Мир принцев - Вера Чиркова

Еще бы он не помнил! Ведь это ему пришлось целых три декады водить мальчишку по дому и развлекать, когда тому делали болезненные перевязки.

– На какой ноге был шрам? – прервал его воспоминания нетерпеливый голос лорда.

– На правой, ниже колена. Поперек кости! – доложил слуга.

– Я смотрю у тебя вовсе не так плохо с памятью, как ты сетуешь! – ехидно объявил лорд, и кивнул соволицему, – покажи ему, Райбин!

Райбин приподнял с одной стороны покрывало, и слуга с ужасом увидел под ним чьи-то ноги.

– Смотри! – приказал лорд.

Слуга дрожащими пальцами отодвинул голенище сапога и потянул вверх штанину.

Поперек мощной незагорелой ноги тянулся застарелый рваный шрам.

– Ох, Боги! – прикрыл Карл руками рот, – Это… он? Что с ним?!

– Посмотри, – жестко приказал Лорд Кардар, откидывая покрывало с лица. – Это он?

– Да. – Вглядевшись в неподвижное лицо, подтвердил слуга.

– Ступай. Я позову, когда будет нужно!

– Давай документ! – Потребовал лорд у Райбина, – и приезжай через два дня! Да оставь мне денег, прошлый раз ты дал слишком мало!

– Хорошо, – согласился человечек, – извольте! Вот документ, а вот расписка. Подпишите, и я выдам вам деньги!

– Всего сто золотых! Да ты обнаглел! Этого мне не хватит и на день!

– Как хотите! – пожал плечами Райбин, – Дам я вам все равно только шестьдесят!

– Что?! А это еще почему?

– Проценты. И накладные расходы. Не забывайте, идет война, все дорожает! – Невозмутимо объявил Райбин.

– Чтоб ты подавился, хитрая морда! Кому война, а тебе мать родна! Ну, дай хоть семьдесят, потом вычтешь! – начал уговаривать лорд.

– Пользуетесь вы моей добротой! – притворно опечалился делец, отсчитывая семьдесят монет.

Потом взял свой чемоданчик, сунул в него расписку и помахав, исчез за дверью.

Лорд начал суетливо собираться. Ссыпал в кошель деньги, подтянул сапоги, и позвонил слуге.

– Карл, моя лошадь готова?

– Да. – Склонил голову слуга.

– Прикажи подать к крыльцу. И вот еще что… прикажи садовнику выкопать за конюшней яму… немедленно! И закопайте… вот этого! А сверху навозом присыпьте, чтоб свежей земли не было! Понятно?!

– Понятно, – сказал Карл.

– Нужно говорить господин лорд, сколько тебя учить! – сердито отчитал его Кардар и отправился одевать куртку.

Карл оглянулся на лежащего человека, вздохнул и вышел, притворив дверь.

Глава 28

Поисковик привел к спящему за высоким забором дому. Зак задержался на пару мгновений у ворот, вслушиваясь в мысли обитателей. Их оказалось немного, всего три человека, и все они спали. Маг привстал в седле, оглянулся – никто не видит?

Вроде, нет.

Дом стоял на отшибе, и к тому же было еще очень рано. Над некоторыми домами только начинали виться тоненькие струйки дыма, это проснулись хозяйки, по обыкновению встающие раньше всех.

Зак ухватился руками за край забора, рывком подтянулся и сел на неудобную, узкую планку. Осмотрелся, и, не заметив никаких собак, соскользнул внутрь двора. Через пару мгновений он уже распахивал ворота и приглашающе махал замерзшей команде.

Что бы их здесь ни ждало, а без горячего завтрака они не уйдут, твердо решил про себя маг.

Звонко цокая по подмерзшим плитам двора, кони уверенно направились к большой конюшне, стоящей сзади дома. Один из них тихонько заржал, и тотчас из конюшни донеслось ответное ржанье.

– Это лошади Болафа! – Уверенно шепнул Камил, – они из одного табуна, чуют друг друга!

Он соскользнул с коня и приоткрыл дверь конюшни. Потянуло теплом, запахло сеном и навозом. Лошади Болафа действительно стояли здесь, рядом с тройкой неплохих лошадок.

– А где повозка? – оглядывая двор, вслух подумал Танио.

– Должна быть вон в том сарае, – Сообразил Зак.

Танио, не слезая с лошади, проехал к сараю и заглянул в полуприкрытую створку широких дверей. Их повозка действительно стояла там, по соседству с удобной дорожной каретой. Похоже, ее хозяину приходится много разъезжать, решил Танио, разглядывая соседку их повозки.

– Вот теперь можно и хозяина разбудить, – зловеще хмыкнул сзади Зак, рассмотрев в полутьме сарая свой транспорт.

– А может Болаф… в доме? Спит себе? – Неуверенно протянул Крис, наблюдая, как Камил, просунув в щель между косяком и дверью тонкий кинжал, понемногу отодвигает защелку.

– Нет. – Коротко качнул головой Зак и, отодвинув тумастанца, первым вошел в дом.

Остальные торопливо проскользнули за ним и закрыли дверь. В доме было так тепло и уютно после скачки по подмороженному лесу, что жалко было это тепло выпускать.

Зак открыл боковую дверь, огляделся, вошел и кивнул остальным.

– Это кухня. Посидим здесь! Сейчас он придет! Только ничего не трогайте, поисковик до этой комнаты был яркий, а тут сразу почти угас! Что-то с ним тут сделали, в этих странах очень сильные травники!

В прихожей зашлепали вялые шаги, и в кухню вошел сонно жмурящийся чахлый человечек в ночном халате.

Он машинально зажег масляную лампу, поставил на стол, прибавил яркости и вдруг застыл в ужасе.

– К-кто в-вы т-такие? – пробормотал он, пятясь к выходу.

Камил молниеносно метнулся к двери и запер ее на защелку. И небрежно прислонился к косяку, похлопывая по ладони кинжалом.

– Вчера вечером в этот дом въехал на повозке человек. – Свирепо глядя в ввалившиеся от страха глазки, ледяным тоном сказал маг, – но сейчас его здесь нет! Куда вы его дели?!

– Я так и думал, что он проходимец! – заламывая руки, трагически вскричал человечек. – Он продал мне коней и повозку, сказал, что нужны деньги для лечения больной жены! О, я доверчивый глупец! Как я мог ему поверить! А всему виной моя доброта, не могу пройти мимо чужого горя!

– Но я готов… все вернуть… если вы докажете… Ах! Да не нужно мне никаких доказательств! Я и так вижу, вы честные люди! Давайте… я вас хоть угощу чем-нибудь, вы выглядите усталыми… Ну хоть по кружке взвара!

Он бросился к полке и снял с нее кувшин. Поставил на стол и так же ловко достал кружки. Улыбаясь как новый медяк, разлил взвар по кружкам.

– Угощайтесь, взвар свежий, на меду!

– Выпей и ты с нами! – нехорошо усмехаясь, предложил высокий темноволосый человек с холодными, глубокими как ночь глазами.

– Да я, с утра… – с притворным сожалением заулыбался хозяин.

И вдруг застыл, с ужасом глядя, как его собственная рука медленно тянется к кружке, берет ее за ручку и начинает поднимать ко рту.

– Нет! НЕТ! Н Е Т! – Визжал он, извиваясь всем телом и стараясь уклониться от собственной руки, которая почему-то перестала его слушаться.

И вдруг рухнул на пол и закрывая другой рукой рот, попытался с воем уползти от своей руки, старавшейся напоить его остатками разлившегося от этого маневра взвара.