Дитя среди чужих - Фракасси Филип

А выбор немаленький.

6

Генри выпрямляется на кровати, закрыв глаза. Покачиваясь. Его разум слишком переполнен, чтобы чувствовать, как голова бьется о твердую стену – бум-бум-бум.

Малыш вылез.

Мать злится.

Мать решила, что все они угроза для нее и ребенка, и она сделает все, чтобы противостоять этой угрозе,– пожертвует собой, если потребуется.

Пожертвует Генри?

Легко.

Она близко, достаточно близко, чтобы забрать свое дитя, увести подальше от мужчин и оружий, от возможной смерти.

Это ее дар. Это ее право. Ее и таких, как она. Тех, что живут внизу. Древних, священных существ, которые жили на земле миллионы лет, гораздо дольше, чем люди, заполонившие планету.

Со временем многие силы, многие секреты были утрачены. Загнаны во тьму так, как она и другие, подобные ей, в леса и пещеры, в подземные миры.

Она может призывать насекомых и животных. Она может наслать нашествие змей, чтобы напугать. Запустить тучу воробьев, которая затмит солнце.

Вместо этого она призывает тех, кто голоден, чьи животы скручивает жажда мяса, кто разгрызает трупы и мусорные баки, кого пинают, мучают, сжигают и оставляют на холоде на произвол судьбы.

Она повелевает дичью, живущей в лесу и окружающих его ветхих поселениях, теми, кто живет в переулках и сточных канавах; городскими крысами и канализационными тараканами. Выброшенными, забытыми, как расходный материал.

Она призывает собак закончить то, что начала.

7

– Где Пит? – спрашивает Джим.

Лиам закрывает входную дверь и задвигает засов. Он прислоняется к прохладному дереву, в голове стучит, кровь бурлит. Собаки продолжают выть, но в данный момент у него есть более веские поводы для беспокойства. Во-первых, поскольку Грег почти что помер, а Дженни превратилась в рыдающую психопатку, с деньгами разобраться могут только они с Джимом.

Еще и Пит пропал.

– Понятия не имею,– говорит Лиам, уставившись на пустые одеяла, где утром лежал Пит – до того, как они допросили Генри, до того, как Грегу выжгли глаза, а лицо превратилось в сморщенную задницу.– Проверю наверху.

Лиам пересекает комнату и поднимается по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, оставляя Дженни утешать брата, а Джима – решать, что делать дальше.

Дверь Генри закрыта, но не на засов, и Лиам морщится от своей ошибки. Он не помнит, закрыли ли они вообще эту чертову штуку, когда неслись оттуда, испугавшись криков Грега. После всего, что произошло, никто из них не может мыслить здраво.

Он открывает дверь, почти ожидая, что Генри пропал. Или умер, а Пит стоит над растерзанным трупом с окровавленным ножом и ухмылкой Джека Потрошителя.

Но Генри там, на своей кровати, натянув одеяло на колени и крепко прижав его к груди.

– Генри?

– Закрой, пожалуйста,– отзывается Генри, и Лиам слушается, гадая, что так напугало парня, раз он даже не смог открыть дверь и выйти. «Может, вой собак,– думает он.– Я вот точно обосрался».

– Ты услышал собак? Не бойся, это просто дикие дворняжки.

Генри смотрит на Лиама почти что с жалостью.

– Лучше спустись вниз,– говорит он, словно извиняясь.– Думаю, ты им там понадобишься.

Похолодев от тона Генри, Лиам с тревогой сжимает дверную ручку.

– Ладно, приятель. Не волнуйся. Оставайся здесь, в безопасности. Через несколько часов все это станет плохим воспоминанием. Сегодня тот самый день, Генри. Скоро мы уедем, и завтра в это же время ты будешь в «Макдоналдсе» с двадцатью чизбургерами.

Генри одаривает Лиама таким же печальным взглядом. Жалостливым.

– Это вряд ли,– тихо говорит Генри, изучая свои руки.

Лиам не знает, как утешить мальчика, поэтому уходит.

Внизу Джим расхаживает по комнате. Он вопросительно смотрит на Лиама, и Лиам качает головой.

– Пита там нет.

– Черт,– бормочет Джим себе под нос.– Думаешь, сбежал?

Лиам достает пистолет, небрежно вынимает обойму и осматривает. У него полный запас – семнадцать пуль. У Джима 38-й калибр, шестизарядник, скорее всего, тоже полный.

– Не знаю,– отвечает Лиам.– Ты взял с собой дополнительные патроны?

Джим пожимает плечами.

– В кармане есть еще парочка. Я немного торопился. А что?

– Плохое предчувствие,– говорит Лиам.– Может, просто парень напугал.– Мужчина оглядывает комнату и ловит взгляд Дженни.– Как он?

Грег неподвижно лежит на спине, но его дыхание кажется ровным. Дженни сидит рядом, скрестив ноги, и держит его безвольную руку.

– Вряд ли он умрет,– отвечает она.– Но ему очень больно. Его глаза… – Она переводит дыхание и продолжает: – Твою мать, да что мне знать? Очевидно, ему надо в больницу, но я полагаю, вы, подонки, нас не отпустите.

Лиам игнорирует последнее замечание и подходит к окну, выглядывая в щель между досками. Он замечает по меньшей мере шесть собак перед домом. Остальных не видно.

– Ну, я бы предложил поискать Пита снаружи,– говорит он,– но мне не очень нравятся эти песики.

– Давай немного подождем.– Джим тяжело опускается у дальней стены, рассеянно почесывая затылок.– Может, он просто пошел отлить.

Покончив с едой, малыш отползает от того, что осталось от мяса. Он смотрит на открытую дверь, ведущую к яркому, болезненному свету. Затем он отворачивается и проскальзывает через дыру в кирпичной стене, ведущую в прохладную темноту.

Внутри большой комнаты есть лестница к двери, за которой чувствуется запах еды. Охваченный любопытством, он поднимается, и дверь легко распахивается от одного прикосновения, не издав ни звука.

8

Сали сидит на заднем сиденье одного из двух черных «Шевроле Субурбан», ожидающих на прогретом солнцем асфальте. Позади стоят два «хаммера», выкрашенных в темно-зеленый камуфляж, сейчас там сидят два сержанта морской пехоты, исполняющие обязанности водителей, пока их не сменит новый отряд. Сали знает, что команда будет на своих машинах, но ради скорости хотел всегда быть наготове. Помимо машин они подготовили два вертолета, но Сали хочет убедить агентов, что лучше будет ехать по дороге, учитывая рельеф местности. Не то чтобы его послушают – как только эти парни приземлятся, сразу же возьмут все под свой контроль, и на то есть веские причины. Тем не менее, Сали приведет свои доводы и согласится с любым решением, которое примет руководитель команды.

Пока Сали размышляет, Дэйв тихо сидит рядом, глядя через тонированные пуленепробиваемые окна на большой участок серого бетона, скалистые утесы береговой линии вдалеке и горизонт голубого океана за ним.

– Я только проезжал мимо этого места,– глупо произносит он, будто ему нужно выговориться, чтобы выкинуть из головы ненужные мысли.– Ну, видел, как тут летали вертолеты. Но никогда не был внутри.

– Хорошо, только не фотографируйте, а то придется вас убить,– отвечает Сали, и Дэйв смотрит на него со смесью удивления, раздражения и беспокойства.– Извините, плохая шутка.

– Ничего, шутите дальше,– говорит Дэйв и нетерпеливо смотрит на небо.

Пендлтон – одно из многих военных учреждений ФБР, но Сали испытывает особую привязанность к этой морской базе, он много раз за эти годы полагался на добрую волю и сотрудничество местных командиров, чья эффективность беспрецедентна. Он гордится тем, что видит вооруженные силы в действии, и считает, что ему повезло связываться с ними при необходимости. В данном случае они предоставляют транспортные средства, персонал и посадочную полосу, достаточно большую, чтобы принять C-130 с двенадцатью пассажирами на борту, и их единственная миссия – спасти жизнь ребенка.

– Вот они,– говорит Сали и указывает через лобовое стекло на большой самолет, быстро и низко приближающийся с северо-востока. В сотый раз за этот день агент смотрит на свои часы. Прошло чуть меньше двух часов с тех пор, как он вызвал команду по спасению. Они подготовились и были на месте в течение двадцати минут после того, как он повесил трубку. Конкретно эта команда прибыла с базы в Техасе, и Сали не терпится проинструктировать их и приступить к работе.