Война мага. Том 2. Миттельшпиль - Ник Перумов

Ректор коснулся рукояти кинжала под накинутой толстой шубой. Когда-то в молодости он слыл бретёром и забиякой, студенческие дуэли были едва ли не любимым развлечением, опережая даже магию. Годы, годы, эх, всё-таки они берут своё, не изматывая тело, так вымывая нужное из памяти, ловкость и сноровку из рук, привыкших к книгам и посоху вместо эфеса клинков.

– Мы начнём на закате, преподобный отче, – тем временем уверяла инквизитора Мегана. Как раз столько требовалось подкреплению магов, чтобы добраться до Пика Судеб.

– Отлично. Вечером. Решено, – кивал отец-экзекутор, благожелательно улыбаясь чародейке. От этой улыбки милорда ректора всякий раз пробирала дрожь.

Армия никуда не двигалась. По-прежнему подтягивались отставшие тысячи, мало-помалу лагерь становился всё более многолюдным. Ни Анэто, ни Мегана не находили себе места. Постоянно на виду, под сотнями взглядов, они боялись даже встретиться глазами, не подозревая, что о них уже судачит весь бивуак.

…Стемнело, когда вконец измученный ожиданием Анэто наконец-то уловил неслышимый (хотелось бы верить!) для других короткий сигнал, трель певчей птицы. Его резерв прибыл.

«Предельщики» весь день без отдыха занимались тем, что милорд ректор порою именовал «добровольным безумием», конструируя невообразимые каскады заклятий, долженствующих наверняка покончить с преподобным отцом. Девяносто девять из ста их предложений окажутся и впрямь безумными, но одно – ах, хотя бы одно, ничего больше и не надо! – обязано сработать.

Без малого две сотни чародеев до поры до времени держались подальше от бивуака. Нет ни времени, ни возможностей не торопясь, тщательно продумать действительно всеуничтожающее заклятье, поэтому Анэто, рассчитывая не только на «предельщиков», в крайнем случае решил ударить самой обычной молнией, влив в неё через «кольцо» магов как можно больше мощи.

Когда пали вечерние тени, милорд ректор и хозяйка Волшебного Двора всё-таки смогли уединиться. Всё, что в человеческих силах, они сделали. И теперь самые могущественные из эвиальских чародеев стояли друг перед другом, краснея, словно подростки, по-детски держась за руки, и молчали.

– К-когда всё это кончится, – вдруг с трудом произнёс Анэто, – Мег, приезжай в Ордос. Хватит уже… мотаться по свету.

– Или ты приезжай на Волшебный Двор…

– Да хоть куда-нибудь, – вырвалось у мага. – Чтобы только ты и я. Банально, правда?

– Естественное не бывает банальным… милый. – Последнее слово всё ещё давалось Мегане с трудом.

– Сейчас явится Этлау… мы ему обещали.

– Угу. Но, вот только кончится это… ты от меня не уйдёшь, – посулила Мегана. – Я не для того… э-э-э… пребывала в аскезе столько лет, чтобы теперь…

– Прошу прощения, если помешал, – раздался снаружи громкий голос отца-экзекутора. – Возлюбленные чада, не пора ли нам приступать?

– Воистину пора, преподобный отче, – промурлыкала Мегана, поспешно накидывая капюшон. В её глазах стыла тоска, но в голосе не отразилось ничего. Во всяком случае, ничего такого, что мог бы прочесть один из святых братьев.

Милорд ректор и хозяйка Волшебного Двора в последний раз обменялись взглядами. Кончики пальцев быстро встретились и тотчас отдёрнулись. Лица заледенели, незримые маски надвинулись вслед за капюшонами, и к топчущемуся снаружи отцу-экзекутору вышли два совершенно иных человека.

– Мы отправимся за Разрушителем…

– Вместе с вами, преподобный…

– По установленному нами следу…

– Мы взойдём на тонкие пути …

– И очень скоро будем там, куда зверь тьмы унёс его…

– Но проклятый Разрушитель не уйдёт от нашей святой мести…

Они почти вели Этлау под руки с обеих сторон, туда, где вчера бушевало пламя. Холодный зелёный огонь оставил после себя громадную проплешину иссиня-чёрного оплавленного камня. Ночью прошёл лёгкий снежок, но пятно цвета воронова пера так и осталось незанесённым, что странно, потому что никаким жаром от него не тянуло.

Спиной, затылком, всем существом Анэто чувствовал устремлённые на него взгляды товарищей-магов. Когда он подаст сигнал, они составят «кольцо», перебрасывая всю свою силу на него одного. Милорд ректор с чисто мужским пренебрежением – в его понимании «защитой» – оставил Мегану вне этой связки.

– Спаситель был бы доволен вами, чада мои, – беззаботно болтал тем временем Этлау, словно ничего не подозревая. – Это заклятье – что, настолько сложно?

– О да, святой отец, – елейно подтвердила Мегана. – Весьма и весьма. «Анналы Тьмы», преподобный, повествуют о сущности Разрушителя очень подробно, однако детали эти не из тех, что пригодятся в чародействе. Приходится двигаться на ощупь, а метод проб и ошибок, увы, здесь неприменим.

– Но мы преодолели всё это. – Анэто с усилием развёл закаменевшие челюсти, стараясь, чтобы голос звучал почтительно и естественно. «Сейчас ты заплатишь за всё, – мстительно подумал он, и даже думать об этом было радостно. – За всё, за всё, инквизитор. За Эбенезера Джайлза в том числе. Мы отдали его тебе, палач, мы сцепили зубы и промолчали „во имя высших интересов“, но сейчас, похоже, эти самые „высшие интересы“ требуют от нас совсем другого».

– Сюда, ваше преподобие. – Мегана шагнула на скользкий, гладкий словно зеркало, оплавленный камень.

– Предаю себя с радостью в руки твои, дочь моя, – выспренно отозвался экзекутор. Его нога коснулась чёрной поверхности, и в этот миг Анэто подал сигнал.

Ректор дрожал от нетерпения. Куда более сильного, чем у юнца перед первым свиданием. Они с Мег поставили на это всё, что имели, и, если они потерпят неудачу, власть Этлау и ему подобных над Эвиалом станет абсолютной. Да, магов ещё много, но все лучшие собраны здесь, у Пика Судеб.

Сигнал. Короткое заклятье, быстрое и незаметное, как скользящая среди мшистых камней ящерка. И сразу же Анэто словно коснулись десятки невидимых рук, упёрлись в спину, толкая вперёд, так что он теперь не смог бы повернуть назад, даже если бы очень хотел.

– А-и-и-и-и-и!!! – дико взвизгнула Мегана, изгибаясь дикой кошкой и бросаясь в сторону.

Может, Этлау решил, что таково начало обещанного ему «очень сложного заклятья», во всяком случае, он замер, оторопело уставясь на чародейку.

Анэто выдохнул, закрыл глаза и в одну бесконечно длинную секунду прошептал ключевое слово, приводящее в действие весь выстроенный «предельщиками» каскад.

Конечно, проще всего было бы просто всадить инквизитору в спину простой и честный нож, но… Анэто слишком хорошо помнил, что это не удалось Разрушителю на пару с драконом, и потому решил не рисковать. Если что-то и пробьёт загадочную защиту святого отца – так это магия, рафинированная, невероятно сложная, тщательно спрятанная от любого обнаружения, магия разящая, убийственная, сокрушающая…