехал из Лондона, а если он прочитает в отчётах охраны про обед или ужин с тридцатилетним инструктором, то вполне может примчаться из Великобритании, чтобы лично вытрясти из него душу. К тому же Дэвис словно бы невзначай заметил, что Астон заинтересовался скромной персоной Альфредо. Джейсон намёк понял.

***

После приезда в Цюрих Джейсон едва успел оставить вещи в квартире Дэниела и переодеться перед тем, как отправиться на деловой обед вместе с Астоном и несколькими его коллегами-банкирами. После двух недель на побережье он не сразу включился в ритм и суть беседы. Он словно прибыл из другого мира: ему казалось странным видеть всех этих людей в строгих костюмах и галстуках во время июньской жары, хотя и он сам сидел за столом в таком же костюме.

До обеда Дэниел успел обменяться с Джейсоном лишь кратким приветствием, а после окончания встречи ему надо было ехать в офис. Наедине они остались лишь в машине на те несколько минут, которые требовались, чтобы доехать от ресторана до банка. Дэниел бросился целовать Джейсона через секунду после того, как шофёр закрыл дверь.

— Господи, Джейсон… Я так скучал по тебе.

— Я тоже… особенно по ночам.

— Возвращайся в Лондон.

— Я так понял, что твоя жена остаётся там еще на неделю.

— Да, — качнул головой Астон, — она решила, что ей в этом году надо посетить скачки в Аскоте. После них она уедет в Париж. Но это будет только в двадцатых числах. Возвращайся…

— Нет, не проси, — ответил Джейсон, возобновляя поцелуй. — Сегодня и завтра мы будем вместе, а там останется всего несколько дней.

— Джейсон, это глупо. Что за нелепая фобия? Все прекрасно знают о наших с тобой отношениях, а ты, как малое дитя, отказываешься не то что в одном городе, даже в одной стране с Камиллой находиться.

— Неправда, — улыбаясь, возразил Джейсон, — прошлым летом я приезжал в Париж, когда она была на Кап-Ферра.

— Да, это большое достижение — на двух противоположных концах одной немаленькой страны. Как бы мы могли продолжать наши отношения, не будь у меня своего самолёта?

— Стал бы я с тобой встречаться, если бы у тебя не было самолёта… — фыркнул Джейсон.

— Всегда подозревал, что у тебя самые что ни на есть корыстные цели, — пробормотал Астон, целуя Джейсона яростно, сильно, больно, чуть не до крови прикусив ему губу.

Когда Дэниел после рабочего дня в банке приехал домой, Джейсон не вышел его встречать, как это бывало обычно. Астон прошёл в спальню: Джейсон лежал на кровати на животе спиной к дверям, погруженный в чтение журнала. В ушах были наушники, поэтому он и не слышал, как Дэниел вошёл. Тонкая голубая рубашка обрисовывала стройную спину и плечи, подчёркивая тёмный загар. Астон тихо приблизился к Джейсону сзади и обнял, коснувшись губами затылка. Тот резко перекатился на спину:

— У меня чуть сердечный приступ не случился! — воскликнул Джейсон, снимая наушники и нажимая кнопку на маленьком плеере.

— Нина Симоне? — угадал Дэниел, услышав короткий отрывок песни. — Чем это ты так зачитался?

— Каталог аукциона, — Джейсон показал обложку.

— Часы?.. Будешь теперь пополнять свою коллекцию на аукционах?

— Я не коллекционирую их, — поправил Джейсон. — Коллекционеры обычно придерживаются какой-то тематики: собирают часы определенной марки или сделанные в какой-то один период. К тому же, они эти часы обычно не носят — просто созерцают. У меня более практический подход.

— Тем не менее, ты просматриваешь аукционные каталоги.

— Это первый, — признался Джейсон. — Меня заинтересовал один конкретный лот. Скорее, абстрактно… Случайно наткнулся в интернете на обзор выставленного на торги. Аукционный дом находится в Женеве, попросил их прислать каталог в твой офис там. Воспользовался служебным положением.

— И что за лот?

— Наручные часы, восемнадцатикаратное золото. "Патек Филип". Сделаны в единственном экземпляре в 1925 году на заказ для одного чикагского промышленника. Если тебе интересно, он производил мыло — не так уж романтично. Он разорился и своих часов так и не увидел: когда они пришли из Швейцарии, то достались то ли банку, то ли каким-то ещё кредиторам. Часы очень элегантные и сдержанные. В моём вкусе, — Джейсон открыл нужную страницу в каталоге.

— У меня есть агент, который делает покупки на аукционах. Обратись к нему, пусть купит.

— Нет, я не думаю, что это имеет смысл… Слишком дорого, — поморщился Джейсон.

— Сколько?

— Стартовая цена двести пятьдесят тысяч. По оценке, они уйдут за шестьсот-семьсот. У них была пара — женские часы на цепочке, более интересные внешне, с бриллиантами. Они были заказаны для жены, но их так и не выкупили. Два года назад их продали на Сотбис в Женеве за девятьсот пять тысяч.

— Я уже говорил тебе: ты можешь получить всё, что только захочешь.

— Не за безумные деньги…

— Согласен. Всему должен быть разумный предел. Давай ограничимся, скажем, полутора миллионами на эту покупку.

Джейсон неверящим взглядом смотрел на Дэниела.

— Я не собирался их покупать…

— Хорошо, их купит мой агент. И вообще, хватит о часах. Я не видел тебя две недели, почему мы разговариваем о какой-то ерунде?

— Не знаю, ты первым начал, — улыбаясь, сказал Джейсон и устроился на кровати так, чтобы оказаться вплотную к Дэниелу. — Давай поговорим о серьёзных вещах. Как дела с «Юнион Атлантик» и терминалом в Комптоне, юристы наконец договорились?

— Да, позавчера я подписал договор на покупку терминала и ещё кучу бумаг.

— Поздравляю. Почему ты мне не сказал, когда звонил?

— Теперь уже ничего интересного. Мы же давно договорились, осталось только обсудить мелкие детали, в которые я особо не вникал, — отмахнулся Дэниел. — Думаешь, я предлагал тебе об этом поговорить?