Приключения Конана-варвара. Путь к трону (сборник) - Роберт Говард

Она лежала там, куда он отшвырнул ее, хотя и пыталась сесть. Но ни жуткие клыки, ни топочущие ноги не коснулись ее. Конана же зацепило плечом или передней ногой дракона, когда ослепшее чудовище проносилось мимо, забыв о своих жертвах: у него началась агония. Опустив голову, он несся вперед, пока не врезался в ствол огромного дерева, оказавшегося у него на дороге. Чудовищный удар вырвал дерево с корнем, но и у дракона треснул и смялся череп, так что мозги разлетелись в разные стороны. Дерево и монстр повалились одновременно, листья и ветки взлетели столбом, когда он забился в предсмертных судорогах, – а потом все стихло.

Конан помог Валерии подняться, и они на подгибающихся ногах зашагали дальше. Через несколько мгновений они вышли в густые сумерки безлесной равнины.

Конан на мгновение задержался и оглянулся на черную стену леса позади. Там не шелохнулся ни один листок, не чирикала ни единая птичка. Лес стоял притихший и темный, каким был, наверное, еще до рождения первого человека.

– Ладно, идем, – проворчал Конан и взял свою спутницу за руку. – Ничего еще не кончилось. Если в лесу остались драконы и они почуют нас…

Ему не нужно было договаривать.

Вдалеке на равнине высился город, причем до него было намного дальше, чем казалось с вершины скалы. Сердце Валерии колотилось так сильно, что девушка испугалась, как бы оно не выскочило наружу. Каждый миг она ждала, что вот-вот за спиной раздастся треск кустов и за ними бросится в погоню еще один ночной кошмар. Но мрачную тишину густого леса не нарушал ни один звук.

Отойдя на милю от леса, Валерия вздохнула свободнее. К девушке даже начала возвращаться ее обычная самоуверенность. Солнце зашло, и равнина погрузилась в темноту, рассеиваемую лишь звездами, в свете которых им под ноги легли длинные причудливые тени кактусов.

– Ни скота, ни распаханных полей, – проворчал Конан. – Как тут живут люди?

– Может, они на ночь загоняют скот в загородки, – предположила Валерия, – а поля и пастбища расположены по другую сторону города.

– Все может быть, – проворчал он, – хотя с вершины утеса я не видел ничего подобного.

Над городом взошла луна, и в ее желтоватом свете черными резкими силуэтами прорисовались стены и башни. Валерия вздрогнула. Черный город выглядел зловеще и пугающе на фоне луны.

Пожалуй, Конан испытывал нечто подобное, потому что он остановился, огляделся по сторонам и проворчал:

– Сделаем привал. Нет смысла ломиться в ворота посреди ночи. Нас все равно не впустят внутрь. Кроме того, нам нужен отдых, а мы не знаем, какой прием нас ожидает. Несколько часов сна лучше подготовят нас к драке или бегству.

Он подвел ее к зарослям кактусов, которые выстроились крýгом, – явление, часто встречающееся в южных землях. Несколькими взмахами меча он прорубил отверстие и знаком предложил Валерии войти.

– Здесь, по крайней мере, мы можем не опасаться змей.

Она со страхом оглянулась на темную громаду леса в нескольких милях позади.

– Что будет, если оттуда выйдет новый дракон?

– Мы будем караулить по очереди, – ответил он, хотя и не объяснил, как они поступят в таком случае.

Киммериец смотрел на город впереди. На башнях и стенах не было видно ни единого огонька. Подобно черной загадке, они зловеще вырисовывались на фоне звездного неба.

– Ложись и спи. Я покараулю первым.

Она заколебалась, с сомнением глядя на него, но он уселся, скрестив ноги, перед входом, положив меч на колени, спиной к ней и лицом к равнине. Без дальнейших комментариев она улеглась на песок внутри колючей ограды.

– Разбуди меня, когда луна будет в зените, – распорядилась она.

Он не ответил и даже не взглянул в ее сторону. И последним, что девушка увидела перед тем, как провалиться в глубокий сон, была его массивная фигура, неподвижная, как бронзовая статуя, выделяющаяся на фоне низко висящих над горизонтом звезд.

2. При свете огненных камней

Валерия проснулась и сразу же заметила, что над равниной занимается серый рассвет.

Она села, протирая глаза. Конан сидел на корточках рядом с кактусом, ловко выдирая колючки и срезая толстую кожуру.

– Ты меня не разбудил, – пожаловалась она. – И дал мне проспать всю ночь!

– Ты устала, – отозвался он. – Кроме того, после долгой скачки ты наверняка отбила себе седалище. Вы, пираты, не очень-то привычны к верховой езде.

– Можно подумать, ты родился в седле! – окрысилась она.

– Я был казаком до того, как стать пиратом, – ответил он. – Они живут в седле. Я дремал как пантера, которая залегла рядом с тропой, по которой ходят олени. Пока глаза спали, мои уши оставались на страже.

Варвар и впрямь выглядел таким свежим, словно всю ночь провел в постели на пуховой перине. Выдрав колючки, он срезал толстую кожуру и протянул девушке сочный и мясистый лист кактуса.

– Возьми. Ничуть не хуже груши. Для тех, кто живет в пустыне, это одновременно и еда, и питье. Когда-то я был вождем зуагиров – это племя обитает в пустыне и промышляет грабежом караванов.

– А кем ты еще не был? – с напускным презрением, за которым чувствовалось восхищение, поинтересовалась девушка.

– Я никогда не был королем хайборийской страны, – ухмыльнулся Конан, откусывая здоровенный ломоть кактуса. – Но корона мне снилась. И когда-нибудь я вполне могу стать им. Почему бы и нет?

Она лишь покачала головой, удивляясь про себя столь невозмутимой наглости, и принялась за «грушу». Кактус оказался приятным на вкус и был полон свежего и прохладного сока. Покончив с едой, Конан вытер руки о песок, поднялся, пригладил свою черную гриву, поправил пояс с мечом и сказал:

– Ну, идем. Если жители города намерены перерезать нам глотки, они могут сделать это прямо сейчас, не дожидаясь наступления жары.

Его черный юмор показался Валерии пророческим. Вставая, она тоже поддернула перевязь с мечом. Ночные страхи остались позади. Ревущие драконы далекого леса превратились в смутные воспоминания, и девушка бодро зашагала рядом с Конаном. Что бы ни ждало их впереди, их враги будут людьми. А Валерия из Красного Братства еще не встречала человека, который мог бы ее напугать.

Конан искоса посматривал на нее, пока она шагала рядом, стараясь не отстать от него.

– У тебя походка горца, а не моряка, – заметил он. – Должно быть, ты родом из Аквилонии. Солнце Дарфара еще не успело прокалить тебя насквозь. Твоей белой коже позавидовала бы иная принцесса.

– Я действительно родилась в Аквилонии, – ответила девушка.

Его комплименты больше не вызывали в ней раздражения. Окажись на его месте другой мужчина, который позволил бы себе всю ночь охранять ее сон, она пришла бы в ярость, потому что всегда протестовала против попыток защитить и оберечь себя только из-за принадлежности к предположительно слабому полу. Но сейчас она испытывала тайное удовлетворение оттого, что именно этот мужчина так и поступил. И еще он не воспользовался ее страхом и слабостью, проистекавшей из него. В конце концов, решила она, ее спутник – не совсем обычный мужчина.

За городом вставало солнце, окрашивая башни в зловещие кровавые тона.

– Вчера на фоне луны они выглядели черными, – проворчал Конан, и глаза его затуманились тенью непостижимых варварских предрассудков. – А на рассвете стали кроваво-красными, словно политыми кровью. Не нравится мне этот город.

Но они упорно шли дальше, пока Конан не подметил тот факт, что на север из города не ведет ни одной дороги.

– По эту сторону стен никогда не пасся скот, – сказал он. – И пашня многие годы, если не века, не знала прикосновения плуга. Но смотри, когда-то здесь возделывали землю.

Валерия взглянула в ту сторону, куда он показывал, и увидела древние оросительные канавы, полузасыпанные и заросшие кактусами. Она недоуменно нахмурилась, окидывая взглядом равнину, простиравшуюся по обе стороны от города до самого леса, который окружал ее огромным темным кольцом. Что было там, еще дальше, она разглядеть не могла.

Девушка перенесла взгляд на город. Ее снедала неясная тревога. На стенах не блестели шлемы или наконечники копий, не трубили рога, и никто не окликал их с башен. Над стенами и минаретами властвовала тишина, столь же оглушительная и мертвая, как и в лесу.

Солнце уже высоко стояло над восточным горизонтом, когда они остановились перед большими воротами в северной стене, в тени высокого бастиона. На кованых полосах бронзовых створок виднелась ржавчина. Петли, порог и запоры опутывала толстая паутина.

– Да их не открывали годами! – воскликнула Валерия.

– Мертвый город, – проворчал Конан. – Вот почему канавы засыпаны, а земля не вспахана.

– Но кто его построил? Кто в нем жил? Куда они ушли? И почему оставили его?

– Кто знает? Может быть, его построил какой-либо клан стигийцев, вынужденный покинуть родные места. Может быть, и нет. Архитектура не похожа на стигийскую. Не исключено, что население города уничтожили враги или оно погибло от какой-нибудь эпидемии.