История итальянцев - Джулиано Прокаччи

во второй половине XVIII в., приспособиться к новым условиям международного рынка пытались путем привычного усиления эксплуатации и грабежа, столь характерных для сельского хозяйства в наиболее бедных провинциях Апеннинского полуострова, в частности на Юге. Отсюда проистекало и стремление захватить угодья коммун, отсюда же — превращение пастбищ в зоны экстенсивного возделывания зерновых (как произошло в Тавольере в Апулии), отсюда — и массовое уничтожение лесов, а как следствие — нарушение гидрогеологической системы, что нанесло огромный ущерб экономике Юга.

Таким образом, к 1848 г. уже проявились основные черты экономического развития Италии, для которого был характерен существенный дисбаланс между различными отраслями, а также глубокая неравномерность в развитии областей и районов страны, причем все это усугублялось нарастанием противоречий и социальной напряженности. Это в известной мере отразилось и на характере революционного движения 1848 г.

В нем слились не только прогрессивные устремления и надежды буржуазии и просвещенных слоев общества, но также озлобленность крестьян, низведенных до положения «батраков» и «сельскохозяйственных рабочих», широких масс тех, кто еще не стал пролетарием, но уже и не был плебсом. Голод и безработица пробуждали в этой среде не просто глухое недовольство и ропот, но порой и революционные настроения. Хотя «страх перед коммунизмом», широко распространившийся в этот период среди привилегированных кругов Италии, происходил скорее от скудости их мысли, чем от реальной действительности. Симптомы этого можно было наблюдать в те годы. В Ломбардии в феврале-марте 1847 г. прошли голодные крестьянские бунты, в Тоскане социалистические и коммунистические идеи получили особое распространение в Ливорно и в некоторых сельских районах; в Риме имели место случаи луддизма[344]; в Южной Италии усилилось традиционное стремление крестьян получить свой земельный надел. В различных областях проходили забастовки рабочих и батраков. Действительно, почему же рабочим и крестьянам не выйти на улицу, раз это не постеснялись сделать «синьоры»? Политическая ситуация тех лет способствовала проявлению любой формы протеста, возникновению любой надежды даже среди самых забитых и угнетенных. В Европу 1848 г. Италия входила не только потрясаемая волнениями среди своих буржуа и интеллектуалов, но и полная гнева и упований своего народа.

Под влиянием пропаганды сторонников Мадзини, с одной стороны, и воздействия умеренных — с другой, политическая температура в стране поднялась до такого градуса всеобщей напряженности, который часто бывает свойствен истории революций, т. е. когда все убеждены, будто каждое событие, которое отвечает — или кажется, что отвечает, — общим устремлениям, становится знамением времени. Такая атмосфера царила в Риме, когда в июне 1846 г. кардиналы собрались на конклав, чтобы выбрать преемника Григория XVI (1830–1846). Было два наиболее достойных кандидата — кардинал Ламбрускини, который стал бы продолжателем реакционной политики своего предшественника, и кардинал Джицци, известный как либерал. Ни один из них не был избран, и тогда пришли к компромиссному решению — было названо имя кардинала Джованни Мастаи Ферретти, епископа Имолы, фигуры скорее второго плана. Разочарование, вызванное поражением либерального кандидата (тем более сильное, что в ночь с 16 на 17 июня внезапно распространились слухи о его избрании и этим слухам поверили), не развеяло, однако, всеобщего убеждения, что должно произойти нечто совершенно экстраординарное. Уступки, сделанные новым папой Пием IX уже месяц спустя после избрания, широкая амнистия политзаключенным — что было вполне естественным и даже носило протокольный характер — показались тем самым необыкновенным событием, какого и ожидали. Выражение симпатий Пию IX, в котором уже видели олицетворение либерального и итальянского папы, предсказанного Винченцо Джоберти, распространилось по всей Италии, вызывая неописуемый энтузиазм.

Вскоре на это всеобщее состояние ожидания и коллективной эйфории наложились политические действия умеренных и сторонников Джузеппе Мадзини, стремившихся ускорить события и убежденных в том, что надежды, связанные с избранием Пия IX, ни он, ни другие государи не оправдывают. Таким образом, демонстрации в поддержку нового папы приобрели более организованный и политизированный характер. Столь мощное движение вынуждало делать уступки: в марте 1847 г. Пий IX пошел на смягчение цензуры печати, а вскоре разрешил создать Государственную консульту с участием светских лиц. В то же самое время во Флоренции правители Лотарингской династии отменили цензуру печати, открыв таким образом дорогу боевой политической журналистике. Весной 1847 г. жители Милана устроили апостолу свободной мысли Р. Кобдену[345] такую же триумфальную встречу, как и жители других итальянских городов. В октябре в Турине король Пьемонта (Сардинского королевства) последовал примеру Рима и Флоренции, объявив о проведении ряда реформ государственного управления и значительно смягчив строгости цензуры. Этим мерам предшествовало увольнение министра иностранных дел Клементе Соларо делла Маргариты, известного реакционера, придерживавшегося проавстрийской ориентации. Тогда же в заключительную фазу вошли переговоры о создании таможенного союза между Папской областью, Великим герцогством Тосканским и Пьемонтом. Начало этому союзу было положено уже в августе после подписания принципиального соглашения, которое, однако, оставляло нерешенным ряд конкретных вопросов. Таким образом, выдвинутая Джоберти программа создания конфедерации государств во главе с папой — итальянцем и реформатором, — казалось, была близка к осуществлению. В это время Австрия, обеспокоенная ходом дел в Италии, провела в июле 1847 г. демонстративную акцию — один из ее гарнизонов захватил цитадель Феррары. Ответные действия не заставили себя долго ждать: в сентябре 1847 г. ив январе 1848 г. в Милане прошли антиавстрийские манифестации, приведшие к человеческим жертвам. В то же время по всей Италии распространялись антигабсбургские настроения и открыто говорилось о войне. В этом направлении были особенно активны мадзинисты. Сам же Мадзини, почувствовав себя в положении «коня, услышавшего звук боевой трубы», был не прочь поддержать Карла Альберта, лишь бы только тот открыто выступил против Австрии и поддержал дело единства и независимости.

События развивались столь стремительно, что нетрудно было предвидеть их близкую развязку.

1848 год в Италии

Единственным итальянским государством, которое не затронула волна реформаторства 1846–1847 гг., было Неаполитанское королевство, и его правитель Фердинанд II Бурбон очень скоро поплатился за свое упорство. Отказавшись от проведения преобразований, он столкнулся лицом к лицу с революцией. Повстанческое народное выступление в Палермо, носившее стихийный характер, вылилось 12 января 1848 г. в революцию. Ее поддержала буржуазия и аристократия, которых объединяло, несмотря на антагонизм интересов и взглядов, стремление к сохранению традиционного автономизма. В начале февраля вся Сицилия, за исключением крепости в Мессине, перешла в руки восставших; было сформировано сицилийское Временное правительство и провозглашено лишение прав