Окраина. Дилогия - Игорь Гертов

"Физическая защита слабее. Но мы её слома не увидим".

"Качни мне в цепь. Отработаю по потолку".

Посыпавшиеся сверху обломки были достаточно крупными, чтобы доставить Зидо проблемы. На короткое время магистр ушёл в защиту.

"Серая плёнка вокруг, это "болото". Не вздумай рваться в близкий бой. Застрянешь".

"Блокировка перехода. Смотри".

Удар, поворот, щит. Уклоняться парочка, в отличие от магистра, не могла.

"Блокировка с внешним управлением. Просто и мощно. Зелёная точка - пульт. Он за пределами поля".

Мысли мелькали очень быстро. Даже не мысли, образы. Биро в любой момент мог точно сказать массу вещей, начиная с остатков энергии в накопителе и заканчивая состоянием собственного пальца, повреждённого упавшим с потолка камнем.

"Шестнадцать тонн". - Это был диагноз нейросети. При максимальном наполнении личного щита магистра, таков предел устойчивости.

"Точка максимального насыщения блокирующего плетения под магистром". Это уже Эрил разобралась в картинке, которую транслировал артефакт Биро. Нейросеть моментально отреагировала и расцветила картинку активности поля, блокирующего переход. Они находились на границе желтой зоны. Три метра вокруг Зидо - красная. Максимальное сопротивление.

Очередной поворот и артефакт Биро вырвал из пола слева внушительную плиту. Бетонный обломок полетел в Зидо. Моментальный поворот и удар Эрил, совпавший с ударом плиты. Бетонный кусок, по весу, превышал предел устойчивости личного щита. Зидо вынужден был срочно принимать меры.

"Ещё один раз и мы его продавим".

"Не даст".

Возникший из облака пыли Зидо был страшен. Обвисшая левая рука и залитый кровью глаз. Он скрипел и ругался, но на его действиях внешность сказалась слабо. Магистр в свою очередь сделал выводы и игра перестала быть игрой.

.

Спустя десять минут, тянувшихся целую вечность, положение пары стало гораздо хуже. Энергия в накопителе почти закончилась. Эрил пропустила удар и корчилась от боли. Самое плохое, что Биро всё чувствовал, но помочь не мог никак. То, что сейчас происходило, отнимало всё внимание.

Плотный овальный сгусток скользящего щита. И... то, что кое-кто назвал бы фехтованием. Щит летал в метре от Биро, рассекая и отражая несущиеся к владельцу конструкции. Пока всё работало. Но.

Выстрелы стали для Зидо очень неприятным сюрпризом. Пистолет выпустил всего три пули и был выбит одним из кучи обломков взметнувшихся с пола. Две срикошетили от металлического нагрудника, одна пробила нагрудник насквозь и разошлась в теле Зидо кучей вращающихся осколков. Магистр осел и закрылся куполом.

- Козёл старый. Щас мы ещё побегаем...

Красная точка на картинке. Пора. Тело Эрил вылетело за пределы синей зоны и исчезло, не долетев до пола. Корговы восемь метров выдерживались келон в любом случае. Кстати. Вот уж для кого - точно не требуется придумывать обвинения. Жаль, что далеко сидит.

Пришло время застрявшего на верхнем этаже снаряда. Он был остановлен щитом в самом начале обстрела. И уцелел. Один из четырёх. Удар в потолок и... Биро уже вполне реально увидел собственные пределы. Его резерв опустел. Он поспешно нырнул за один из крупных обломков и зажал руками уши. Эх, шлем бы сейчас...

Снаряд взорвался.

.

Зидо пошевелился. Точнее - упал на бок и пополз к врагу. Времени до обстрела оставалось всё меньше. Вот так всегда. Случись обстрел вовремя, он стал бы существенной помощью. А сейчас - он прямая угроза его жизни.

Возле первого же крупного обломка бетона магистр понял, что до цели он доползти не успеет. Уйти собственным переходом ему также не светит. Плетение блокировки восстановилось. Тяжелый вздох и разворот в противоположную сторону.

- Эй! А подарочек?

Биро выглядел ничуть не лучше противника. Взрыв снаряда его потрепал гораздо сильнее, поскольку никаких защитных конструкций он не успел выставить. Но Гость послушно оторвался от собственного углубления и выстрелил в сторону цели. Как бы ни принял его магистр, всё польза. И... пожалуй, единственная из оставшихся возможностей.

Зидо взвыл и схватился целой рукой за глаза.

- Ага. Странно ты реагируешь...

Договорить Биро не успел. Разрушились остатки независимой защиты и к нему пришло одно из застрявших в ней плетений. Хлопки аварийной эвакуации были практически одновременными и опередили удар с орбиты всего на сорок секунд.

Гертов Игорь Александрович

Окраина* книга 2

.

* 4 часть

Снов было много и все они были самыми обычными. Одно знакомое лицо или место и вокруг него масса несуразного хлама. Вот и в этот раз, Доули сидел в собственном кабинете. То есть, Биро был уверен, что это место - кабинет Доули. Он хорошо помнил самого Доули и совершенно не узнавал обстановку. Блестящий чёрный стол был похож на место оператора в одной из виденных им лабораторий. Только там стол оператора был маленьким, а здесь... Биро не удержался и сделал движение рукой, пытаясь пощупать столешницу. Уже начиная движение, он жалел о том, что делает. Сейчас он проснётся, так и не узнав, что же хотел сказать Доули. Но вместо того чтобы проснуться, он рухнул в глубину черного мешка. Там смотреть было не на что и вспоминать, тоже нечего.

- Ну и что это такое?

- Байси, это восстановление нейросети даёт толчки пациенту. А его собственный повреждённый мозг, не выдерживает. Следующие сутки можем не дёргаться.

Доктор показала дежурной санитарке пальцем на пустую бутыль с внутривенным питанием. И равнодушно окинув взглядом успокоившуюся аппаратуру, отправилась в свою комнату. Два часа ночи. Какого демона?

Это отделение госпиталя было самым спокойным. И пациентов в нём было меньше всего. Волновая травма, это большая редкость у военных. В смысле, что трупы после случаев с таким диагнозом, в госпиталь не попадают. Полевые комплексы на шаттлах и штурмовых модулях с такими повреждениями не справляются. Добираются до этого отделения только те счастливчики, которые оказались в двух шагах от служебного медблока. В этом отделении и выясняется, кто из них действительно счастливчик.

Время шло, а доставленное из Узлового Патруля тело пациента всё так же лежало на кровати. Его кормили и массировали мышцы. Тонус, оставшийся после медблока, таял с каждым днём. Очнётся - сам будет восстанавливать. Так было всегда. И ничего особенно страшного в этом нет. Зачем пациенту крепкое тело без головы? Правильно.

К сожалению, не оказалось рядом никого, кто бы знал, что ЭТОТ пациент - адепт. И лёжа вот так, он отодвигает собственное полноценное восстановление, потому что в хиреющем теле и энергетика не восстанавливается как требуется. Так что время для него шло в минус. Даже, если бы сам пациент об этом знал... ничего бы не изменилось.

Но вот, однажды вечером, аппаратура показала очередной всплеск и... не захотела успокаиваться. Мрачный санитар пошутил, что скорее всего их смене придётся принимать роды.

В этот раз Биро снились кошки. Точнее - одна огромная со странно блестевшей шерстью и возле неё пара мелких, слепо шарящих мордочками по пузу довольной мамаши.

"Красивые".

"Ага. Они великолепны".

Биро ещё успел удивиться тому, что кошка говорит на холту. И всё. Массивная теплая лапа вытолкнула его вверх. На свет.

.

Когда пациент открыл глаза и глубоко вдохнул, окружающие, на мгновение, застыли в ступоре.

- Со вторым тебя рождением, засранец.

Санитар облегчённо улыбался. Его обязательная хмурая маска лопнула, показав настоящее лицо человека. Человека, который устал вывозить трупы.

* Спустя шесть месяцев.

.

Из калитки военного госпиталя вышел человек с традиционным камуфляжным мешком. Полтора года в госпитале. Шесть месяцев в сознании. За это время успел обрасти вещами. Человек равнодушно глянул вокруг и не торопясь отправился в сторону города.

- Эй, Ари, ты не будешь ждать автобуса?

- Прогуляюсь.

- Ну... смотри сам.

Вышедшие следом двое повернули в другую сторону, к автобусной остановке. Без особого колебания. В коллективе не слишком ценят одиночек. И редко кому важны причины, по которым всё происходит именно так, как происходит.

- И тут наш фокусник решил выпендриться.

- Сол ему судья, Бот. Тебе своих проблем мало?

Пара дотопала до аккуратной стеклянной загородки и плюхнулась на пустую лавочку. Тот, которого назвали Ботом, смотрел вслед уходящему одиночке.

- Вот такие суки с нами и воюют. Здоровые и весёлые. И лечатся у нас. За наш же счёт.

- Эй, прекрати зудеть. Ты его видишь в последний раз. До сих пор свой бланж вспоминаешь? Забудь.

Но хмурый здоровяк явно ничего не собирался забывать. По крайней мере, в его взгляде читалось что угодно, только не прощение. Когда у человека слетает нейросеть... это весьма печально. Но нейросеть не обрезает детских воспоминаний. Этот человек, Ари, был явно чужим. Разговаривал в детстве на другом языке. Читал другие книги. Смотрел фильмы, о которых никто не слышал. Но самое главное - он не торопился вливаться в коллектив. И имел достаточно навыков, чтобы осаживать... доброжелателей. Определённо, драться его научили очень хорошо. И так же явно то, что произошло это задолго до установки нейросети.