Исповедь травы - Наталия Мазова

Защитный браслет...

И тут приходит ослепительное озарение.

- Кольцо! - почти ору я. - Кольцо на твоей правой руке!

- Не говори глупостей, Лиганор, оно серебряное. Я же принимал вчера Нездешнее обличье, но боли не чувствовал...

- А ну сними! - не слушая Его, приказываю я. - Дай сюда... Так я и знала! Если серебро намагничивается, то я ручная крыса из борделя Китт! Оно только посеребренное, кольцо твое! - сую этот несчастный кусочек металла в пояс, а руки трясутся, не слушаясь... - И вот теперь давай попробуем еще раз! Если и сейчас ничего не выйдет - тогда по коням... Руку!

Контакт происходит мгновенно и мощно - словно прожектор включился в ночи. Уверенный энергетический поток Нездешнего мощное дерево, по которому я взбираюсь плетью дикого винограда. Я нервничаю, меня всю трясет, некогда сосредотачиваться на нашей несчастной поляне, поэтому я цепляюсь именно за этот образ - старые деревья, замшелые и увитые этим самым виноградом...

- Вижу Цель!!! - раздается рядом со мной Его звенящий радостью голос!

Я открываю глаза. В темноте разрыв ткани мироздания почти незаметен - просто в одном месте темнота кажется более теплой и влажной, дрожащей от тяжелых испарений... Гитранн делает шаг и оказывается ТАМ, Его вытянутая рука выскальзывает из моей ладони.

- Ты удержишь этот разрыв минуты три? - спрашиваю я.

- Постараюсь.

- Тэль, Лоти, - кричу я в полный голос, - хватайте лошадей и проводите их слева от меня, со стороны спины! Живее, мать вашу!

- Только осторожнее, - словно с того света доносится Его голос, - по-моему, здесь болото.

Я оборачиваюсь через плечо - зарево заметно приблизилось, уже можно различить отдельные огни факелов, ветерок доносит обрывки команд. Мы не видны в темноте, но мои крики и звон конской упряжи, судя по всему, были услышаны - отряд быстро спускается в ложбинку с березами. Ничего, несколько минут у нас еще есть. Лоти проводит свою кобылу - я кожей ощущаю, как раздвигаются края разрыва, пропуская зверя и его хозяйку.

- Скорее, Тэль, где ты там?

Мы успеем, не можем не успеть... Тэль появляется бегом, таща за собой коня.

- Эй! - крик сверху. - Выходите лучше сами! Вы там, мы же слышим! Все равно не скроетесь!

Тэль решительно шагает через край разрыва, но конь его неожиданно начинает упираться. С замысловатым ругательством юный Рыцарь в Алом дергает за повод заупрямившуюся скотину...

Огонь факела уже мелькает среди берез...

Преодолевая дрожь в коленях, я вскидываю руку:

- Отблеск огня на моей руке,

Капля воды в моем кулаке.

Солнечным пламенем, талой водой,

Воины Тени, велю вам:

СТОЙ!

Откуда что и взялось - с перепугу даже что-то вроде Слова сымпровизировалось! Сработает, не может не сработать наглость, она города берет.

Так и есть - шок, чисто психологический, но огни замерли, не приближаясь ко мне. Передние ноги... задние... ну Тэль, ну молодец - затащил-таки в разрыв этого вороного ишака, которого неизвестно за что возвели в достоинство рыцарского коня!

- Реку с пути никто не свернет,

Солнца по небу извечен ход.

Именем утра, что гонит ночь,

Воины Тени, велю вам:

ПРОЧЬ!

С этими словами я делаю шаг вперед. Теплый и влажный воздух обнимает меня. С той стороны края разрыва поблескивают зеленоватым серебром. Огонь факела последний раз мелькает между ними - а потом я замыкаю разрыв эффектным ведьмовским знаком, ярко вспыхивающим в обоих мирах сразу. Несколько минут в глазах мешанина из золотых линий и завитков, а когда она гаснет, передо мной лишь трухлявый ствол дерева да яркая сочная зелень на кочковатом бережку озера-болота... Я поворачиваюсь к троим своим спутникам.

- Ты снова спасла нас, Королева, - с этими словами Гитранн отвешивает мне низкий поклон...

И вот тогда я подставляю Ему подножку, кидаюсь на Него сверху, и мы катимся по зеленой траве, Он отбивается изо всех сил, но я все равно нахожу Его губы и азартно впиваюсь в них, как вампир в свою жертву, долго не отпускаю, а потом ищу губами Его ресницы и не слишком удивляюсь, ощутив соленый привкус...

- ...Лиганор, отпусти немедленно, что ты делаешь, ты с ума сошла, Лиганор, отпусти...

Какое-то время я еще борюсь с Ним, а потом, покорная новой внезапной вспышке, резко разжимаю объятья и валюсь лицом вниз на одну из кочек, и бешеные слезы неудержимым потоком льются из моих глаз. Я не вытираю их, плачу молча, и сама не знаю, от чего реву - может быть, от страха перед собственным могуществом? А может быть, именно так плачут от радости?

Лоти подходит ко мне - я чувствую - вот-вот положит на плечо утешающую руку, но Он, не поднимаеясь с земли, отстраняет ее, мягко, но властно:

- Не трогай, пусть плачет. Наверное, так надо, - и, задумчиво, непонятно кому и зачем: - Mon faennro na rionat Kaaer Maeyl'...

Волосы рассыпались по земле - я опять обронила гребень. Вижу прядку, упавшую мне на щеку и левый глаз, и не сразу осознаю, что если сравнить ее цвет с цветом разметавшихся тут же волос Гитранна, то никакой разницы не заметно.

* * *

А в это время из свинцовых туч, сгустившихся над Кармэлем, с оглушительным раскатом ударила молния - и хлынул ливень, да такой, какого и летом-то давно не бывало в этих засушливых землях! Небо обрушилось на землю со всем неистовством, и узкие улочки моментально превратились в бушующие реки, и звон и плеск низвергающейся с неба воды заглушил все прочие звуки, так что любой, кто желал быть услышанным, должен был кричать...

"Он пел - и строка его текла печально, как черная река, звеня, рассыпались зеркала на лица и блики, и время качало головой, летая задумчивой совой над тем, кто нашел какой-то свой путь в мудрые книги. Огонь обжигал его уста, гитары сухая береста пылала - и в запахе костра мне слышались крики..."

...и, разбрызгивая вокруг себя дождь, по колено в воде, мечевластитель Снэйкр у парадного подъезда леди Сульвас один отбивался от четверых солдат Ниххата, присланных взять его за пособничество нарушителям спокойствия. Капли дождя водопадом низвергались с выступающей кровли - и разлетались веером, сталкиваясь с бешеной сталью пяти мечей, так что облако водяной пыли окутало схватку... И недвижная, как статуя, застыла в дверях леди Сульвас, старшая из Последних Лордов, до самых расширившихся глаз укутанная в оранжевое покрывало, стояла молча, ни криком, ни вздохом не осмеливаясь помешать любимому, и только вздрагивала, когда до нее долетали холодные капли, обжигая сквозь тонкий шелк...

- Ишь чего захотели! - смеясь, кричал Снэйкр, ловко парируя удары. - Ничего у вас не выйдет! Весь город слышал и видел Их - всех не перевешаете! Пока жив хоть один человек, помнящий Их, жива и надежда Кармэля!

"А ночь плавно уходила в степь, с ней вместе уходила его тень, он сам отпустил ее - затем, чтоб рук не вязала... Слеза в ожерелье янтаря сверкала при свете фонаря, как будто заря всходила для притихшего зала. Он пел - словно падала звезда, он пел - словно шаг, и нет следа, он пел, что никого и никогда река не держала..."