Зарубежный криминальынй роман. М. Спиллейн, В. Каннинг - Микки Спиллейн

— Потому что я хочу кое-чего добиться.

Джан вновь смолк — задумался, не переставая чему-то улыбаться.

Миновали Альбертвилль и повернули на север, к Аннеси, около указателя: «Аннеси — 45 км».

Вдруг Джордж сказал:

— На днях я виделся с твоей матерью. Джан равнодушно кивнул в ответ.

— Да?.. Ну и как она? Джордж пожал плечами.

— Не верит, что ты в самом деле работаешь шофером у богача. Считает, водишь грузовик.

Джан усмехнулся.

— Она — женщина добрая. Но ограниченная. Как и мой братец Пьер. А ограниченные люди так всю жизнь и остаются добрыми дураками.

— Но тебе такая участь не по душе?

— Нет.

— А какая по душе?

Джан помолчал немного и сказал:

— Знаете, я мог бы выбрать обрывистое место и спустить машину с дороги. Возможно, я бы погиб, но если бы повезло, вы с мадемуазель разбились бы тоже.

— Только попробуй! — пригрозил Джордж. — И помни — я продумал все.

— Наверно. — Джан рассмеялся. — Да… наверно. Вот потому-то, месье, внутренний голос с самого начала подсказывал мне сотрудничать, а не воевать с вами.

— Поясни.

— Охотно, месье. — Загорелые пальцы Джана крепче сжали руль. — Я устал подчиняться. Человеку моего склада трудно сносить извечное: «Делай это, делай то». К тому же меня частенько заставляли делать вещи малоприятные. Да и ваша мадемуазель меня однажды чуть не убила.

— Но тебе же за такой риск платили.

— Мало.

— Вон оно что… Дело в деньгах, да?

— Верно.

— Но, чтобы заполучить их, надо что-то продать, не так ли?

— Согласен. А что бы могли купить у меня вы? Взглянув на парня, Джордж решил не торопить события и осторожно спросил:

— В этой же лечебнице Барди держит и жену, так? Джан кивнул.

— Но теперь ей уже недолго там оставаться. Верно?

— Верно, — согласился Джан.

— Барди увезет ее в другое место: возможно, в свое постоянное жилище, туда, где он держит свои бумаги. Где я и могу с ним схлестнуться. Так?

— Так, — подтвердил Джан.

— Я хорошо бы заплатил, чтобы узнать, где это место. Джан надул губы. Стрельнул глазами в Джорджа и сказал:

— Цена будет высокая.

— Сколько?

Не обратив внимания на вопрос, Джан произнес:

— Но сначала вам придется договориться о деньгах с тем, на кого вы работаете, а? Ведь у вас самих больших денег нет, верно?

— Да, придется договариваться.

— Сколько времени уйдет на это?

— Два дня, не больше. Смотря по тому, где и когда ты хочешь получить деньги.

«Мерседес» приближался к Аннеси по шоссе № 508.

Вот-вот должно было показаться озеро. Джан умело обогнал грузовик, вдавив педаль газа почти до самого пола, потом сказал:

— Мне нужны американские доллары. Я хочу получить их в Швейцарии.

— И зачем это я цацкаюсь с тобой? — проворчал Джордж. — Ведь можно отправить тебя в полицию хоть сейчас. А там тебе язык развяжут.

Джан покачал головой.

— Не успеют. Несколько дней я буду запираться, а Барди тем временем улизнет, не оставив никаких следов. А потом заплатит мне за преданность.

Николя на заднем сиденье вдруг проснулась, начала канючить:

— Я пить хочу…

— Потерпи, — мягко сказал Джордж. — Поспи еще.

— Итак, американские доллары, — повторил Джан. — Сколько, по-вашему, стоят сведения, которые позволят вам покончить с Барди раз и навсегда?

— Пять тысяч, — предложил Джордж.

— Нет, дороже. К тому же мне потом придется обеспечивать собственную безопасность. Моя цена — десять тысяч.

— Думаю, что смогу это устроить. Но как известить тебя?

— Пошлите телеграмму моему отцу, Андреа Паллоти. Он работает в отеле «Швайцергоф», что в Берне на Банхофпляц. В телеграмме будут лишь слова «Все в порядке» и номер вашего телефона. Я позвоню и укажу, куда прийти. Но если вы не принесете деньги, я не скажу ни слова.

Джордж кивнул.

— Хорошо. Но будь осторожен. Разве можно доверять твоему отцу? Он же Бьянери.

Джан улыбнулся:

— Я тоже. А мой отец будет считать это моими амурными делами. Я уже использовал его в таких случаях. Подпишите телеграмму, скажем, «Клара». Согласны?

— Согласен, — ответил Джордж, по-прежнему держа Джана под прицелом.

Сзади опять зашевелилась Николя и плаксивым голосом попросила:

— О, Господи, я умираю от жажды, Джордж, голубчик…

И в этот момент впереди показалось озеро.

Джан облегченно развалился на сиденье;' начал насвистывать… Глаза его сверкали — он уже видел открывавшиеся перед ним широкие горизонты.

В бунгало Николя наконец смогла утолить жажду. Она собрала вещи, отнесла их в «Лянчу», Джордж тем временем не спускал глаз с Джана.

И уже сев за руль своей машины, по-прежнему все еще держа парня на мушке, он спросил:

— Значит, договорились? Джан кивнул.

— Я же дал вам слово. Несите деньги и получите то, что хотите. — Он сунул руку в «Мерседес», достал ключ зажигания. — Я скажу им, что, оставляя меня здесь, вы взяли ключи от машины с собой. А потому мне до ближайшего телефона пришлось идти пешком. Когда они доберутся сюда с новым ключом, вы будете уже далеко. Хорошо?

Он прислонился к дверце машины и закурил.

Через пять минут Джордж, все еще в смокинге — пыльном, мятом, — и Николя в вечернем платье миновали Аннеси. Проехав пять миль в сторону Женевы, они свернули с шоссе, добрались до лесного ручья и полчаса переодевались, обмениваясь новостями.

Николя, сонная, но вполне отрезвевшая, рассказала об Элзи, а Джордж — о сделке, заключенной с Джаном.

— Барди явно держит жену в лечебнице уже много лет, — закончила свой рассказ Николя. — Мне ее ужасно жаль, хотя она, как ни странно, кажется счастливой.

— В Шамони ее уже нет, — убежденно сказал Джордж. — Оставить жену там — для Барди слишком рискованно. Как бы мне хотелось встретиться с ним один на один! Бьюсь об заклад, он уже позвонил Рикардо Кадиму, приказал ему прервать гастроли и ненадолго уйти в тень.

Они вернулись на шоссе, доехали до ближайшего кафе. Оттуда Джордж позвонил Сайнату и по счастливой случайности застал его в конторе. Осторожно сообщил ему что было можно по телефону, а потом охарактеризовал предложение Джана.

— Вы действуете прекрасно, — одобрил Сайнат. — Десять тысяч — деньги немалые, но раскошелиться придется. Вы едете в Женеву?

— Да.

— Хорошо. Деньги получите завтра в моем банке, по паспорту. Не не отдавайте их, пока не будете уверены, что вас не обманут.

— Безусловно.

— И еще одно, Константайн: как только узнаете, где найти Барди, свяжитесь со мной. Сами ничего не предпринимайте. Арест Скорпиона может оказаться делом нелегким. Многое будет зависеть от его национальности и законов о выдаче преступников. Раз на Барди работает целая сеть «Бьянери», у него есть влиятельные покровители. Вы понимаете?

— Да. И главное — не дать ему улизнуть.

В Женеве Джордж и Николя сняли двухкомнатный номер в отеле на набережной Монблан. Отсюда Джордж позвонил своему приятелю — второму секретарю английского посольства в Берне. Голос на другом конце провода ответил:

— Извините, но вы опоздали. Человека, который вам нужен, в прошлом году перевели в Стокгольм. А кто его спрашивает?

— Джордж Константайн.

— О да, я слышал о вас. Вы — натуралист и все такое прочее. Может, я смогу вам помочь? У вас неприятности с гостиницей? С женщинами? Может, вы паспорт потеряли? Или поиздержались? Его друзья обычно звонят именно с такими вопросами. Только, пожалуйста, не обижайтесь.

«И почему я всегда нарываюсь на болтунов,» — с раздражением подумал Джордж, а вслух произнес:

— Да, вы могли бы меня выручить. Нельзя ли по номеру машины разузнать имя ее владельца?

— Вообще-то это не в нашей компетенции, однако попробуем. А в чем дело? Наверно, мимолетный роман. Очаровательная девушка пронеслась мимо вас в «Альфа-Ромео», и вы потеряли сон… Ну да ладно, не мое это дело. Давайте ваш номер.

Джордж продиктовал его, а также марку машины, телефон своего отеля и пообещал, будучи в Берне, поставить собеседнику выпивку.

Потом Константайн послал телеграмму Андреа Паллоти в бернский отель «Швайцергоф». А на другое утро поехал в банк и получил десять тысяч долларов от кассира со светло-рыжими усами, который, отсчитывая банкноты, на Константайна даже не взглянул. Зато когда тот сложил деньги в портфель и защелкнул застежку, кассир не преминул подмигнуть Николя.

Выйдя на улицу, Джордж не удержался и проворчал ревниво:

— Проклятый кассиришка! Он еще и на тебя заглядывается!

— А мне он чем-то понравился. Может быть, усами?

Вечером, когда Джордж, сидя у себя в номере, потягивал плохо приготовленный мартини, зазвонил телефон. На проводе был новоиспеченный приятель Джорджа — секретарь посольства.