"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

- Подготовьте мне краткий доклад по ситуации на верфях.- остановила его аш-Шагури. - И расшифруйте там эти ваши стадии готовности.

- Да, госпожа президент. - склонил голову Оуэн.

Налив стакан минеральной воды, аш-Шагури сделала небольшую паузу, приводя мысли в порядок. На нее навалилось столько проблем, сколько ее предшественникам на посту не снилось и в страшных снах. Одна проблема тянула другую, та третью, и не было им конца и края.

Допив воду, аш-Шагури переключила свое внимание на Масори.

- Адмирал, какова ситуация в системе Юпитера?

Тот подобрался, сразу став похожим на себя прежнего, и начала доклад

- Контр-адмирал Фримантль, комендант "Скапа Флоу", предложил устроить засаду, и атаковать конвой заправщиков в момент забора водорода из атмосферы Юпитера. В случае успеха этой операции, мы можем задержать противника на несколько недель. Уничтожение танкеров заставит аспайров экономить рабочее тело, и увеличит их подлетное время к Земле.

- Это реально? - спросила аш-Шагури.

Она заметила, как переглянулись Оуэн с Масори, как в глазах адмирала проскочила искра сомнения, но ответил он вполне уверенным голосом.

- Данный сценарий вполне возможен, госпожа президент. Заправка в атмосфере газового гиганта наиболее вероятна. Аспайры потратили часть рабочего тела на межзвездный перелет, а в бой лучше идти с полными баками.

- Понятно, - кивнула Аш-Шагури, и подумав, уточнила. - А если они двинут к Юпитеру все корабли?

- Невыгодно! - замотал головой Масори. - Лишние траты рабочего тела! Плюс высокая радиация в поясе Ван Аллена. Ни один здравомыслящий человек не полезет туда, где можно нахвататься радиации!

Аш-Шагури запрокинула голову, и коротко рассмеялась.

- Вы забываете, Масори, что к нам прилетели не люди. - она резко прекратила смеяться, и спокойно продолжила. - Впрочем, план мне нравиться. Действуйте!

- Слушаюсь, мэм!

Аш-Шагури оперлась локтями на стол.

- Можете быть свободны, адмирал. Оуэн, - позвала она министра обороны, когда прекратилась трансляция с "Сан Диего". - Объявляйте мобилизацию гражданских кораблей, и подготовьте план по их вооружению.

- Но у меня нет таких полномочий, госпожа президент! - Оуэн выглядел несколько ошарашенным.

- Уже есть, министр. - холодно улыбнулась аш-Шагури. - Солнечная система на осадном положении, сегодня я отдам соответствующие распоряжения. Вы можете распоряжаться всем, что у нас есть. Мобилизуйте гражданских, экипажи вместе с кораблями!

Несколько секунд Оуэн подбирал слова, на лице его читалось смятение и неуверенность.

- Госпожа президент, это будет мясо! На гражданских кораблях нет ни брони, ни противоракетных систем, даже их двигатели не рассчитаны на высокие ускорения!

- Зато они отвлекут на себя часть огня, министр. - аш-Шагури говорила очень тихо, почти шептала. - Мы должны остановить аспайров любой ценой, потому что иначе человечество погибнет! Действуйте, Оуэн, всю ответственность я возьму на себя!

Она сидела, все еще красивая, несмотря на прожитые годы, но даже брошенный мельком взгляд позволял заметить, как нелегко дались ей эти слова. Ни за три года на нынешнем посту, ни за четверть века в политике, ей еще ни разу не приходилось подписывать массовых смертных приговоров. А реакция Оуэна четко дала понять, каковы шансы мобилизованных выжить в эскадренном сражении. Но выбора действительно не было. Любой переоборудованный грузовоз мог стать той песчинкой, что склонит чашу весов на сторону человечества.

- Выполняйте, Оуэн! - уже более жестко приказала она.

- Да, госпожа президент, - неохотно подчинился Оуэн.

- Вы свободны.

Министр встал, коротко поклонился, коснувшись подбородком груди, и развернувшись, вышел в услужливо открывшуюся дверь. Аш-Шагури осталась в зале одна. Чертовски хотелось спать, или хотя бы принять горячий душ, смыть накопившуюся за двое суток усталость.

- Госпожа президент, - на пороге появился бессменный Жак, как всегда свеженький и подтянутый. - представители СМИ ждут вас в малом зале.

- Я скоро буду. - аш-Шагури встряхнулась, прогоняя усталость. Рабочий день продолжался.

Встречу с журналистам она решила провести в Президентском дворце. В ее подземной резиденции не хватило бы места, что бы вместить триста с лишним представителей СМИ. Да, и уставшей от серости подземелий Салии, хотелось немного развеяться, пройтись под открытым небом, всласть подышать свежим воздухом. Потягиваясь и зевая, она влезла в вагончик метро, и за те пару минут, пока ее везли ко дворцу, успела прикорнуть, не обращая внимания на вдавливающую в сиденье перегрузку. Умению засыпать при первой же возможности она научилась еще в юности, и способность эта частенько выручала ее, позволяя добирать недостающий сон во время перерывов, или поездок.

Сегодня она воспользовалась обычным, медленным и комфортным лифтом, поднявшим ее на поверхность неторопливо, зато без зубодробительных рывков. На встречу она успевала, а если что, пару минут ее подождут.

В большом вестибюле со стеклянными стенами к ней тут же пристроились двое плечистых парней из Службы Безопасности, еще один что то пробормотал в коммуникатор, и вышел наружу, поджидая президента у дверей. За года правления, аш-Шагури привыкла к их молчаливому присутствию, охрана сопровождала ее всюду, стоило только покинуть рабочий кабинет. Удачное покушение на Альфреда Коула заставило во многом пересмотреть подходы к безопасности первых лиц государства. Например, меньше полагаться на электронные системы, президента Лиги тогда застрелили из старомодного порохового пистолета, в упор. Датчики не разглядели оружия, в котором не оказалось ни единой электрической схемы. Бессилен оказался и рентген, пистолет, который убийца бросил под ноги своей жертве, целиком изготовили из пластика.

После того убийства и началось восстание на Большом Шраме. Коул слыл сторонником жестких мер, и убрав его, сепаратисты рассчитывали получить некоторую передышку. Не вышло. Тогда, двадцать четыре года назад, аш-Шагури только начинала карьеру политика, став самым молодым сенатором нового времени. Она улыбнулась, вспомнив провал переговоров, и две недели проведенные заложницей в особняке одного из лидеров восстания. Как там звали бравого капитана десантника, руководившего ее освобождением? Демин? Салия коротко рассмеялась, вспомнив ту давнюю историю, но в смехе ее на миг промелькнула легкая грусть. Одно время она даже жалела, что капитан тот оказался женат. Кто знает, кто знает...

На улице уже стояла полуденная жара, не помогала даже близость к океану. Полдень на экваторе даже в ноябре мало кому приходиться по вкусу. Пот высох моментально, едва успев выступить. Салия обмахнулась рукой, и стремясь поскорее покинуть улицу, ускорила шаги.

К счастью, на солнцепеке она оставалась недолго, метрах в десяти от входа уже стояла припаркованная машина с гостеприимно распахнутой дверью. Окунувшись в кондиционированную прохладу салона, аш-Шагури махнула водителю.

- В пресс-центр.

"Лотус" тронулся плавно, словно управляемый автоматом. До пресс-центра, построенного у скалистого океанского берега они добрались за пару минут, и Салия, поморщившись, вылезла обратно на солнцепек.

Пресс-центр построили около четырехсот лет назад, и сегодня его стеклянный, сияющий под солнцем куб смотрелся анахронизмом. За прошедшие четыреста лет дворцовый комплекс не единожды перестраивали, но по странному стечению обстоятельств, архитекторы каждый раз обходили пресс-центр своим вниманием. Хотя на их месте, его, Салия перестроила бы в первую очередь. Простой куб из затемненного стекла, без изысков и украшений начисто выпадал из общего ансамбля дворца.

Скрывшись от солнечных лучей, Салия отпустила телохранителей, и немного постояла, дожидаясь пока восстановиться учащенное жарой дыхание. В вестибюле пресс-центра сегодня было довольно многолюдно, но сотрудники службы безопасности тут же оттеснили толпу от президента. Аш-Шагури послала дежурную улыбку в сторону камер, приветственно взмахнула рукой.