"Фантастика 2023-174". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Мазуров Дмитрий

— Зачем ты это сделала? — спрашиваю я у темного пространства. Пространство молчит, но я знаю, что она — где-то тут. Просто потому, что передо мной на бетонном полу заброшенного рыбного завода — лежит труп. Я уже наклонялся к телу, я уже знаю, что начинает наступать трупное окоченение, значит с учетом температуры — труп лежит тут уже несколько часов. Вполне достаточно, чтобы подготовить местность… в конце концов ловушки установить. Я не обучал Шизуку такому, но… она умная девочка.

— Ты же понимаешь, что нам следует об этом поговорить? — я гашу фонарик на смартфоне и жду, пока мои глаза привыкнут к полутьме. Скорей всего она нападет именно сейчас, сейчас я беззащитен, несколько секунд, может дольше. Надеюсь, все же у нее нет прибора ночного виденья, иначе я спекся. Достаю из кармана свой складной нож, он именно такой, как и завещал Сергей Юрьевич — на вид маленький и совершенно не страшный, короткое лезвие, линейный замок, хорошая сталь. И такой вот нож никогда не вызовет лишних вопросов в полиции, именно такие и называют перочинными… но он очень острый, у него есть упор под большой палец, и пусть длина клинка меньше, чем ширина моей ладони (едва-едва), но этого более чем достаточно.

Щелк! — легким движением я давлю на «плавник» и подпружиненное лезвие вылетает из рукояти. Я усиленно моргаю, прижимаясь к стенке и держа нож в опущенной руке у коленки. Нельзя показать страх, нельзя показать, что я ее опасаюсь. Прямо сейчас она боится меня больше… если это можно назвать страхом. Скорее — она разумно опасается, что я как та кошка — не обучил своего Тигра всему и все еще держу козыри в рукаве. И если я смогу убедить ее, что так и есть — то все еще можно вернуть на круги своя… но работы будет много. Я совершил ошибку, не обращая внимания, пропустив признаки активизации темной попутчицы у нее, видел же как у нее глаза горели в тот раз, да она едва не кончила там же, а связывать убийства и сексуальность — это опасная дорожка.

Моргаю. Никого. Глаза привыкли к полутьме, и я вижу достаточно для того, чтобы разглядеть и тело на полу и бетонные колонны, за которыми так удобно прятаться. И потолок с металлическими балками — достаточно широкими, чтобы можно было передвигаться по ним, пригнувшись и одевшись во все темное. На мне же — белая рубашка, но это уже без разницы. Она видит меня с самого начала, и черная одежда не помогла бы мне исчезнуть.

Тренькает телефон, я чертыхаюсь. Конечно. Она будет присылать мне сообщения. Я не могу не посмотреть на единственный канал общения с ней, а каждый взгляд на экран смартфона будет означать, что мне снова придется щурить глаза, привыкая к полутьме. Умно. Поднимаю смартфон, убираю яркость экрана на минимум. Ага. «Поиграем в прятки?» и улыбающийся смайлик. Нет, не просто улыбающийся, а игривый такой — с высунутым языком.

— Почему бы и нет? — говорю я, опуская телефон: — надеюсь ты понимаешь, что это все может закончится только одним способом. Я найду тебя и надеру тебе задницу. Прямо выпорю. И не так, как На-тян со старостой развлекаются, нет. У тебя вся жопа синяя будет. Почему… вот с каких таких умозаключений ты вдруг решила, что ты — можешь меня ослушаться? Что ты можешь бросить мне вызов и остаться безнаказанной? У тебя еще есть шанс отделаться легким испугом — если ты прямо сейчас выйдешь из сумрака и упадешь мне в ножки и прощения попросишь… — я начинаю двигаться вперед, вдоль стены, я иду и говорю, зная, что она — слушает.

— И объяснишь, что это за человек на полу лежит и зачем ты его убила. Нет, погоди, даже не так… ты объяснишь, почему ты — посмела меня ослушаться. Меня, если честно, не волнуют убийства, люди постоянно умирают. От простуды, сбитые автомобилем, или там в метро на рельсы шагают. Я не знаю этого… кто бы он там ни был. Мне все равно. Ценность человеческой жизни, декларируемая философами древности — штука весьма относительная. Всем насрать на этого конкретного человека, кроме, может быть его семьи. Потому меня волнует другой вопрос, Ши-тян. Вопрос простой и понятный. — я приостанавливаюсь и набираю воздуха в грудь. Чувствую, как у меня непроизвольно поднимается верхняя губа, как сужаются глаза и натягиваются мышцы на скулах, превращая лицо в гримасу, подобную тем, что изображают самурайские маски — лицо гнева.

— Какого черта ты ослушалась, Ши-тян?! — рычу я утробно. Сейчас я уже внутри, я уже принял решение и сейчас — мне не страшно. Сейчас во мне просыпается Темный и именно поэтому я боялся, что не успею оказать ей первую помощь. Но этих мыслей больше нет. Есть только я и она. И мне надо просто найти ее.

— Это было так сложно? Я требовал от тебя запустить спутник на орбиту? Может быть я просил тебя найти мне философский камень?! Познать самое себя и посадить розовые кусты? — на самом деле у меня есть преимущество. Всегда было. Я знал… нет, не так, я подозревал. Я подозревал что такой день однажды настанет, но не думал, что так рано. И вообще, все время знать где находится эта девочка с душой убийцы — полезно. Потому у Шизуки на телефоне установлено простенькое приложение, с помощью которого я могу отслеживать ее, ведь дети в наше время не расстаются со смартфонами, верно? Потому я знаю, что она сейчас — воон за той колонной, предпоследней в моем пути к выходу. И скорей всего — нападет, едва я поравняюсь с ней.

— Нет. Ничего подобного. Никаких неисполняемых желаний, никаких «ступай не знаю куда, убей не знаю что». У меня было очень простое требование — никого не убивать без моей команды. А если вдруг появится желание — подойти ко мне и обсудить. Через рот, словами. Это, млять, было так сложно?! Мне не жалко вот этого неудачника на полу, меня волнует твое отношение! Ты серьезно думаешь, что можешь вот так перейти мне дорогу и остаться в живых?! Я всегда был достаточно высокого мнения о твоих интеллектуальных способностях, но порой ты такая тупая, Ши-тян. — я иду вперед. Не крадусь, не пригибаюсь, я просто иду. Все по плану, она должна видеть, что я — якобы готов, нет, даже предвидел ситуацию и что она — просто ученица, а я — Мастер и она просто попала ко мне в сети, что это я с ней сейчас играю, а не она со мной. Что это ее здесь со мной заперли, а не наоборот.

— Но даже такая тупая сука как ты — должна знать свое место. И если тупая сука дергается — то хозяину надо ее проучить. Знаешь, Ши-тян… а я ведь знал, что так будет. Ты на редкость предсказуемая со своей зависимостью. Более того, я скажу тебе, что будет дальше. — колонна, за которой мигает маячок смартфона Шизуки все ближе и мне надо нагнетать атмосферу, чтобы она замедлилась хотя бы на долю секунды. И… честно говоря я едва удерживаю Темного, он бесится внутри меня «эта тварь посмела предать нас! Выпустим ей кишки и оставим умирать на холодном полу… или нет, это слишком легко и приятно. Выпусти меня, ослабь свой чертов поводок, и я сделаю так, что она будет умолять о пощаде и выть от боли»

— Я найду тебя. И как следует накажу. Я сломаю тебя и ты либо выучишь урок — либо попробуешь меня во второй раз. И… обычно дают три шанса. Это для тупых. Я даю только один шанс — еще один и не больше. И если ты — на самом деле такая тупая, то ты попробуешь еще раз. Только раз. Знаешь почему? — я останавливаюсь. До колонны еще несколько шагов. Нельзя ускорять шаг. Я — хреновый игрок в покер и мне надо отвлечь ее от моих передвижений.

— Знаешь — продолжаю я тактику устрашения. Шок и трепет… если бы Шизука знала, чего именно хочет от меня Темный попутчик — она бы вела себя по-другому. Наступает момент, когда я не смогу больше его контролировать, а это чревато последствиями. Для всех.

— Ты знаешь, что в первый раз я просто поломаю тебя, но во второй раз — ты перестанешь существовать. Тебя больше не будет, Ши-тян. И хотел бы я сказать, что это будет легко и приятно, но… нет. Это не так. А потому… — и тут я бросаюсь вперед, оставив фразу висеть в воздухе, оставив ее ожидать аргументов и обоснований! Шаг, шаг, еще один — и я уже за колонной, готовый атаковать!

Тишина. Пустота. За колонной, на полу, внизу — едва видные контуры маленького прямоугольника. Телефон Шизуки, повернутый экраном вниз. Приманка. Несмотря на весь мой гнев — я нахожу в себе силы улыбнуться кончиками губ, едва-едва.