Три сестры - Хезер Моррис

Ливи пододвигает стул к Магде, и та без приглашения начинает есть с тарелки.

– Циби неважно выглядит, – говорит она.

– Если бы она встала с этого кресла и начала ходить, то поправилась бы гораздо быстрее, – отвечает Ливи.

– Има, пришли тетя Амара и дядя Удом! – кричит Дорит из дальнего угла квартиры.

Осмотревшись по сторонам, Ливи видит, как дочь обнимает Амару, ее подругу из апельсиновых рощ, скромную девушку, познакомившую Ливи с финиками. Удом, муж Амары, держит в руках огромное блюдо фалафеля и небольшую плетеную корзинку фиников.

– Дорит, возьми блюдо! – кричит Ливи, поднявшись со стула и идя через комнату. – Теперь вся семья в сборе.

Ливи сияет, обнимая старинную подругу.

– По-моему, Оди просит нашего внимания, – говорит Амара.

Оди стучит ножом по бокалу, требуя тишины. Гул голосов в комнате на какое-то время возрастает, когда каждый просит соседа замолчать.

Молодежь входит в гостиную, а дети, воспользовавшись возможностью, немедленно захватывают балкон.

– Има, тетушка Магда, подойдите, пожалуйста, и сядьте рядом с тетей Циби, – просит Оди.

Три сестры усаживаются рядом в передней части комнаты.

Оди берет Пэм за руку:

– Мы с Пэм так рады быть здесь с вами. Спасибо большое, что приехали. Мне хочется воспользоваться этим моментом и показать вам что-то совершенно особенное.

– Что это такое? – громким шепотом спрашивает Циби.

– Давай подождем и увидим, – отвечает ей Ливи.

– Мы с Пэм долго работали над стеклянной скульптурой. В настоящее время она находится на выставке «Свет войны внутри/после тьмы» в галерее в Торонто. Мы назвали ее «Три сестры».

– Вы привезли ее сюда? – спрашивает Магда.

– Нет, тетя, она слишком большая, и ее сложно было бы привезти в Израиль. К тому же она пока на выставке. Но у нас есть ее фотография в каталоге галереи.

Оди передает каталог Ливи. Циби и Магда, наклонившись, рассматривают фото.

Они в один голос ахают, когда замечают выгравированные на основании взлетающей вверх стеклянной конструкции цифры 4559.

– Это твой номер, – говорит Циби.

Ливи не может вымолвить ни слова. Зигги пробирается к ней и кладет руки ей на плечи. Циби потягивает вино, размеренно и тяжело дыша. Магда вытирает глаза и поворачивается к дочерям, которые наклоняются, чтобы обнять ее.

Пэм пытается что-то сказать, но ей мешают слезы.

– Вам… нравится? – наконец произносит она.

Ливи передает каталог Магде и обнимает сына и невестку. Оди плачет у нее на плече.

– Я не знал, как еще почтить вас троих за то, что вы сделали, чтобы выжить и подарить нам жизнь, – рыдает он.

– Ты почтил меня тем, что ты мой сын, – отвечает Ливи.

Кароль стоит на коленях, обнимая свою мать. Через некоторое время он поднимается и берет свой бокал и стучит по нему кольцом на пальце. В комнате вновь воцаряется тишина.

– Как старший из детей сестер, хочу сказать несколько слов, – объявляет он.

– Какова мать, таков и сын, – заявляет Магда.

За мгновением тишины следует нестройный смех.

– Ладно-ладно, значит, я учился у лучшей. Спасибо, мама, – говорит Кароль. – Нет, серьезно, на минутку, прежде чем мы вернемся к нашему веселью…

– И возлияниям, – добавляет Циби.

– И возлияниям, – соглашается Кари, потом продолжает: – Мы всегда знали, что наша семья особенная, и любой, примкнувший к ней, продолжает делать ее особенной. Оди и Пэм, вы живете так далеко, и нам вас не хватает, а сейчас вы представили перед нами этот удивительный дар сестрам. Мы хотим поблагодарить вас за то, что вы создали в память о них. – Поднимая свой бокал, он выкрикивает: – За трех сестер!

Гости повторяют хором:

– За трех сестер!

– У меня пустой бокал, – говорит Циби.

– Кто-нибудь, налейте, пожалуйста, моей маме еще вина, – просит Йосси.

Пока гости наливают себе вино и накладывают закуски, Ливи, сидящая между сестрами, обнимает каждую из них.

– Где Зигги? Он должен быть с нами, – требует Магда.

– Я здесь, Магда, – отзывается Зигги у нее за спиной и просовывает голову между Ливи и Магдой. – Будь у меня в руке бокал, я поднял бы его за Мишку и Ицхака.

– За Мишку и Ицхака! – произносят сестры, оглядывая комнату.

Они вшестером создали всех и каждого, кто находится сейчас в этой квартире.

Циби начинает что-то говорить, но замолкает.

– Что такое, Циби? – спрашивает Зигги.

Циби закрывает глаза. Тысяча воспоминаний проносится у нее в памяти.

– Мы сдержали свое обещание, верно? Обещание отцу, маме и деду.

Ливи берет сестру за руку:

– Помнишь лук, Циби? – (Циби кивает.) – До сегодняшнего дня, нарезая лук, я думаю о том, как ты спасла мне жизнь.

– Нары, – шепчет Магда. – Помните наши общие нары? Каждую ночь, каким бы ужасным ни выдался день, я знала, что, прижавшись к вам обеим в темноте, я никогда не буду одна.

– Мы спасли жизнь друг другу, – говорит Циби и поднимает рукав на левой руке; сестры делают то же самое. Их кожа теперь в морщинах, но номера видны так же четко, как в тот день, когда они были нанесены. – Когда они выбили нам эти номера, то тем самым скрепили наше обещание. И у нас даже прибавилось силы для борьбы за жизнь.

Сестры примолкли, а вечеринка продолжается. Их никогда не покидают мысли об умерших, и сейчас каждая из них представляет себе бесчисленные пустые комнаты по всему свету, в которых должны были бы жить мужья, сыновья и дочери, внуки, племянницы, племянники и кузены.

– Пожалуй, сейчас на нас лучше не смотреть, – с улыбкой произносит Ливи. – Но когда-то мы были девушками из семьи Меллер.

Примечания автора

Менахем Эмиль (Мендель) Меллер, отец сестер, умер 27 октября 1929 года. Похоронен на еврейском кладбище в Кошице, Словакия.

Цивия (Циби) Меллер родилась 13 октября 1922 года во Вранове-над-Топлёу, Словакия. Умерла 25 ноября 2015 года в Реховоте, Израиль.

Магда Меллер родилась 1 января 1924 года во Вранове-над-Топлёу, Словакия. Живет в Холоне, Израиль.

(Эстер) Гизелла (Ливия/Ливи) Меллер родилась 16 ноября 1926 года во Вранове-над-Топлёу, Словакия. Живет в Реховоте, Израиль.

Четвертая дочь Эмилия родилась через три месяца после смерти ее отца Менахема Меллера и умерла от туберкулеза, не дожив до третьего дня рождения.

Бабушка и дедушка сестер со стороны отца, Аника и Эмиль Меллер, жили и умерли во Вранове-над-Топлёу, Словакия.

Бабушка сестер со стороны матери, Розали Штраус, умерла в 1934 году во Вранове-над-Топлёу, Словакия. Она была акушеркой и принимала каждую из трех девочек.

Дедушка сестер со стороны матери, Ицхак Штраус, был убит в Освенциме-Биркенау 24 октября 1944 года.

Мать сестер Хая Сара Меллер (урожденная Штраус) была убита в Освенциме-Биркенау 24