Начать жизнь заново - Лана Кинлем

— И… что с ним случилось? — немного напряженно спросил Ричи.

Моя улыбка стала грустной.

— Он… он умер. Чтобы не оставаться с Морганом после работы, у меня всегда была готова причина — я гулял с собакой. Я не подумал, что пес может стать мишенью, и дорого поплатился за это. Ублюдок надоумил родителей, что собака мешает мне в работе, и они отвезли его в клинику. Усыпить. Я… я не успел его спасти. Это стало последней каплей, я вообще смутно помню, что было дальше. Только отдельные образы.

Мы замолчали на какое-то время. Темнота медленно окутывала Торонто, делая его огни еще ярче и насыщеннее. Вода с тихим шуршанием стелилась под ногами темным покрывалом.

— Ал, но…

— Это всё уже не важно, — перебил я, глубоко вздохнув. — Пусть все было так погано, пусть я потерял друга, но в конце концов оказался здесь. И это прекрасно, так ведь?

Я улыбнулся, глянув на Ричи. Друг, слегка нахмурившись, смотрел на меня. Что ж, история моей жизни никогда не была красивой и приятной. Но я вполне мог с этим жить. Теперь мог.

Задержав на несколько секунд дыхание и прикрыв глаза, я шумно выдохнул и сделал шаг вперед, намереваясь продолжить нашу прогулку.

— Алекс.

Я обернулся, насторожившись. Голос Ричи был каким-то странным, напряженным, неестественным. Я слегка склонил голову набок.

— Что?

— У тебя… у тебя никогда не было собаки.

Глава 23

— Оливер, ты подготовил отчет?

— Да, Эван, он на твоем столе! — крикнул я, прокатившись мимо мужчины на своем кресле.

Эван показал мне большой палец из-за перегородки, и я, усмехнувшись, открыл крышку сканера. Чудом не путаясь в бумагах, я сканировал документы, зажав телефон между щекой и ухом.

— Мы прекрасно знаем сроки исполнения, всё будет сделано к назначенному числу, — скучающим тоном протянул я раздраженному мужчине на том конце.

На самом деле я его почти не слушал, это была стандартная практика — позвонить поорать. Он сказал еще что-то, я повторил пару заученных дежурных фраз, услышал слова об окончании аргументов, заключающиеся в нескольких грязных ругательствах, и наконец надоедливый дядя отключился. Я успел только слегка закатить глаза, как пролетевший мимо вихрь, толкнувший меня в плечо, выбил телефон.

— Ой, блин, прости-прости! — стараясь подавить смех, тут же проговорила Хелена.

Цокая длиннющими каблуками, она вернулась, подняв мобильник с пола и протянув его мне. Я покосился на нее с весельем в глазах.

— Ничего страшного. Лучше летающий телефон, чем летающая ты, — не выдержав, мы оба прыснули. — Убьешься ты на своих ходулях когда-нибудь.

— Я люблю лилии, — невпопад выдала она.

Точнее это мне показалось, что невпопад.

— Причем тут лилии? — на моем лице пронеслась тень недоумения, а Хелена только больше рассмеялась.

— Так на могилку принесешь!

Все еще смеясь, она подхватила из моих рук часть бумаг, и мы двинули к моему столу. Ее шпильки были у нас чем-то вроде локальной шутки. Хелена всегда ходила исключительно в обуви на высоком каблуке, но при этом не проходило и двух дней, чтобы она не врезалась куда-нибудь или в кого-нибудь, не уронила что-то, или чтобы не упала сама. Буквально неделю назад я успел поймать летящую в кофемашину лицом девушку, за что едва не лишился коленной чашечки. Так что да, упавший телефон был наименьшей проблемой. К тому же он был рабочим.

— Пойдешь мимо бухгалтерии, забрось им эти бумаги, ладно? — попросил я, когда вся груда бумаг упала на мой стол.

Хелена кивнула, бросив взгляд в протянутые мной документы.

— Ты сегодня опять без обеда, Оли?

— Ага.

Я согнулся перед монитором компьютера — стул-то остался у сканера. Последнее время я постоянно забывал обед дома. То в прихожей, то на столе, то даже из холодильника не вытаскивал. Ричи ругался, а я со смехом называл его радивой женушкой. Я же просто по утрам мыслями был уже на работе.

Зато внезапно у всего офиса появилось маниакальное желание меня накормить.

— Эх, правильно Элеонора говорит — надо откармливать тебя. Тебе бы к ней на воспитание на пару недель, был бы как Стив, — покачав головой, протянула девушка.

— Я все слышу! — донесся откуда-то сзади возмущенный голос Стива. А Стив был довольно упитанным малым.

Я засмеялся.

— Хватит уже вам. И Элеоноре скажи, чтобы переставала навязывать всем мысль, что меня нужно кормить. Вот как раз ей документы и отдашь, — весело ответил я, не обернувшись.

Хелена со вздохом снова посмотрела на бумаги в своих руках и поцокала в сторону бухгалтерии. Я надеялся, что мне не придется оставшееся время после обеда бегать от Элеоноры, нашей бухгалтерши. Она была пышной женщиной в годах, с неиссякаемым жизнелюбием, вечными синими тенями и бесконечными булками в пакете, которые она всучивала всему коллективу. Эдакая мамочка всей нашей дружной оравы.

— Может быть кофе тебе сделать? — обернувшись, спросила Хелена.

— Давай, — крикнул я в ответ, поймав свой стул, запущенный в меня через весь коридор прицельным пинком заботливого Эвана.

Когда это я отказывался от кофе?

***

Прошло два месяца с того странного разговора на пляже. Я не стал слушать Ричарда, мне больше не хотелось гадать, где чья правда.

— Как это не было?

— Ал, я же постоянно вертелся рядом, думаю, уж пса бы я заметил, — с ноткой тревоги протянул друг.

Я уставился на воду застывшим взглядом. Память услужливо подкидывала картинки прошлого, пестрившие рыжей шерстью. Проблема была в том, что пса я помнил. А вот друга, стоявшего рядом, совсем нет. И во что я должен был верить?

— Алекс, слушай…

— Нет, — перебил я его. — Я не хочу слушать. Я не хочу ничего знать.

Я устал. Я хотел только одного — спокойной жизни.

— Но…

— Нет, Рич, — я посмотрел в его глаза внезапно потяжелевшим взглядом, и он замолчал. — Давай просто забудем об этом.

Я тряхнул головой и, раскинув руки в стороны, помчался в воду. Ричи окликнул меня, но я не обернулся.

Мне было не привыкать считать себя сумасшедшим, но я больше точно не хотел выяснять это наверняка. Я попросил Ричарда больше никогда не поднимать эту тему, и он согласился. Мне казалось в тот момент, что он опечален, но я постарался просто не обращать внимания.

И конечно же меня это не слишком спасло от назойливых мыслей. Как самое ценное сокровище я перебирал свои воспоминания тихими ночами. Калейдоскопом проносились моменты моей жизни, когда мы с моим псом бегали на заднем дворе и по паркам, рыжими всполохами мелькали горки и качели, хот-доги и гамбургеры, поделенные