Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Огромный конь Тойдегара врезался в самую середину стаи гончих, топча их своими тяжелыми копытами, и через минуту рыцарь оказался лицом к лицу с лесным царем.

Он был ужасен — огромное, высокое существо ростом с великана-людоеда из детских сказок, излучающее волны невыразимой мощи. Его плащ развевался от бешеных порывов ветра; кривые рога росли прямо изо лба. С его копья капала кровь, в глазах светилась невероятная сила.

Подлетев к лесному царю, Тойдегар ударил его пикой прямо в изумрудно-зеленую плоть. В ответ сверкнуло копье — и Теодерик вскрикнул, когда от мощного удара в грудь Тойдегар опрокинулся на круп своей лошади. В следующее мгновение царь насадил тело рыцаря на копье и отбросил далеко в сторону, под копыта лошадей, после чего в бешеной ярости принялся крушить оставшихся в живых людей.

Теодерик и рыцари владетеля замка пошли в атаку одновременно, сгорая от гнева и желания отомстить. Одним сокрушительным ударом Теодерик был выбит из седла; падая, он слышал, как вокруг вопили и стонали умирающие. В руках у Теодерика остался лишь обломок пики; отшвырнув его в сторону, он встал и вытащил из ножен меч.

Владетель Каррарского замка стоял возле лесного царя: седовласому воину удалось вонзить пику ему в грудь, и на землю из раны начали тихо падать белые капли; Теодерик замер от ужаса, представив себе, что сейчас сотворит взбешенный лесной бог.

Человек и бог стояли лицом к лицу, как вдруг… Неожиданно Теодерик почувствовал, как мир словно затаил дыхание, и над полем повисла тишина — мирная, благостная тишина. И сразу исчезли ярость и боль и в воздухе разлилась волна чего-то удивительного, необъяснимого, разлилась — и полетела дальше, охватывая всю землю.

Лесной царь взревел и, вырвав пику из своей груди, навис над рыцарем. Подняв окровавленное копье, царь собрался пронзить воина и вдруг задержал удар.

Тяжело поднявшись, Теодерик, шатаясь, подошел к владетелю Каррарского замка и встал рядом с ним, приготовив меч, в то же время отлично понимая, что справиться с огромным лесным существом, нависшим над ними, как башня, они не смогут. Кловис, прихрамывая, подошел к ним и встал рядом, за ним потянулись уцелевшие в битве воины, которые, окружив своего командира, встали под его стягом.

И тут хмурые тучи, закрывающие небо, рассеялись, и Теодерик увидел, как армия лесного царя начинает исчезать, растворяясь в воздухе; Дикие всадники собрались возле своего повелителя, а страшные духи-деревья замерли. Призрачные тени мерзких лесных ведьм исчезли, растаяв, словно туман, а небо вновь засияло яркой голубизной.

Над полем битвы повисла мертвая тишина, нарушаемая лишь криками умирающих и ржанием лошадей. Лесной царь поднял копье и сунул за пояс охотничий рог.

— Что происходит? — спросил Теодерик, ни к кому не обращаясь.

Ему никто не ответил — застывшие от изумления воины смотрели на двух огромных крылатых существ, которые кружили над полем.

Когда существа опустились ниже, Теодерик увидел, что это два гигантских ястреба, которыми управляли наездники. Немного покружив, птицы опустились на землю; с одной спрыгнула грациозная эльфийка удивительной красоты, с другой спустились эльф и человек в доспехах, судя по всему бретонский рыцарь.

Теодерику почему-то показалось, что этого рыцаря он уже видел, впрочем, он не был в этом уверен. Но не успел он спросить незнакомцев, кто они и что им нужно, как заговорил лесной царь.

— Во всем должно существовать равновесие, — сказал он звучным голосом. — Моя королева просит меня вернуться домой; царство азраи будет жить. Мир вновь стал таким, каким должен быть. Не забывайте урока, который я вам дал, ибо Дикая охота еще повторится.

С этими словами Король Леса повернул коня и вместе со своими охотниками поскакал на восток, по направлению к Атель Лорен.

Посмотрев ему вслед, Леофрик перевел взгляд на благородных рыцарей, стоящих возле него. Поле боя было усеяно трупами, но он знал: здесь была одержана величайшая победа. Низкий туман, тела мертвых гончих и стаи воронов — вот и все, что осталось от Дикой охоты. Леофрик улыбнулся от счастья — наконец-то он дома, на бретонской земле.

В небе ярко сияло солнце, пахло весной, и Леофрик радостно смотрел на высокие башни и мощные стены Каррарского замка.

Кьярно и Морвхен жались к Леофрику, чувствуя себя неуверенно в незнакомом для них мире. Леофрик показал на замок, возвышающийся над сверкающими водами Бренны.

— Это мой дом, — сказал он и широко улыбнулся. — Мои владения. Я вернулся на родину.

Сзади послышался звон металла, и Леофрик, обернувшись, увидел двух рыцарей в покрытых кровью доспехах. На плечи первого рыцаря был накинут плащ с геральдическим знаком, который Леофрик видел впервые, зато другой…

Другой…

Этот геральдический знак Леофрик узнал сразу: вставший на дыбы алый единорог под драгоценной короной на золотом поле. Леофрик изумленно уставился на рыцаря, который в это время снял с головы шлем.

Его волосы были цвета серебра, черты лица четкие и благородные, в зеленых глазах отражалась печаль. Увидев до боли знакомые черты, Леофрик почувствовал, как по спине пополз холодок.

— Прошу вас назвать свое имя, сэр, — обратился к нему седовласый воин. — Кто вы и что привело вас в Каррарский замок?

— Каррарский замок… — тихо повторил Леофрик и посмотрел на его башни так, словно видел их впервые.

— Сэр, я жду вашего ответа, — сказал рыцарь, и Леофрик услышал в его голосе знакомые нотки. — Что за существа с вами — это эльфы?

— Меня зовут… мое имя вам ничего не скажет, — ответил Леофрик. — А это — да, это эльфы. Кьярно Серебряное Утро и Морвхен Развевающаяся Грива. Они из Коэт-Мары. А вы — владетель здешних мест?

— Да, — ответил рыцарь. — Я Леофрик Каррар, слуга короля и Дамы Озера.

— Леофрик Каррар… — повторил Леофрик. — Откуда у вас это имя?

— Так звали моего прадеда, — ответил рыцарь. — Сто лет назад он уехал в лес и не вернулся.

Услышав эти слова, Леофрик упал на колени; только сейчас он понял, что произошло.

То, что в лесу казалось сменой времен года, за его пределами превращалось в десятилетия… а значит, прошло уже сто лет. Неужели это правда? Неужели этот седой Леофрик Каррар — его потомок?

— Вашего деда, — спросил Леофрик, — звали Верен?

— Да, — ответил седовласый Леофрик. — Это был великий и благородный воин.

Леофрик улыбнулся, услышав такую похвалу в адрес сына, которого ему не суждено было увидеть.

Значит, всех, кого он знал и любил, больше нет, и ему остается только… что же ему остается?