Атомная крепость (Книга 2) - Иван Цацулин

Крюгер отчетливо понял: конец. Он в страхе отшатнулся от Можайцева и почти выкрикнул:

- Согласен... Я согласен помочь вам!

- Вы выполните любое приказание, которое я дам вам, когда мы с вами встретимся в вольфшанце Функа?

- Да, да, любое, клянусь! Я могу уйти?

- Почему вы так торопитесь расстаться со мной? - насмешливо осведомился Можайцев. - Вам придется еще немного побыть наедине, с убитым вами американцем. Я с моими друзьями уеду отсюда первым.

- В таком случае я погиб, - произнес Крюгер с отчаянием. - Они убьют меня, если застанут здесь. А не пройдет и полчаса, как они придут сюда.

- Кто придет?

- Люди Аллена Харвуда.

Заметив недоверие в глазах Можайцева, Крюгер пояснил:

- Аллен Харвуд действительно назначил в этом месте встречу Шервуду. Нам с Курцем пришлось лишь перенести указанный в полученном Шервуде письме час встречи на более раннее время суток, чтобы перехватить его здесь и по крайней мере не допустить свидания Харвуда с живым Шервудом.

- Понятно. - Можайцев бросил на немца насмешливый взгляд. - Но вы не все предусмотрели, Бодо Крюгер, и сами попали в капкан. - Он немного подумал, сказал озабоченно: - Впрочем, я вовсе не заинтересован в том, чтоб Харвуд захватил вас здесь. Можете убираться отсюда вслед за мной.

Вместе с Леграном и молодым Андерсеном Можайцев покинул жилище "бедняги Жака". Шли молча, спешили. Тропинка вилась среди невысоких, поросших вереском холмов возле самого берега Бискайского залива. В предрассветных сумерках свинцово-серые волны с шумом лизали песчаные дюны. Где-то там, в этих свинцовых водах, шла сюда подводная лодка, посланная Алленом Харвудом. Через несколько секунд машина мчала их по направлению к Морсенсу.

Можайцев не сомневался: Крюгер не станет ждать появления американцев, сумеет ускользнуть от них. Сегодня этому мерзавцу все-таки повезло: в интересах дела Можайцев отказался от мысли пристрелить его; по тем же и даже более важным соображениям, Можайцев не мог и предать его в руки Аллена Харвуда.

Уже рассвело, когда впереди показались домики Морсенса.

- Мы как раз успели к поезду, - сказал Легран. - Ты поедешь ко мне, а там решим, что будем делать дальше.

Можайцев с благодарностью пожал другу руку.

Проклятые Горы, горный массив Маладетта, - Можайцеву раньше не приходилось даже слышать о них. Однако судьба бывает с причудами, и совершенно неожиданно Можайцеву пришлось очутиться в самом центре Проклятых Гор. Вот уже несколько дней он имел возможность любоваться дикими и неприветливыми хребтами, покрытыми вечными снегами. Под лучами солнца снежные поля сверкали миллиардами искр, ослепительно ярких, зеленых, фиолетовых. В предвечерние часы, когда дневное светило скрывалось за вершинами Пиренеев, там, в Испании, снежное покрывало становилось синим. Лишь с самых высоких пиков еще долго во все стороны било пламя уходящего на запад солнца и будто плавило тяжелый снежный покров гор.

Обсерватория профессора Леграна приютилась на склоне Проклятых Гор, и с нее можно было не только успешно наблюдать за далекими звездными мирами, но и за значительным участком бассейна реки Гаронны, протекающей по юго-западу Франции.

Итак, одна задача, которая до сих пор представлялась не только важнейшей, но и чуть ли не единственной - выяснить точное местонахождение Шольца с установками "М-1" - была решена, но оказалось, что главные заботы и трудности еще впереди. Теперь на первый план встала новая проблема: как лучше всего к нему можно подобраться, с какой стороны, каким путем? Ничего внятного не смог сказать об этом и Бодо Крюгер, следовательно, приходилось додумываться самим. Было известно, что предстоит преодолеть бдительность охраны, - а ее там несколько рот боевого состава. Местность горная, труднопроходимая, незнакомая и к тому же объявленная запретной зоной. В этих условиях вряд ли возможно незаметно подобраться к району стартовых площадок, к заводам, производящим химическое топливо для двигателей, к мастерским, в которых собираются установки "М-1". Проникнуть в вольфшанце почти невозможно. Шервуд выдвигал вариант воздушной операции, однако, судя по изъятым у него документам, и он таил в себе такого рода препятствия, преодолеть которые Можайцеву и его друзьям во всяком случае было не по плечу: вся зона прикрывалась сетью радаров и батарей противовоздушной обороны; зенитные пушки, пулеметы, ракеты установлены чуть ли не на каждой скале, у каждого горного прохода. По-видимому, Карл Функ отлично понимал, что ему следует опасаться нападения только с воздуха, и, соответственно, принял надлежащие меры предосторожности. В течение нескольких дней Можайцев, Франсуа Легран и их юный товарищ - Рангвальд Андерсен, так кстати оказавшийся во Франции, изучали материалы, доставшиеся им в наследство от Шервуда, и с каждым днем приходили ко все более безотрадным выводам.

- Я не знаю, как мы можем проникнуть туда и уничтожить это "логово", первым высказал свои опасения Рангвальд.

Легран молчал. Ему тоже эта задача представлялась почти невыполнимой, но он не спешил с окончательным решением, тем более что отлично знал: Можайцев не отступит.

Рангвальд продолжал мечтательно:

- "Волчье логово" Карла Функа - в центре гор... Вот если бы оно находилось где-нибудь поблизости от моря, другое дело. - Он, должно быть, вспоминал при этом родные норвежские фиорды и затаенно улыбался. - Мы подошли бы с моря... - Рангвальд говорил что-то еще, но Франсуа Легран уже не слушал его - у него появилась идея, над которой следовало основательно подумать. Черт возьми, как это не пришло ему в голову сразу: если нет подступов по морю и трудны подходы по суше и с воздуха, то по крайней мере теоретически остается еще одна возможность - пробраться к Шольцу под землей. После обстоятельного обсуждения именно этот вариант был признан наиболее перспективным. Отсюда, от обсерватории, во главе которой уже много лет стоял профессор-астроном Легран, отец инженера Франсуа Леграна, и следовало начать поиски путей-дорог, ведущих к запретной зоне на той стороне границы, к району стартовых площадок с установками "М-1". В варианте, который предложил Франсуа, не было ничего нереального, фантастического. Каждому геологу хорошо известно, что предгорье по обеим сторонам Пиренейского хребта изобилует провалами в земной коре, пещерами и пропастями, многие из которых приобрели большую славу - в одних открыты настенные рисунки, сделанные рукой древнейшего человека, в других обнаружены подземные сады сталактитов и сталагмитов, свисающих с потолка или высоко поднимающихся с неровного пола. В местности от Средиземного моря на юге до Бискайского залива на севере открыто великое множество глубочайших пропастей, таких как Пьерр-Сон-Мартен, Хен-Морт, Гуфр-Мартель, обширных пещер: Гаргас, Лябастид, Кажир, Сигалер, Эспаррос... Но еще большее количество их, наверное, пока что никому не ведомо. Детство Франсуа Леграна прошло в этих краях, много дней и ночей провел он под землей, удивляясь, восхищаясь, мужая в опасностях. Вот почему мысль о "подземном варианте" показалась ему ценной.