Лакс: Красная Камелия - Vivi Winner

ужасный сын. Тогда я вообще ни о чём не думал и был зол на весь мир. Я пообещал маме, что останусь в живых, — он усмехнулся, — Самое ужасное, что я начал испытывать стыд только недавно.

— Твоя мама просто потрясающая женщина!

— Так и есть, — Джейсон улыбнулся.

— Подумать только, через что ей пришлось пройти…

— Ты, наверное, сейчас сбежишь от меня, но я также созывал Пленум на то, чтобы заняться Бейсджампингом. И маме снова пришлось проделать это.

— Что такое Бейсджампинг?

— Почти тоже самое, что и прыжок с парашютом, просто не с самолёта. Я, например, прыгал со скалы в специальном костюме, называется Вингсьют.

— Ничего не понимаю.

— Представь, просто берёшь разбег и летишь со скалы. Я смог продержаться только две минуты, прежде чем раскрыл парашют. На большее мне не хватило сил. Ощущения очень отличаются от прыжка с самолёта и от полёта на параплане. Было ощущение, что я борюсь за жизнь.

— Но зачем всё это было нужно?

— Во мне скопилось слишком много адреналина, мне нужно было его выплеснуть. И к тому же, я уже говорил, что с детства мечтал о подобном.

— Ты же меня не обманываешь?

— Нет же, Василисса.

— У меня слов нет, — я легла Джейсону на грудь, — А дальше что было?

— Это всё.

— Ты же больше не станешь заниматься подобным?

— Если мне не предложат полететь в космос, то нет, — я хлопнула его по животу, но вряд ли он почувствовал это из-за двух кофт на нём.

— За что?

— Сам напросился.

— Неужели ты волнуешься?

— Ты ещё спрашиваешь?

— Это не ответ, — Джейсон начала гладить мою руку.

— Волнуюсь.

— А почему?

До меня дошло к чему он клонит. Он хочет, чтобы я призналась ему в любви. Я забралась к нему на колени.

— Теперь можно заняться делом. Я люблю тебя, — прошептала я ему в губы.

Джейсон буквально впился в меня губами. С каждой секундой наш поцелуй становился всё неистовее. Он прижал меня к себе и из меня вырвался стон! Мой живот совершил кувырок несколько раз.

— Я люблю тебя, — прошептал Джейсон.

Он схватил мои ягодицы и ещё теснее прижал меня к себе, хотя, казалось бы, что теснее некуда. Джейсон прикусил мою губу, не знаю, нарочно или нет. Я почувствовала металлический привкус во рту, но это только добавило страсти в наш поцелуй. Он запустил свои руки под две мои кофты и начала гладить спину. Джейсон прервал поцелуй. Мы оба начали тяжело дышать.

— Больше никогда не поедем на север, — прошептал он. Я усмехнулась.

Я вспомнила слова Райана: «Никогда — тоже срок, причём большой». Часть меня порадовалась словам Джейсона, но другая — пристыдила. И снова Райан Малум не выходит из моей головы. Вчера утром я проснулась с каким-то теплом в груди, которое почему-то ассоциировалось у меня именно с Райаном. А к обеду я почувствовала такую агонию, словно мои органы начали вырывать из меня. И это длилось периодически почти половину дня. А в перерывах меня мучала ноющая боль. Оно начиналось внезапно и очень резко, но Джейсон так ни разу этого и не заметил, чему я очень рада. Часть меня сильно паниковала и я была готова лететь в Цитадель, потому что думала, что умираю, но другая часть улавливала связь с моментом, когда я встретилась с Великим Лаксом. Но самое странное во всём этом, что при каждом таком приступе, я думала о Райане, я связывала это с ним.

— Ты чего притихла?

— Ты меня убаюкиваешь.

— Поспи, если хочешь. Я разбужу, если увижу северное сияние.

— Ни если, а когда.

— Ну или сфотографирую его для тебя.

— Джейсон! — я ущипнула его.

— Василисса, ты правда можешь поспать.

— Я не хочу. Просто приятно вот так лежать, спокойно.

Я продолжила лежать, а Джейсон продолжил нежно поглаживать мне спину. Это приятно и, в самом деле, действует на меня успокаивающе.

— Василисса, вставай. Просыпайся. Василисса, — меня потрясли за плечи, — Ну же, ты всё пропустишь.

Я открыла один глаз, моему взору предстал Джейсон Кронер. Я начала быстро моргать, чтобы проснуться.

— Джейсон?

— Смотри, — он указал на окно.

— Великий Лакс! Пошли скорее.

Я перелезла через Джейсона и выскочила на улицу. Меня обдало потоком ледяного воздуха. Это не важно, сейчас точно нет. Я просто застыла на месте, задрала голову к небу и не могу пошевелиться. Джейсон надел на меня куртку и застегнул её, после чего надел на меня шапку и шарф.

— Спасибо, — заикаясь сказала я.

Джейсон закинул руку мне на плечи. Я прижалась к нему, но так и не смогла оторваться от зрелища, которое предстало моему взору.

Я ничего прекраснее в жизни не видела. Это похоже на зелёный поток света идущий от горизонта к горизонту, прям над головой. И уже в следующую минуту стало ещё красивее, ещё лучше. Поток распался на несколько рукавов, и словно пылью начал падать вниз. Казалось, что ещё чуть-чуть, и я смогу его потрогать. Великий Лакс!!! Эти рукава принялись закручиваться в спирали! В местах соприкосновения начали проявляться розовые цвета. Потоки стали закручивать друг друга в вихрь, выплескивая волны световых частиц! Как будто бы под действием центробежной силы свет разлетался в стороны освещая всё небо. Вокруг стало настолько светло, что я смогла разглядеть горы.

Мне перестало хватать воздуха в лёгких. Я просто забываю дышать. Я даже пошевелиться не могу. Но мне нужно выплеснуть эмоции… Нужно… Моя голова закружилась и я никак не смогла среагировать…

* * *

Райан.

Уже почти два часа ночи, а я так и не решаюсь заснуть, как и всегда. Можно было бы привыкнуть.

Я поднялся с кровати, чтобы попить воды, но в графине её не оказалось. Я глубоко вздохнул, после чего взял графин и вышел из комнаты, чтобы набрать для себя воды. Уже прошли сутки, а я до сих пор чувствую, как обезвожен мой организм.

Я почти дошёл до кухни, как у меня резко потемнело в глазах. С каждым новым шагом становится всё хуже. Неужели это снова начинается? Я же не погружался в те проклятые воспоминания. Нет, оно не так начинается, совсем не так. Должно быть это из-за обезвоживания или критически пониженного сахара в крови. Странно, что я вообще это ощущаю.

Я достал из холодильника сок и перелил его в графин трясущимися руками. Затем открыл шкаф и достал шоколадный батончик. Отлично, два часа ночи, а я решил поесть. Батончик пришлось жевать через силу, он никак не лезет в меня, но я понимаю, что мне это нужно.