100 великих историй любви - Анна Сардарян

Сифилисом Ги де Мопассан заразился в 1877 году, однако никакое лечение не помогало. У него стало пропадать зрение, волосы выпадали, появились сильнейшие головные боли, а несколько позже стали беспокоить галлюцинации. Болезнь прогрессировала, но писатель и не думал менять свой образ жизни. Он был оптимистом и шутил с друзьями, не раз повторяя: «Наконец-то у меня настоящий сифилис, а не жалкий насморк» или: «У меня сифилис, а поэтому я уже не боюсь подцепить его».

Мопассан по-прежнему наслаждался жизнью. Когда ему исполнилось тридцать три года и после издания первого романа у писателя появились деньги, он решил поселиться в небольшом поместье близ Этрета. Упросив мать отдать ему небольшой участок земли, которым она владела, Ги построил там домик, куда мог наведываться по несколько раз в год и отдыхать от столичной жизни.

Однако одиночеством наслаждаться ему пришлось недолго. Его соседка, очаровательная Эрмина Леконт дю Нуайи, быстро завладела сердцем писателя, и обольстительный француз все дни проводил с «синим чулком». Именно так он называл Эрмину, элегантную, изящную женщину с белокурыми волосами. Их встречи, носившие лишь платонический характер, продолжались ровно три года.

С Ги было настолько просто, что дни для Эрмины проходили незаметно. Однако ни о чём большем, чем дружба с приезжим гостем, новая знакомая не хотела и думать. Она хранила верность супругу и была женщиной благовоспитанной и трезвой.

Мадам дю Нуайи жила в имении Ла Бикок одна с маленьким ребёнком. Её муж, придворный архитектор, всё время проводил вдалеке от жены, в Румынии, осуществляя грандиозные королевские проекты. Часто его не было в поместье по несколько месяцев. Супруга скучала в одиночестве, и когда известный писатель стал оказывать ей знаки внимания, Эрмина была польщена. Она рассказывала друзьям, что Ги был неряшлив, плохо одет и шепелявил. Но в то же время восхищалась его острым умом, обаянием и весёлым характером.

Мопассан обожал путешествия. Он ездил по Европе, путешествовал по Африке, плавал на яхтах и летал на воздушном шаре. Из каждой поездки он непременно писал Эрмине. Сначала это были письма с рассказами о путешествиях, но спустя какое-то время переписка уже носила достаточно фривольный характер. К его обычной фразе «целую ваши руки» Ги теперь добавлял: «Целую также ваши ножки».

А однажды, в очередной свой приезд в поместье, Мопассан просил о встрече мадам дю Нуайи и писал в одной из своих записок: «Дорогой друг! Не одевайтесь — мы будем одни. Мопассан».

Он желал эту женщину всё сильнее и был так настойчив, что Эрмина наконец сдалась. Она влюбилась в него с такой силой, что, забыв о нравах и чести, нарушила верность любимому супругу. А Ги, заполучив желанную женщину в любовницы, вдруг понял, что она ему больше не нужна. «Каждая победа над женщиной, — признавался писатель, — ещё раз доказывает нам, что в объятиях у нас все они одинаковы».

Ги де Мопассан разлюбил очаровательную соседку с такой же лёгкостью, с какой и влюбился в неё когда-то. Однако он ещё долго сохранял к мадам дю Нуайи дружеские чувства. Окончательно сообщить о разрыве писатель решил в 1890 году, когда в коротком письме он просил прощения у неё «тысячу раз» и приписал фразу, которая подчёркивала его отчуждённость: «Целую ваши руки, дорогой друг». Это означало, что как женщина Эрмина уже не была ему интересна.

После этого Ги написал последний свой роман, его «Наше сердце». Эрмина Леконт дю Нуайи сразу же узнала себя в героине романа.

А писатель продолжал менять любовниц, устраивал вечеринки, куда приглашал беспечных девиц и столичных развратников, увлёкся наркотиками. Он тратил деньги, покупал особняки и яхты. Но старая болезнь давала о себе знать, и в 1891 году Мопассану стало совсем плохо. Его мучили призраки и видения, и однажды он даже попытался убить себя, порезав горло ножом для бумаг. Родственники приняли решение поместить его в клинику для душевнобольных. Так заканчивались последние годы французского писателя. Он умер спустя два года, 6 июля 1893 года.

В конце жизни Ги де Мопассан однажды признался: «Я никогда никого не любил». Скорее всего, это и было истинной правдой. Все годы он ждал идеал женщины, некое совершенство, какого в действительности никогда не встретил. Его «Незнакомка» осталась в сердце, так и не воплотившись в реальности.

МИРРА ЛОХВИЦКАЯ — КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ

Этот роман начался стремительно. Они познакомились осенью 1897 года, когда Константин Дмитриевич Бальмонт (1867–1942) вернулся из Англии, чтобы издать в России поэтический сборник «Тишина». А летом следующего года он и Мирра — Мария Александровна Лохвицкая-Жибер (1869–1905) — уже отдыхали в Крыму, в тихой и уютной Балаклаве. Именно там восходящая звезда русской поэзии Константин Бальмонт посвятил своей возлюбленной одно из лучших стихотворений ранних лет «Я знал».

Я знал, что, однажды тебя увидав,Я буду любить тебя вечно.Из женственных женщин богиню избрав,Я жду — я люблю — бесконечно.

Мирра, уже давно блиставшая на литературном небосклоне, со свойственной ей душевной лирикой, отвечала:

Я люблю тебя, как море любит солнечный восход,Как нарцисс, к воде склонённый, — блеск и холод сонных вод.Я люблю тебя, как звёзды любят месяц золотой,Как поэт — своё созданье, вознесённое мечтой.Я люблю тебя, как любят неразгаданные сны:Больше солнца, больше счастья, больше жизни и весны.

Судьба Бальмонта была сложна: он несколько раз жил в эмиграции, его обвиняли и осуждали за свободомыслие, он был влюблён в женщину, с которой ему не суждено было быть вместе и, наконец, умер вдали от родины, на время позабытый соотечественниками.

Константин Бальмонт родился 3 (15) июня 1867 года близ городка Шуи. В 1886 году он по настоянию отца поступил в Московский университет на юридический факультет. Когда за участие в демонстрации Бальмонта исключили из университета, юноша всерьёз решил заняться поэзией, к которой с детства был неравнодушен. Так и не получив высшего образования, будущий поэт занялся самообразованием, изучил более десяти иностранных языков, прочитал огромное количество книг, путешествовал по Индии, Мексике, Бразилии, Египту.

Вспоминая о начале творческого пути, молодой поэт отмечал, что он начался «с печали, угнетения, сумерек». «Оно (творчество. — авт.) началось, — говорил Бальмонт, — под северным небом, но силою внутренней неизбежности… через долгие скитания по пустынным равнинам и провалам Тишины…» Известным поэтом Бальмонт стал лишь в начале XX века, когда в 1903 году вышли его лучшие сборники стихов, посвящённые любимой женщине, — «Будем как солнце» и «Только любовь».