Аллея ангелов - Кезалия Вердаль

— Выпускники, сюда, скорее! Пора начинать…

Вечер был незабываемым. Вручение аттестатов, выступление учеников и преподавателей. От лица выпускников я поблагодарила всех учителей и сотрудников школы, которые помогали нам преодолеть этот нелегкий путь знаний.

Мама с Минем сидели в зале и с гордостью глядели на свою дочь.

«Ах, мама, если бы ты только знала, что я виделась с папой всего пару часов назад… он теперь уже не такой, нет… моего отца и твоего мужа больше нет в живых…»

~*~

В самый разгар веселья под утро появилась мама Дая и всё ещё одетых в выпускные костюмы телепортировала нас на Виртус, где мне предстояло пережить суд над собственным отцом. До процесса осталось полчаса, поэтому мне разрешили в последний раз побеседовать с папой, чтобы попрощаться.

— Не раскисай, я люблю тебя, — погладил меня по щеке Дая и слегка поцеловал в губы. — Я буду ждать в зале.

Я молча кивнула и последовала за Шинном, который не проронив ни слова отвёл меня в камеру. По дороге он совершенно не реагировал на мои вопросы, что немного раздражало. Хлопнула железная дверь и я оказалась перед отцом.

Показалось, всего за несколько часов он постарел на десятки лет — волосы покрыла густая паутина седины, лицо обрамили глубокие морщины, а взгляд потускнел. Увидев меня, глаза отца на миг ещё вспыхнули огоньком, но затем сразу же погасли.

— Полчаса, Ангелина, — напомнил мне Шинн и закрыл за собою дверь.

Отец сидел за столом и ждал, когда, наконец, я подойду к нему. Я не спешила, потому что чувства переполнили до краев — любовь, ненависть, доверие, гордость и жалость — все перепуталось и образовало неразрывный клубок.

— Здравствуй, доченька, — первый нарушил тишину мужчина.

— Здравствуй, папа, — я подобрала шлейф струящегося платья и села напротив него. — Как ты себя чувствуешь? Я сделала тогда всё, что могла… извини…

— Не надо, Энжи. Ты была на высоте — я горжусь тобой, — мягко улыбнулся отец.

Я промолчала. Разве его слова теперь что-то значат? Что ложь, а что правда? Как во всём этом разобраться? Я пожалела, что не обладаю способностью распознавать обман и истину.

— Как прошёл твой выпускной? — спросил папа, заметив платье и макияж. — Ты очень красивая, как и твоя мама. Уверен, ты была там самой яркой и особенной.

— Всё превосходно: мне вручили диплом с отличием, несколько букетов цветов и кучу поздравлений, — натянуто изобразила я улыбку.

— Я слышал, что мама вышла замуж? — внезапно сменил тему отец.

— Да… — почему-то мне было стыдно подтвердить его слова.

— Надеюсь, он хороший? — преодолевая боль в голосе, спросил папа.

— Да… он не такой умный, как ты… но… да… он хороший…

Мы вновь замолчали, и каждый погрузился в свои собственные мысли. Я была уверена, что папа думает о маме и её новом муже.

— Ангелин, извини, что недооценивал тебя, — вдруг попросил прощения мужчина. — Честно говоря, я очень надеялся, что способности обойдут тебя стороной… «Сверхлюди» так жестоки и несправедливы… Ты могла бы жить как нормальные люди и не впутываться в этот сложный мир.

— Пап, а ты никогда не думал, что сам усложнил его? Что ты стал причиной и источником такой жестокости?

— Я … — отец запнулся, не найдя нужных слов.

— Ты ничем не можешь оправдаться, я права? Ты понимаешь, что сам всё потерял и чего чуть не лишил меня? Ты бросил жену, ребенка, чтобы пойти за своими мечтами. А теперь ещё хочешь кого-то в этом упрекнуть? Ты чуть не убил моего любимого человека и его брата. Ещё немного и ты бы лишил жизни и собственную дочь, если бы узнал, что у неё тоже есть способности, — зло прошипела я, вспоминая недавние обиды и причиненную боль.

— Нет, Ангелин, ты не права. Я бы никогда не смог этого сделать

— Тогда бы превратил меня в одну из своих оружий, не правда ли?

— Энжи, перестань! — папа с горечью схватился за голову руками и приковал взгляд к полу.

Я остановилась и обдумала сказанное.

— Папа, извини… — смягчилась я. — Не знаю, что на меня нашло. Но всё же, я никогда не смогу тебя простить.

— Я понимаю, что не заслуживаю прощения, — кивнул отец. — А где твой кулон?

Я прикоснулась к груди и опять лишь ощутила пустоту.

— Я… я его потеряла…

— Ничего… Теперь он тебе уже не нужен.

— Почему? Я им очень дорожила.

— Знаешь, когда я ушёл, то ещё не полностью уверился в том, что тебя обошли бабушкины гены. В кулон я вложил часть себя. Я пытался защитить тебя, даже не находясь рядом. Этот прощальный подарок не только блокировал способности других по отношению к тебе, но и не давал твоему дару проявиться.

Объяснения отца многое мне прояснили. Стала понятна реакция Дайя, когда он прикоснулся к кулону впервые. От подвески исходила скрытая опасность Предателя, которая и изводила его интуицию. Без кулона я оставалась уязвимой, но сама собой.

Вновь камера погрузилась в тишину. Через пару секунд появился Шинн и сообщил, что время кончилось и пора идти на суд.

В судебном зале я села рядом с Дая, который крепко держал меня за руку. Выговор был сделан быстро: отца лишили то, чем он больше всего дорожил — способности и памяти.

Через полгода Виртус сообщил, что отец вернулся в университет, где раньше учился, и устроился преподавателем. Он совершенно ничего не помнил про «сверхлюдей», про бывшую когда-то семью и, естественно, про меня.

Глава 23. «Аллея ангелов»

Только воплощение в жизнь мечты детства может принести счастье.

Фрейд Зигмунд

Мы гуляли по саду и наслаждались великолепным летним вечером. Чесночный запах, неприятно витающий в воздухе, говорил о том, что где-то рядом росла мансоа. Я посмотрела вверх и, точно в подтверждении моих догадок, пробиваясь сквозь крупные листья деревьев, фиолетовые кисти лавандовых цветов приветливо глядели на нас с Дайя.

— Пройдём сюда, — сказал Дая и повёл меня сквозь густые заросли растений.

При каждом нашем шаге поднималось целое облако насекомых, а стаи птиц принимались шумно возиться; особо храбрые пернатые садились нам на плечо, чтобы лучше разглядеть гостей.

С тех пор как для школьников наступили летние каникулы, а для нас — взрослая жизнь, большее своё время мы с братьями Смэш проводили на Виртусе, помогая Фатумам. Мама с отчимом решили теперь больше никуда не ездить, а постоянно оставаться в Сань, так как Антонина ждала ребёнка. Мысль о том, что я скоро стану сестрой, немного удивляла, но одновременно очень радовала.

Родители