Разбей сердце принцессы - Фэя Моран

вы не пьёте. Если хотите, могу попросить Тину принести вам какой-нибудь безалкогольный напиток. Может, чаю?

– Нет, спасибо, – пытаясь говорить более вежливо, отвечаю я. – Пока пить ничего не хочется.

Девушка, поклонившись в жесте уважения и одарив нас милой улыбкой, уходит, а Стивен делает глоток из бокала, устремив взгляд на ночное небо, на котором мерцают несколько звёзд.

– Прекрасная погода, правда?

Неужели он действительно сейчас решил поговорить о погоде?

Чувствую себя крайне неловко, однако вида абсолютно не показываю. Остаётся лишь надеяться, что из меня выходит хорошая актриса.

– Да, – соглашаюсь я. – Я…

– Как часто мой сын возит вас по красивым местам Сиэтла в похожую погоду? Ведь как это, должно быть, романтично. – Он делает ещё глоток, обводит рукой простор у нас над головой: – Гай любил проводить свидания под таким вот ночным небом. Думаю, это у него от матери.

Я сглатываю, чтобы в будущем говорить чётко и спокойно, потому что напряжение всё давит и давит на плечи.

– Можно сказать, каждое наше свидание проходило как раз ночью и… – Поняв, как это прозвучало со стороны, я спешу исправиться: – В смысле, мы ездили по ночному Сиэтлу и гуляли чаще всего именно ночью.

Мужчина слабо улыбается, и это придаёт мне больше уверенности. Я даже почти расслабляюсь.

– О, как это на него похоже. Равно так же, как и похоже то, насколько сильно он влюблён в девушку, ради которой решил жертвовать своей любовью к одиночеству.

Его взгляд останавливается на моих глазах, и я смущаюсь, понимая, что слова адресованы именно мне. Дай бог, сегодня я не сгорю от всего этого.

– Вы близки со своими родителями? – интересуется вдруг Стивен.

– Да, конечно. – Я широко улыбаюсь, наверное, просто радуясь тому, что тема теперь мне очень понятна. – Я ведь росла в полноценной и дружной семье, где практически не знали ссор… Особенно близки мы с отцом. Ведь так часто и бывает – отцы больше любят дочерей. Уж не знаю, почему так выходит.

Напоследок я позволяю себе хихикнуть, чтобы ответ звучал по-настоящему искренним.

Стивен согласно кивает:

– Знаете, Каталина. Любовь отца и дочери – нечто более фундаментальное, чем могло бы показаться со стороны, – наконец выдаёт он. – Я в этом абсолютно убеждён. К примеру, моя дочь, Камилла. Она тот человек, ради которого я готов абсолютно на всё. Несомненно, и ваш отец того же мнения о вас.

Я улыбаюсь в ответ, а потом вдруг вижу за его спиной знакомую фигуру, направляющуюся к нам. Радость тут же переполняет каждую клеточку моего тела, но отражать своё облегчение на лице не спешу. Пусть думают, что я и так расслаблена и никакого напряжения не испытываю.

– Здравствуй, отец, – появившись возле Стивена, произносит Гай. – Вижу, ты уже познакомился с моей девушкой.

Как странно звучит эта фраза. «Моя девушка». Кажется, я всё ещё не привыкла к этому.

– Она прелесть, – отвечает Стивен, вгоняя меня в краску.

– Не сомневался, что она тебе понравится, – говорит парень, глядя на меня. – Ты как?

При этом он нежно кладёт свою ладонь мне на спину, проводя ею вверх-вниз, как бы расслабляюще поглаживая. От такого прикосновения моё тело разрядилось электрическим током.

– Да. – Примеряю самую расслабленную физиономию. – Мы здорово поболтали.

– Раз наше знакомство уже состоялось и раз вы оба здесь, не стану грешить и дам вам время побыть наедине, – говорит Стивен, ставя опустевший бокал на поднос к подошедшей девушке. – Но чуть позже, после того как все разъедутся, жду вас на ужине. Не забывай, Гай.

– Да, отец.

Мужчина кивает в знак прощания, кидает в мою сторону улыбку и исчезает за фигурами гостей вокруг нас. Я наконец чувствую, как расслабленно выдыхаю весь воздух, а потом ещё продолжаю смотреть вслед Стивену несколько секунд.

– Ты ему понравилась, – говорит Гай.

Я смотрю на него, приподняв в удивлении брови:

– А с чего такая уверенность?

– Он смотрел на тебя взглядом, который означает, что он тебя принял.

Я очень рада это слышать.

– Если так, то… – Издаю короткий смешок. – Я счастлива. Этого мы и добивались, правда?

Гай поправляет пальцами мои волосы, проводит ладонью по щеке, а я лишь, замерев, гляжу ему в глаза. Сейчас они полны противоречивых чувств. Это видно сразу. Ещё они тоскливы и задумчивы.

Хотелось бы мне побывать у него в голове. Узнать, о чём он думает. Что гложет его душу…

– Ты ведь ничего так и не выпила, – говорит он. – Чего тебе хочется?

Улыбнувшись от факта такой милой заботы и ненадолго задумавшись, отвечаю:

– Я бы на отказалась от яблочного сока. Или ещё лучше, от персикового!

– Я принесу. Подожди меня здесь.

И он вновь оставляет меня одну.

Мне безумно хочется обойти весь дом изнутри и снаружи, чтобы как можно детальней запомнить интересную архитектуру, но смелости покинуть это место и уйти далеко от Гая не хватает. Сам он, кстати, появляется уже на следующую минуту со словами:

– Держи свой напиток.

Я беру стакан с персиковым соком у него из рук: холодный и ароматный. Отпиваю немного вкусного сладкого напитка.

– Спасибо, – шепчу я.

А Гай снова слабо улыбается в ответ:

– Можно мне тебя поцеловать?

От неожиданного вопроса у меня сок едва не попадает в лёгкие. Удивлённо приподняв брови, я перевожу взгляд на парня в чёрной рубашке и думаю: разве на свете может быть человек, который бы от такого предложения отказался.

– Поцеловать? – переспрашиваю я. – В щёчку?

– Да, конечно, – усмехается он саркастичным тоном.

Я хмыкаю, потому что тщетно попыталась строить из себя дурочку. Потом спрашиваю:

– Ты всегда просишь разрешения у девушек, которых хочешь поцеловать?

– Нет. Только у тебя.

У меня бабочки порхают в животе.

Мне стыдно признаться в этом ему в лицо, но я безумно желаю поцелуя. Даже куда больше, наверное, чем он. Я всегда слышала, что парней стоит остерегаться. Что многие из них, подобно животным, не могут контролировать свои низменные желания.

Наверное, поэтому меня так удивило то, что Гай, зная о строгости моих родителей и моей жизни, сперва попросил разрешения.

– Но я не умею целоваться, – говорю я стыдливо. Факт того, что в свои семнадцать я ещё ни разу не целовалась, вгоняет меня в краску.

– Так даже лучше, – шепчет Гай в ответ.

Я думаю, что сейчас впервые он овладеет моими губами, потому что этого я сама сильно хочу. Думаю, что мне нужно просто закрыть глаза, а он сделает всё сам. Но вместо этого всего я лишь чувствую, как он вдруг берёт меня за руку и, словно передумав, смотрит на меня задумчиво, произнося: