Проклятие Одии - Майте Карранса

Почему же Анаид до сих пор не здесь?! Неужели ее отсутствие в рядах омниор означает, что она будет сражаться против них?! Если это так, лучше бы она навеки осталась в Царстве Мертвых!

Взволнованная и подавленная Селена в тысячный раз пыталась предугадать исход предстоявшего дня сражения. По ее приказу, омниоры ее личной гвардии бросились на поиски Анаид, но повстречали лишь юную иннуитку, омниору из Клана Медведицы, медленно поднимавшуюся вместе с верным псом к вершине Попокатепетля. Девушка была уже там, где дул пронизывающий ветер и где от ледников веяло холодом. Она обещала повстречавшим ее омниорам следить с кратера вулкана за тем, чтобы одиоры не зашли им в тыл.

Селена вновь попыталась сосредоточиться и глубоко вздохнула. Отныне она — Предводительница и должна держать себя в руках, что бы ни произошло. Ей необходимо служить примером остальным. Завтрашний день станет решающим, но он наступит лишь после долгой ночи…

— Прости меня, что я тебя тревожу, но есть безотлагательное дело.

Перед Селеной возникла омниора из маньчжурского Клана Скорпиона. У нее были раскосые глаза, желтоватая кожа и гладкие черные волосы. В руке она сжимала атам.

— Вы нашли молодую омниору из Клана Волчицы, которую я просила вас разыскать? — стараясь говорить спокойно, поинтересовалась Селена.

— Не совсем…

— А знаешь ли ты о том, что завтра сражение и накануне его Избранницу нельзя беспокоить? — Селена нахмурилась.

— Знаю.

— И все-таки ты нарушила мой покой?

— Есть важные новости.

— Так говори же, Шон Ли!

Маньчжурская омниора непревзойденно владела боевыми искусствами Востока, и Селена выбрала ее из сотен других для своей личной гвардии, сторожившей вход в пещеру Предводительницы. Шон Ли уже доказала свою преданность Селене, и та ей полностью доверяла.

— Мы задержали мужчину. Это не археолог и не заблудившийся турист. Он ищет тебя и утверждает, что может кое-что сообщить тебе о той, кого ты ищешь.

— Как он выглядит? — вскочив, спросила нахмурившаяся Селена. — Светловолосый? Высокий? С синими глазами?

— Да.

Селена машинально поправила волосы. На ней была расшитая разноцветными цветами длинная туника, скрывавшая начинавший округляться животик. Распущенные рыжие волосы ниспадали ей на плечи.

«Значит, Гуннар тоже здесь!»

— Впустите его, — с притворной твердостью в голосе приказала она.

Когда Гуннара привели, Селене стоило большого труда не броситься в его объятия.

«У него такие сильные руки! Как спокойно и безмятежно она себя чувствует, когда он прижимает ее к своей груди, и она слышит стук его мужественного сердца!»

Собравшись, Селена гордо подняла голову и спокойно произнесла:

— Здравствуй, Гуннар.

— Здравствуй, Селена. Ты, наверное, не ожидала меня здесь увидеть?

Селену поразила холодность, с которой держал себя Гуннар. Он не подошел к ней, не попытался поцеловать. Гуннар говорил глухим голосом, в котором не сквозило ни капли прежней нежности. Его глаза были пустыми, без признаков желания или страсти. Они были суровыми. Взгляд его был острым, как стальной клинок.

— Чего ж мне удивляться? Ты же сын одиоры.

— Я здесь не для того, чтобы выслушивать твои колкости, — нахмурился Гуннар. — И не для того, чтобы объясняться тебе в любви. Считай, что тебе повезло. Она прошла, и ты свободна.

У Селены замерло сердце. Она не понимала, что с ней происходит. Почему ей так сильно хочется его поцеловать? Почему сдержанность Гуннара не радует ее, а расстраивает? А как же ночь, которую они провели в хижине у озера? Неужели он не помнит, что говорил ей тогда? Неужели позабыл об их страсти? А их ребенок! Он же ничего о нем не знает!

Селена была бы рада ненавидеть Гуннара, но у нее не получалось. — С чем ты пришел?

Гуннар заговорил, тщательно подбирая слова:

— Несмотря на Проклятие Одии, Анаид вернулась из Царства Мертвых живой.

— Знаю, — осторожно ответила Селена.

— Сегодня днем она пришла к Кристине, — безжалостно продолжал Гуннар.

Селена приуныла. Теперь против нее не только Гуннар, но и ее собственная дочь! Однако она сделала вид, что ее это не тронуло:

— Я так и думала.

— Через несколько часов, — опустив глаза, продолжал Гуннар, — состоится приуроченная к солнечному равноденствию Церемония освящения Жезла Власти в руках Избранницы.

— Мне это известно.

— И мне известно, что тебе известно. Как и твои намерения. Только у тебя ничего не выйдет.

— Почему? — побледнела Селена.

— Потому что ты не сможешь умертвить собственную дочь, чтобы вырвать из ее рук Жезл Власти.

— Значит, первый луч солнца озарит Жезл Власти в руках Анаид? — содрогнулась Селена.

— Совершенно верно. Моя мать обвела Анаид вокруг пальца. Она не собиралась и не собирается отдавать ей Жезл. Кристина передаст ей его только на время церемонии и только для того, чтобы им не завладели одиоры. Но ты ведь не прикажешь своим омниорам убить собственную дочь!

— Значит, одиоры все знают?

— Естественно, — усмехнулся Гуннар. — Они вас не боятся, но пристально наблюдают за вашими действиями и раскрыли все ваши планы. Им известно, что вы нападете на них во время Церемонии освящения. Появление Анаид им только на руку. Кристина уверена в том, что ты пощадишь свою дочь.

Схватившись за сердце, Селена подумала о том, что ей остается только поверить Гуннару. Впрочем, надо было выяснить еще одну очень важную вещь.

— А что сама Анаид? Как она?

— Нормально. Кажется повзрослевшей. Спокойная. Чего не скажешь о моей матери. Такой я ее еще не видел.

— Какой — такой? — не выдержав, спросила Селена.

Присев на одну из валявшихся на земле подушек, Гуннар без приглашения осушил стоявшую на подносе чашку с пульке. Селена устроилась рядом.

— Я еще не слышал, чтобы моя мать так кричала и спорила с другими одиорами, которым совершенно не нравится, что мать Анаид — омниора. Кристина пыталась их уверить, что завтра все будет кончено, и чаша весов навсегда склонится в пользу одиор, по воле Избранницы, или вопреки ей.

— Значит, Кристина уже все решила за Анаид?

— Моя мать заявила, что Избранница сделает все так, как скажет она.

— Что же, по-твоему, решила Кристина?

— Это очевидно, — выпив еще пульке, продолжил Гуннар. — Моя мать — единственная одиора, обладающая достаточной силой, чтобы править остальными. Очень скоро Анаид станет помехой на ее пути, а моя мать ни перед чем не остановится.

— Выходит, Ледяная Королева во время Церемонии спрячется за спину Анаид, а после того, как Жезл Власти будет освящен, избавится нее?