Звезды на приеме у психолога. Психоанализ знаменитых личностей - Рамиль Гарифуллин

Потом Амир рассказывал, что осуществлял и в детском саду. Например, просил мальчика или девочку по группе сесть на корточки и мочился прямо на них. Благодаря своим экзотическим поступкам Амиру пришлось поменять четыре детских сада. Он так рассказывал. Это похоже на него.

— И что эти действия он осуществлял и в отношении молодых солдат?

— А к чему, я это говорю-то. К тому, что он сначала рассказывал, что он вот такой с детства и не может иначе, а потом, делал это в отношении нас. Сажал нас на корточки и ссал на нас. Потом мы стирали свои шинели. Вы не поверите, но это было так. За всё время службы он поссал на меня шесть раз. Мы даже знали чья очередь на обоссание и ждали этого дня.

— Ну и дальше как проходила ваша служба?

— Вот так мы служили. Сначала духами, потом шнурками, затем черпаками.

— Все подчинялись этой градации и проходили эти все этапы или были такие, которые сопротивлялись дедовщине?

— Был у нас один такой Сашка, смелый. Он не проходил это. Его так не разу Амир и не обоссал. Он уже после месяца службы стал дедом досрочно. Ну мнил себя таковым. Он позволял себе в начале службы всё, что позволяет себе дед — солдат который готовится к демобилизации. Так, например, известно, что деды отбирают у новичков, тобиш духов, форму и обмундирование, выданные для несения службы. Эту участь в нашем взводе не миновал никто. Попытка одного деда снять с Сашки сапоги не увенчалась успехом. Более того один дед, утром обнаружил, что его сапоги гвоздями прибиты к полу. Сашка не просто прибил их к полу молотком, но и нассал в них. Нассал в сапоги деда. Обычно, с регулярностью прибивали и ссали в сапоги духов и черпаков, а тут взяли и нассали в сапоги деда. Ну, Сашка своё получил. Он попал в госпиталь и говорят, что будет инвалидом. Деды отомстили.

— Судя по всему, вы являетесь жертвой издевательств, вызванных дедовщиной в амии? А не могли бы вы вкратце рассказать об этих приёмах издевательства?

— Известны классические приёмы издевательства дедов над духами, черпаками и шнурками. Если их перечислять то получилось бы целая книга. Незаслуженные наряды — это только цветочки. Но и они изнурили меня так, что я упал без сознания прямо на кухне.

— От чего вы больше страдали: от физического или от морального унижения?

— От морального. Представьте себе завтрак, голодные солдаты накидываются с аппетитом на кашу, но один капризный дед вдруг захотел узнать сколько ему до дембеля, и вот уже какой-нибудь шнурок, вместо того, чтобы кушать вместе со всеми, считает эту цифру, затем берёт кусок хлеба деда намазывает на него масло и выводит на нём ложкой количество этих не кому не нужных дней. После такого унижения у шнурка пропадает аппетит, да и покушать порой бывает уже нечего, так как черпаки всё лучшее из общей кастрюле вычерпали, недаром же их назвали черпаками. Яйца в армии праздник, но в первую очередь они достаются дедам и те сразу отдаёт их какому-нибудь шнурку, чтобы тот почистил, размельчил и посыпал на бутерброд с маслом. Такой деликатес позволяют себе есть только деды, шнуркам и духам остаётся только завидовать и есть свою пустую кашу.

— А что действительно у вас отбирали еду и вам её не хватало?

— Конечно. Раздача каши это один из самых спортивных и волнительных в армии процессов. Представьте себе на длинном столе со скамейками по бокам стоит большая кастрюля с кашей, наверху которой плавают куски варёной говядины. «Боевая задача» солдата поспешить и занять наиболее выгодную к кастрюле позицию. Сразу скажу — это места ближе к кастрюле. Почему выгодные? Потому, что там наилучший обзор того, что попадает в миску. Накладывающий, как фокусник, мешает кашу по определённым, выгодным для него законам, а взвод тем временем, как за дирижёром, следит за всеми его движениями и даже за выражением лица. Миски с кашей путешествуют по столу. Так, например, миска в которой нет ни одного кусочка мяса, может прогуляться от одного конца стола до другого и в конце концов остановиться у какого-нибудь шнурка, который с досадным вздохом принимает то, что «отпущено ему Богом». Очевидно, что наиболее жирные миски попадают дедам и черпакам, остальные по остаточному принципу. Самый зрелищный момент, когда накладывающий накладывает себе. В эти секунды обычно все разговоры прекращаются и «зрители», после длительных манипуляций черпака видят то, что появляется у него в миске. Весь взвод вздыхает, слышится протяжный «у-у-у» и все вновь приступают к еде. Накладывающий может оказаться жмотом и наложить себе одно мясо, а может справедливым — всё зависит от аппетита.

Один дед, несмотря на свою худобу и низкий рост, был агрессивным проглотом — изобретателем различного рода приёмов издевательства так, что шнурки, которые были у него под колпаком всегда страдали по особенному. Они были голодны, всегда не выспавшимися, получали и получали нелепые наряды: на корячках, со словами «служу отечеству, они ходили вокруг кровати этого деда, по пластунски ползали под кроватями, получая «боевое задание» поставить кому-нибудь «велосипед» или «балалайку» и т. д. Поставить «велосипед или балалайку» означало незаметно подкрасться к спящему солдату, приоткрыть одеяло, вставить между пальцами рук или ног спичку, поджечь её и быстро лечь в свою постель. От ожёга пострадавший двигал ногами как на велосипеде или тряс рукой как балалаечник. Некоторым не везло вдвойне — они получали комплексное испытание «играя на балалайке, ехали на велосипеде», такой приём на жаргоне назывался цирком. Таким образом, многие солдаты ходили с ожёгами различной степени тяжести и к тому же не выспавшиеся. Некоторым, не крепко спящим, удавалось застраховаться от ожёгов, но для этого им приходилось надевать носки и варежки, присланные родителями. Мне не удалось защититься. У меня были сильные ожоги. Я ведь сплю крепко. Трудно пробуждаюсь.

(Мой пациент снимает свою обувь и показывает шрамы между пальцами ног от ожогов.)

— А сами вы, став дембелем, не стали также издеваться? Не было ли преемственности, то есть передачи эстафетной палочки?

— Я не дожил до дембеля и вскрыл себе вены. Потом госпиталь, обследование психиатров. Сейчас стою на учёте в психдиспансере. Вот пришёл по направлению к вам. А мои, с кем я начинал службу действительно продолжали традиции дедовщины. Да, действительно, единственное оправдание, которое часто звучало из уст дедов заключалось в том, что шнуркам и духам предстояло продолжать дело дедов и не надо переживать, мол, сами будете издеваться похлеще. И действительно, эстафетная палочка и вместе с ней человеческое зло передавалась от одного призыва к другому и как будто не было виноватых, а были лишь страдающие. Как—то, один мой приятель по службе мне сказал, что компенсировал потери, нанесённые дедами в начале службы тем, что вдоволь поиздевался над шнурками. Я этим бы не занимался бы, даже если б не порвал себе вены. Я, покидая военную часть получил душевную травму. Суть, которой можно выразить в четырёх словах: «Служу унижающему меня отечеству!» А с дедом Амиром, всё-таки разобрались. Мне рассказали приятели по службе. День как обычно близился к концу. Солдаты все как один произносили армейскую «вечернюю молитву», которая приблизительно звучала так: «Вот и ещё один день прошёл!» — произносил громко кто-нибудь и все его разом подхватывали: «Ну и х… с ним!» Тогда говорили о конце света в газетах, но он не наступил. Лишь один солдат точно знал, что для Амира конец света приближается. Он в это время находился в госпитале военной части и долечивал свои сильные ожоги. И действительно, всё произошло мгновенно. Амира уже нет.

Психоанализ показал, что мой пациент уже с детства страдал психопатией, имея врождённые и стойкие аномалии характера, патологический склад личности, препятствующий адаптации его в обществе. Психопатия усугубилась, и благодаря последующей алкогольной зависимостью. Кроме того, имело место параноидное расстройство личности. Мой пациент часто приписывал окружающим злые намерения, был склонен к образованию сверхценных идей, самой важной из которых является мысль об особом значении собственной личности. Дедовщина лишь усугубила эти психические нарушения и привела к попыткам суицида. Впрочем, как показывает практика попытки суицида в армии совершают не только солдаты с психопатией.

ПЕРЕЖИВАЮЩИЙ БИЗНЕСМЕН — ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ

В кабинете респектабельный мужчина. Он очень встревожен, на лице депрессия и растерянность.

— Здравствуйте… Сколько будут стоить ваши услуги? Тьфу! Опять всё о деньгах, да о деньгах!

— Расскажите, что с вами случилось?…

- Уж, не знаю с чего начать всё как-то свалилось на голову, товарищ психолог. А что действительно тесты говорят о чём-то? Или это туфта?.. Можно ли им верить?..