Необыкновенные приключения капитана Шпарина. - Александр Карпов

— Праздник отмечать на озере?

— У тебя жена и дети? Нет? Тогда вперед.

— А ты?

— В отпуск! Тебе же сказано: в отпуск! — холодно сказала девушка. — Двигай. Не болтай лишнего.

— Неудобно в гости с пустыми руками, — засомневался оператор.

Шпарин выглянул из-за «Дневной Ведьмы».

— В кармане рубашки приличная сумма. Отдайте половину рыбакам. Там хватит на новый грузовичок с новой лодчонкой. Моя искренняя благодарность за спасение из глубоких вод. Они будут рады неожиданному подарку. Я это понял по их красненьким, как ваш вертолет, носам. Сгоняете в ближайшую деревню.

Оператор взял деньги, горестно кивнул и побрел к рыбакам.

Марина забралась в вертолёт.

— Долго тебя ждать? — нетерпеливо крикнула девушка, сдвигая блистер. — Дверь открой! С другой стороны… Заползай! Пристегивайся.

Шпарин натянул и защелкнул ремни.

— Надышался? — Марина щелкала тумблерами и нажимала кнопки на приборном щитке и потолке кабины. — Свежим воздухом?

— А вы, как думаете?

— Дополнительная страховка не помешает, — сказала девушка, вонзая Шпарину в плечо маленький шприц. — Если снова надумаешь подышать. Действительно очень редкая мужская особь, особый подвид — «ятакихневстречала».

— Хотел поменять о вас мнение, — прошептал Шпарин, хватая девушку за руку. Язык окостенел, голова затяжелела и упала на грудь.

— Поменяешь! — Марина похлопала его щеке. — В лучшую сторону. Спи.

Девушка вытащила из Шпаринской рубашки деньги, мокрый паспорт и рассовала по карманам зеленой курточки.

— Сейчас мы заглянем в соседний городок за жратвой и отправимся отмечать праздник, — сказала девушка, поднимая вертолёт в воздух. — А всё-таки интересно, кто шлёпнул предателя и откуда взялся этот красавчик, так похожий на него? Эта Алина, никогда лишнего слова не скажет, ну и я не скажу.

Легкий ветерок колыхал прозрачные шторы. Еловые ветки скреблись, шуршали за стеной и, наполняя просторную комнату ярким смоляным ароматом, пытались забраться внутрь через открытые окна.

Голый Шпарин лежал на полу на шкуре какого-то зверя и пытался сообразить кто он, где он и почему. Поблуждав в рваных обрывках невероятных видений, Шпарин пришел к выводу, что он всё-таки это он и, уловив в комнате движение, со стоном запрокинул голову.

По комнате вверх ногами тихо двигалась босая, высокая девушка, одетая в черную Шпаринскую рубашку. К удивлению Шпарина рубашка даже и не думала упасть вниз.

— Э-эй, — разлепляя пересохшие губы, позвал Шпарин. — Почему вы в моей рубашке и почему вы ходите не как все женщины?

— Тебе нужно перевернуться и я стану ходить так же, как и они.

— Ещё один важный для меня вопрос. Не подскажете, где та страшила в зеленой шапочке, с железками на лице, большой грудью и золотыми шариками на пупке? Она чуть не до смерти перепугала меня вчера в вертолёте. Её зовут Марина. Она улетела?

— Не улетела. Позвать?

— Не стоит, мне и так плохо.

— Марина — это я, — девушка залилась смехом. — И грудь всё еще при мне, как и остальные части тела, которыми ты восхищался четверо суток подряд. Нет, трое, первые сутки ты спал.

Девушка подняла руку, распустила собранные в пучок черные волосы и, подбежав к зеркалу, начала красить лицо.

— Имидж. Железки — бутафория. Снимаю, одеваю. А шарики, шарики… — подходя к Шпарину и переступая через упавшую рубашку, сказала девушка. — Я их выбросила, тебе не нравилось, как они позвякивают.

Марина стащила со Шпарина одеяло.

— Пора давать утреннее интервью.

— Я слишком измучен для такого интервью, — Шпарин снял с головы зеленую шапочку, повертел перед глазами и бросил на пол. — Я, кажется, эти трое суток пьянствовал, отмечал новый день рождения и какой-то праздник. Вместе с вами. Вот отчего мне так нехорошо. Мне вспоминается, что эти трое суток мы играли не в шахматы.

— Не в шахматы. В другие игры. И ты беспробудно пьянствовал, отмечал новый день рожденья и праздник.

— День рождения — понятно. А какой у нас был праздник? Праздник был… — Шпарин повернул голову к наряженной ёлке в углу комнаты.

— Да! Новый Год! — приподнято сказала девушка. — Весь мир в сентябре празднует наступление Нового Года.

— Ладно, пусть будет Новый Год. Почему бы и нет. А где подарок?

— А я?.. Я хороший подарок?

— Было ли ещё что-то необыкновенное?

— Время от времени ты давал необыкновенные интервью. «Эксклюзивные»…

— Теперь понятно почему не слышно шебетанья птиц, — пробормотал Шпарин. — А много интервью?

— Много, — довольно ответила девушка. — Но недостаточно много.

— Никогда не думал, что буду давать интервью «ведьме».

— Не одной, а трём… «Утренней», «Дневной» и «Ночной», и всё случается когда-нибудь в первый раз. Ты это недавно говорил.

— Кому говорил? — изумился Шпарин.

— Потом… потом…. - усаживаясь на него верхом, девушка жарко задышала ему в ухо. — Потом, после интервью, мы поговорим о парне с другой планеты, о том, почему он так хорошо ладит с женщинами, о казино, зачем ему так много денег, почему он таскает с собой наручники и о многом другом, о чём он не захотел рассказать.

— У того парня что-то с головой случилось после удара об воду, наговорил на себя, но он больше не против… Интервьюируете.

— Конспективно? — хихикнула девушка. — Конспективна-а не получится. Будет долгое, углубленное, разнесенное по времени интервью.

— Вы сейчас какая «ведьма»? «Утренняя»? Не припомню остальных.

— День только начался, они к тебе придут снова. Все. До заката солнца и после заката, — Марина обняла Шпарина за плечи и потрясла. — Не боишься? У-у-у…

— Не боюсь. У колдующих девушек глаза другие. Черные и страшные. А у тебя похожи на цвет воды в озере, когда я шел ко дну. Тёмно-притёмно-презелёные.

— Ночью глаза станут ещё темнее. Смотри не утони по-настоящему.

— Если вас будет чересчур много, — сказал Шпарин. — Могу и помереть.

— Мы этого не допустим, — проворковала девушка, мотая головой и водя длинными волосами по лицу Шпарина.

После продолжительного интервью Шпарин отправился в сосновую баньку, потом попрыгал в холодной речушке, протекающей рядом с домом, затем снова залез в баньку. И так несколько раз. В одну из коротких пробежек из баньки до речки Шпарин увидел бредущего бурого медведя, в другую — стаю волков. Волки уселись на берегу и с интересом, как показалось купальщику, посматривали в его сторону.

— Я не Маугли! — останавливаясь, крикнул Шпарин. — Обознались! А может и он… Я пока не решил.