ПСС, том 4. Расплата - Картер Браун

— Мистер Вуд! — произнес Хаммонд резким тоном.

Том Вуд моргнул пару раз, медленно поднял голову и взглянул на него.

— Вы мне?

— Узнаете этот револьвер?

Лидер рабочего союза довольно долго смотрел на оружие, которое следователь сунул ему под нос, потом медленно покачал головой:

— Нет. Никогда раньше его не видел.

— Интересно! — Голос Хаммонда был полон сарказма. — А мы только что нашли его в вашей комнате.

— В моей комнате? — переспросил Вуд.

— В вашем, портфеле. Среди бумаг. Может, вы используете его для вербовки новых членов союза, а?

— Повторяю, — мрачно пробурчал Вуд. — Я никогда раньше его не видел.

— А как насчет этого? — Следователь вытащил из кармана связку ключей и забряцал ею. — Это вы когда-нибудь раньше видели?

— Нет. — Том прищурился, рассматривая ключи, потом яростно замотал головой. — Нет, никогда раньше их не видел! Откуда они?

— Ключи от дома, — пояснил Хаммонд насмешливым тоном. — Следует понимать, что вам их не выдали, когда сдавали дом?

— Домом занимался Тино, — озадаченно промолвил Вуд. — Думаю, ему и вручили ключи.

Следователь метнул вопросительный взгляд в сторону Мартенса.

— Что на это скажете?

— Ну, конечно! — Тино кивнул. — Я снял дом в аренду, а агент передал мне ключи.

— И когда вы видели их в последний раз?

Мартенс на мгновение задумался, лицо его выражало замешательство.

— Ну, — промямлил он, — точно не помню…

— Думайте! — рявкнул Хаммонд. — Вы знаете гораздо больше, черт возьми! Что вы сделали с ключами, когда вошли в дом?

Тино пару раз сглотнул.

— Отдал их Тому, — выговорил наконец.

— Вот! — радостно произнес Хаммонд. — Они лежали в вашем портфеле вместе с оружием. Как вы это объясните?

Пару секунд лидер рабочего союза тупо пялил глаза на следователя, затем перевел взгляд на Мартенса, но тот отвернулся.

— Не знаю. Наверное, их кто-то туда положил.

— Не вешайте мне лапшу на уши! — заорал Хаммонд. — У меня есть трое свидетелей, которые видели, что, когда я открыл ваш портфель, оружие и ключи уже были там! — Он осклабился, на его лице появилось злорадное выражение. — Перл Сэнджер была заперта в своей комнате. На этот счет у нас имеются показания вашей дочери. Белла и Уилер заперлись в ее комнате, верно я говорю, Уилер?

— Да, — подтвердил я. Было бесполезно вдаваться в подробности. — Это правда.

— Итак, обе двери заперты. Никто не пытался проникнуть через окна. Значит, попасть в обе комнаты можно было только одним способом — открыть дверь снаружи ключами. Разве не так, мистер Вуд?

— Наверное, — процедил сквозь зубы Том.

— Ключи были у вас! — победоносно заявил Хаммонд. — И револьвер, которым вы уже убили Ковски и Фореста. Сначала вы открыли ключом комнату Сэнджер и убили ее, потом проникли в комнату дочери, намереваясь сделать там то же самое, но тут вам помешал Уилер. Когда он набросился на вас, вы запаниковали, со всего маху ударили его, потом выскочили из комнаты и вернулись к себе, сунули револьвер и ключи в портфель и вновь вышли в коридор, делая вид, что проснулись от крика дочери и решили проверить, что, черт возьми, там случилось?!

— Это ложь! — Голос Вуда дрожал от волнения. — Наглая ложь! Каждое слово! Я знаю, кто стоит за всем этим! Это — он! — Прыгающим от волнения пальцем Том указал на спокойно стоящего Пола Уинтерманна. — Он знает, ему никогда не удастся очернить меня перед комитетом Сената, поэтому пытается скомпрометировать вот таким низким способом, предъявив ложное обвинение.

— Заткнись! — рявкнул Хаммонд. — Ты не поможешь себе, если будешь распускать язык! Ты арестован за убийство Ковски, Фореста и Перл Сэнджер. Встать, Вуд! Мы едем в центр города! — С этими словами он схватил Вуда за руку и грубо поднял на ноги. — Я никогда не упускаю таких нахальных негодяев, как ты! Только попытайся что-нибудь выкинуть по дороге, и я за себя не ручаюсь!

Мне удалось перехватить неодобрительный взгляд Лейверса, когда Хаммонд пинками толкал Вуда к выходу. Шериф открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Уинтерманн легонько коснулся его руки, удерживая от вмешательства. На его лице играла безмятежная улыбка.

— Надо немедленно позвонить Гарри Стенсену! — сказал Тино и бросился к телефону.

— Не стоит будить его в столь ранний час, — лениво отозвался Уинтерманн. — До судебного разбирательства еще куча времени. И кстати, Мартенс, а вы уверены, что Гарри захочет теперь взяться за это дело?

Тино замер на полпути, пристально посмотрел на него.

— Черт побери, что ты хочешь сказать? Разумеется, Гарри будет его защищать!

— Будет? — Уинтерманн изогнул брови. — Мне казалось, Гарри работает на профсоюз, а не на одного Тома Вуда. Но будет ли сам союз продолжать сотрудничать с Томом Вудом после всего, что произошло?

— Не позволяй этой болтливой крысе запугивать себя, Тино! — вмешалась Белла. — Сейчас же звони Гарри!

Еще секунду Тино не решался что-либо предпринять, потом повернулся спиной ко всем и направился к бару.

— Не знаю, — услышали мы его слабый голос. — Нужно все хорошенько обдумать!

— Следует отдать должное твоей преданности, дорогая. — Уинтерманн улыбнулся Белле. — Тем более, если принять во внимание, что ты чуть не оказалась одной из жертв своего отца.

— Убирайся вон отсюда! — сиплым голосом скомандовала Белла. — Прочь из этого дома! — И вдруг швырнула в него свой бокал. Он ударился о его плечо, но разбился лишь коснувшись пола. Зато на прекрасном пиджаке осталось большое темное пятно.

Уинтерманн осторожно промокнул его носовым платком и, ехидно улыбаясь, произнес:

— Вот теперь, кажется, понятны мотивы твоего отца. Если бы я произвел на свет такую стерву, то тоже попытался бы как-нибудь исправить ошибку. Правда, убийство — это уж чересчур. Хватило бы хорошей порки!

Белла подскочила к нему со скрюченными пальцами, готовая вонзить ногти в его лицо.

— Не стоит этого делать! — мягко предупредил Уинтерманн и залепил ей такую пощечину, что она полетела, спотыкаясь, через всю комнату. — Знаете, Уилер, — обратился затем ко мне тем же ласковым голосом. — Вся беда в том, что стоит только влезть в дерьмо, как из него уже не вылезешь. Послушайтесь моего совета, начинайте прямо сейчас подыскивать себе другую работу!

Уставившись на винное пятно, я постарался ответить тем же елейным тоном:

— Вы промокли, Уинтерманн. Послушайтесь моего совета — не падайте в реку. Вы же помните, что случилось с Нарциссом!

Глава 11

Проснулся я в полдень. Чувствовал себя паршиво, но голова больше не кружилась, а это уже кое-что. Заставил себя принять душ, побриться, одеться, потом сварил кофе и поставил на проигрыватель пластинку с песней «Индиго» Эллингтона.

Примерно в час тридцать ворвался док Мэрфи и сорвал с моей головы повязку с нежностью акулы-барракуды, когда та откусывает приличный кусочек от зазевавшегося пловца.

— Ух! — тяжело выдохнул он, снимая последний бинт. — Самое удивительное в вашем случае, Уилер, — это то, что вы здоровы!

— Результат здорового образа жизни, док. Я ведь живу по правилу трех «В»: вино, веселые девушки и вкусный табак.

— Полагаю, к тридцати годам вы будете покойником. — В его голосе зазвучали печальные нотки. — Но к тому времени у вас будет опыт стовосьмилетнего старика.

— Спасибо, док, — сказал я, морщась от боли, потому что он стал безжалостно ощупывать мою голову. — А сейчас, как вы думаете, я буду жить?

— К несчастью. Вы удивительно быстро поправляетесь, Уилер. Теперь достаточно лейкопластыря, вам больше не нужна повязка. Но помните, что я говорил: еще один удар по голове, и Чарли Кац из окружного морга скажет вам «добро пожаловать»!

— Запомню! А не знаете, они взяли соскоб под ногтями Тома Вуда?

— Взяли. И ничего не обнаружили.

— А что насчет оружия?

— Ну, это оказался тот самый револьвер, из которого были убиты Ковски и Форест. Пули совпадают.

— Нашли отпечатки пальцев?

— Никаких отпечатков — револьвер тщательно протерли.

— Думаете, Вуд убил их?

— А вы как думаете?

— Нет, — уверенно сказал я.

Док сделал шаг назад, растирая в ладонях антисептический порошок.

— Должно хорошо держать. Теперь у вас нет никакого предлога.

— Предлога для чего?

— Для того, чтобы сидеть здесь в заточении! — отрывисто пояснил Мэрфи. — Вот для чего. До меня дошли слухи, Хаммонд растрезвонил на всю округу, что он за два часа распутал все дело, а вы за целые сутки не добились ничего, кроме раны в голове.

— Неужели, док? Вот уж никогда не думал, что вас волнует моя репутация!

— Не очень, — признался он. — Но слушать Хаммонда и одновременно видеть выражение лица Лейверса — это уж слишком! Я не в силах такое выдержать! Надеюсь, что вы что-нибудь предпримете, Уилер, а я со своей стороны постараюсь достать для вас по оптовой цене средство, усиливающее половую потенцию!