Избранные эссе - Дэвид Фостер Уоллес

ходили. Он ниндзя Первой поправки. Он купается в аплодисментах и любит их, и вроде как даже вызывает нечто похожее на симпатию. Он определенно аватар бесстыдности современной порноиндустрии, ее современный персонаж в стиле «да-окей-я-мразь-но-если-отбросить-ваше-лицемерие-то-и-вы-тоже-мрази-зато-у-меня-хотя-бы-кишка-не-тонка-признать-это-и-наслаждаться-жизнью»: «Я салютую женщинам с IQ 11 и мужчинам с одиннадцатидюймовым членом. Настоящие герои – это хуи и пёзды, которые ебутся на экране. Они настоящие герои». Обратно к столику Голдштейна не провожают, а скорее несут.

Следом идет двадцатиминутное введение Роберта Шиммела и «Музыкальное посвящение истории взрослого кино», в котором девушки топлес танцуют попурри из диско, нью-вейва и т. д.[431] Музыкальная группа на сцене выглядит потасканной и усилена неравномерно, на всех рубашки с отложными воротничками и перманентная завивка – это как смотреть последний сезон «Семейки Брэйди» сквозь одолженный бинокль. Сцену освещают автоматические прожекторы, цвета которых меняются без какой-то видимой системы.

15-я церемония награждения AVN длится три с половиной часа и больше всего напоминает непристойную и чрезвычайно щедро профинансированную школьную постановку. Смесь из кричащего самовосхваления[432] и неуклюжей хореографии местами выглядит настолько неадекватно, что даже мило. Для объявления каждой награды на сцену всегда выходит не меньше шести человек, и никто, судя по всему, никогда не знает, чья сейчас очередь объявлять номинанта, и всегда есть пара человек, которые встают слишком далеко от микрофона и их почти не слышно, и другая пара – которые подходят слишком близко и создают такой брак по звуку, что за столиками возле сцены подскакивают люди и коктейли. Фильм «Сатир» от студии Wicked Pictures, номинированный во множестве категорий, постоянно называют «Сортир». Победителям после окончания благодарственной речи следует покидать сцену слева, но даже те, кто уже побеждал раньше и уже несколько раз проходил через этот процесс, постоянно забывают об этом, пытаются спуститься справа и сталкиваются с хостес, которые должны провожать победителей налево. Некоторые презентаторы вставляют в свои речи краткие сообщения о вреде наркотиков, пока рядом с ними нервно подергиваются и шмыгают другие презентаторы – не все, но некоторые, – кто, очевидно, под коксом по самое не балуйся.

Наверно, самый нейтральный и экономный способ описать церемонию – это сказать, что большая часть выступлений здесь ненамеренно смешные. Победившие «дровосеки» со сцены искренне благодарят режиссеров и продюсеров за то, что те «дрючили» их, что на съемочной площадке приходилось «рвать жопу», и, кажется, при этом совершенно не осознают непристойной двусмысленности своих слов. Вместе с нами за столиком для журналистов сидит женщина чуть за сорок в костюме-двойке от «Армани», которая делает репортаж о церемонии для радио ABC; большую часть вечера она сидит, подперев рукой голову, даже не включив диктофон. Всю вторую половину вечера Дик Филт пытается найти глазами официанта, который должен ему сдачу. Джин Росс из AVN особо отмечает победителя в номинации «Лучший актер 1998 года» словами: «Ты не жил, если не видел сморщенные яйца Тома Байрона на семидесятидюймовом экране». «Злодейки» Роба Блэка номинируются в каждой категории, и каждый раз на сцене происходит лихорадочное совещание на тему того, как правильно произносится слово «злодейки»[433], которое заканчивается тем, что кто-то из участников довольно громко спрашивает, что, блядь, это слово вообще означает[434].

Справедливости ради, названия некоторых фильмов действительно сбивают с толку. «Тройное проникновение шлюх-дебютанток – 4» борется за награду в номинации «Самая возмутительная сцена секса» – вместе с «Безумием на улице Задниц» и «Мне 87 – и до сих пор трахаюсь», – но уступает победу сцене, которая в программке записана как «Экспресс „Анальная еда“»[435] из видео под названием «Девушка моей девушки». «Плохие жены» Пола Томаса берут награду за лучший фильм. «Бьюда» студии Evil Angel выигрывает в номинации «Лучший фильм на видео». Статуэтка за «Лучший иностранный релиз» достается чему-то европейскому под названием «Президент днем, шлюха ночью». «Плохие жены» также побеждают в номинациях «Лучшая актриса/фильм» (Дайана Лорен), «Лучшая актриса второго плана/фильм» (Мелисса Хилл) и «Лучшая сцена/фильм с анальным сексом»[436] (Лорен и Стивен Сен-Круа). Награду за «Лучший сборник» получает фильм «Любимые минеты и аналы Вуойера». Из ниоткуда возникает картина Дэвида Кроненберга «Автокатастрофа» и получает что-то в номинации под названием «Лучший альтернативный фильм для взрослых». Мисс Стефани Свифт выигрывает «Лучшую актрису/видео» и говорит зрителям: «Спасибо всем. Групповуха была просто огонь»[437].

К огромному и злорадному удовольствию Столика 189, Макс Хардкор не выиграл ни единой статуэтки.

Актер по имени Джим Бак выигрывает «Лучшего гей-исполнителя года», и можете поверить, ваши корреспонденты внезапно столбенеют на своих местах, когда видят, что вышедший на сцену за наградой розовый и астеничный парень ростом метра полтора с широким итонским воротником выглядит, даже если смотреть в бинокль с кратностью 125×, как двенадцатилетний мальчик. И далее оказывается, что это и есть двенадцатилетний мальчик: это младший брат Джима Бака. «Джим не смог приехать, потому что участвует в шекспировском фестивале в Новом-Орлеане, – говорит маленький мальчик (ваши корреспонденты смотрят на Гекубу и Филта, выпучив глаза: шекспировский фестиваль? отправить своего препубертатного родственника забрать твою награду за выдающиеся достижения в области киносодомии? – но те лишь весело пожимают плечами), – но я хочу поблагодарить вас от его имени и сказать, что это я научил Джима всему, что он знает». [Аудитория заходится в смехе и овациях, дама с радио АВС судорожно ежится.]

Странный и травматичный опыт, который один из ваших корреспондентов даже не будет пытаться описать, – это оказаться в мужском туалете у писсуара между двумя профессиональными «дровосеками» Алексом Сандерсом и Дэйвом Хардманом. Достаточно сказать, что соблазн по (д) смотреть на их пенисы очень силен и мотивы, стоящие за этим соблазном, настолько сложны, что могут вызвать анурию (что, в свою очередь, усугубляет травму). Имейте в виду, что порноактеры возле писсуаров создают вокруг себя точно такой же непрозрачный эмоциональный пузырь приватности, что и любые другие мужчины. Вся зона писсуаров в мужском туалете «Сезарс Форума» – это фестиваль ангста, поверьте нашему опыту. Впрочем, зона раковины, зеркала и диспенсера бумажных полотенец, наоборот, наполнена бесценной болтовней о работе, перемешанной с инсайдерским жаргоном и усиленной мощным резонансом эхолалической плитки и излишками выпитых шестидолларовых напитков. Один переквалифицировавшийся в режиссеры актер рассказывает коллеге о новом волнующем проекте:

– Нашел одну русскую, телочка лет девятнадцати, ни слова по-английски не знает, для этого [= для волнующего проекта] как раз идеально.

– Ты сам будешь участвовать? Ну, может, типа, в одной сцене?

– Не-а. В этом весь смысл. Я режиссер. Это теперь мое бремя.

– Ох, блин, ну тебе правда стоит попробовать ее.