Такая разная любовь - Джин Стоун

— На самом деле ты хочешь сказать, что Джордж был прав, когда назвал меня дурой. На самом деле ты хочешь сказать, что после нашей фирмы любая моя новая работа будет ступенькой вниз.

Он сделал большой глоток из своей чашки с кофе:

— Да.

Мэг глянула мимо него в иллюминатор. Самолет мягко плыл над безбрежным облачным покрывалом.

— Видишь ли, я вообще собираюсь бросить уголовные дела.

— И чем займешься?

Мэг пожала плечами:

— Семейным правом, наверно. Словом, чем-нибудь более значительным.

— В семьях тоже бывают преступники, Мэг.

— Прекрасно. Пусть они обращаются к Баскомбу. А я буду работать с остальными.

Данни присвистнул:

— Просто не верится в то, что ты уходишь. Желтым газетам это не понравится. За кем же им теперь бегать по коридорам здания суда?

Мэг принялась за кукурузные оладьи.

— Желтым газетам все равно. Никого мой уход не обеспокоит, я в этом уверена.

Данни откинулся на спинку своего сиденья.

— Все началось с Холли Дэвидсон, не правда ли?

— Нет, Данни. Все началось много лет назад. Я всегда хотела другого. Потом курорт, знакомство с Зу и Алиссой… Даже встреча со Стивеном. Все это открыло мне глаза на то, что в жизни кроме чепухи есть еще много чего.

Данни рассмеялся:

— Это Алисса Пэйдж открыла тебе глаза на то, что в жизни кроме чепухи есть еще много чего? Забавно.

— По-своему и она тоже. Я знаю, она тебе кажется немного странной, но…

— Немного? Милая, это слишком мягко сказано.

— Ты виделся с ней?

— Да, передал информацию, которая ей была нужна. Дело закрыто.

— Интересно, что из этого вышло?

— Кто знает? Да и кому это интересно?

Подошел стюард и забрал у них подносы.

— А ты неравнодушен к ней, да?

— К кому?

— Да ладно тебе, Данни. К Алиссе, конечно. Мне кажется, что она тебе понравилась.

— Это одинокая, богатая и замужняя женщина, только и всего.

— Только и всего?

— Только и всего.

— Тогда я задам тебе другой вопрос: почему ничего не вышло?

— Не знаю даже. Теряю форму, наверно. Впрочем, ты не уходи от темы разговора.

Мэг закрыла глаза и откинула голову назад.

— Хорошо. Ты тоже не уходи.

— Как твой друг? Который из Вашингтона.

Мэг полулежала в своем кресле, не открывая глаз, и чувствовала, что ее тело вновь начинает неметь, как тогда в кабинете во время разговора со Стивеном. Интересно, почему это всегда происходит с ней, стоит ей только вспомнить о нем?

Тут она подумала о начинающейся новой жизни, свободе, и оцепенение стало проходить.

— Я вчера с ним виделась, — ответила она.

— И?

— И ничего. Сегодня утром проснулась, приняла душ, оделась, встретилась с тобой в аэропорту и села на этот самолет.

— А до этого? Ночью?

— Спасибо за заботу. Лохматый составил мне компанию.

— Какой Лохматый?! Ах да, Лохматый… Опять этот Лохматый.

Некоторое время они молчали. Ровный рокот двигателей постепенно убаюкал Мэг. Она не понимала, почему ей так легко и хорошо сейчас? Только вчера бросила работу и, наверно, карьеру. Только вчера бросила любимого человека. Уже во второй раз.

Но в эту минуту Мэг почувствовала лишь то, что ей хорошо в ее джинсах и футболке, что ей приятно ощущать покалывание у корней волос, собранных сзади в узел, легко сидеть сейчас без профессиональной маски, с которой она жила в Манхэттене. Она летела навстречу неизвестности, и это обстоятельство волновало и интриговало пуще любой работы, любого сложного дела. Кто знает, что случится с ней завтра? Но сегодня она полна решимости помочь Зу отыскать сына. Наконец-то она делает что-то полезное, значимое.

* * *

Когда самолет совершил посадку в Миннеаполисе, там лил дождь. Мэг позвонила в аэропорт Чисхолм-Хиббинг и заказала для них с Данни машину, которая должна была ждать там. Потом они пересели на другой рейс — маленький челночный самолетик на шесть пассажирских мест, курсировавший между Миннеаполисом и Чисхолмом. Мэг сидела прямо за пилотом и весь полет, который сопровождался ужасающей тряской, провела, вцепившись в спинку его сиденья. Она уже начала спрашивать себя: а зачем, черт возьми, ее понесло искать на свою голову приключений?

Когда самолет наконец побежал по гудронированной посадочной полосе, она повернулась к Данни:

— Я решила больше не летать в таких условиях. Если забуду когда-нибудь, напомни мне об этом рейсе.

Он рассмеялся:

— Уже напоминаю.

— Остряк.

— Просто представил себе, как ты будешь пешком топать обратную дорогу до Миннеаполиса.

Войдя в здание маленького аэропорта, Данни отправился искать машину, а Мэг вытащила свой блокнот, в который записала со слов Зу, как найти заведение Эрика, носившее, если верить подруге, прозаическое название «ЛАНЧИ».

По дороге Мэг спросила:

— Ты в самом деле думаешь, что они там?

— Конечно. У этого парня свое дело, жена и трое детей. Что ему еще остается? Прокатить Скотта в Мексику? И потом, я подозреваю, что карманы у него отнюдь не лопаются от денег.

Мэг посмотрела на размытое дождем лобовое стекло.

— И что ты ему скажешь?

— Увидишь. Может, научишься чему-нибудь и станешь частным детективом.

Мэг рассмеялась:

— Вот это уже не смешно, Данни.

Закусочная выглядела именно так, как ее описала Зу. Они вошли внутрь, и молодая официантка приняла у них заказ на сандвичи и кофе. Подкрепившись, Данни спросил у официантки, может ли он поговорить с владельцем заведения. Мэг ума не могла приложить, что задумал ее друг.

Из-за двери за стойкой показался высокий светловолосый и какой-то помятый мужчина. Мэг сразу поняла, что это, должно быть, и есть Эрик. Она сразу решила, что он не похож на похитителя, хотя до сих пор ей еще не приходилось встречаться с ними. Ни разу не защищала их в суде. Господь спас.

Данни поднялся из-за стола и обменялся с ним рукопожатием.

— Дан Гордон, — представился он. — Из Сент-Пола.

— Эрик Мэтьюз. Чем могу помочь?

Мэг принялась внимательно разглядывать его. Попыталась представить себе его молодым, полным жизни, влюбленным в Зу. У него было волевое лицо. Должно быть, и Зу видела в нем то же самое.

— Дело в том, — продолжал Данни, — что я являюсь торговым представителем «Супер Сейвер Маркетс».

— «Супер Сейвер»?

— Да, из Сент-Пола. В настоящее время мы планируем расширяться.

После этих слов Эрик явно насторожился:

— А я тут при чем?

— Вы лично ни при чем, мистер Мэтьюз. Нас интересует ваша закусочная. Неплохое заведение. Стоит прямо на магистрали и все такое…