Прорыв в Эрафию - Михаил Атаманов

— Ты ненормальный! — услышал я за собой крик Петьки. — Никогда… больше… так не делай!

Но я лишь улыбнулся другу в ответ. Затем достал ломик и, широко замахнувшись, изо всей силы стукнул сверху по каменному алтарю. О-о-ой-ой-ой! — руку мне отсушило отдачей, от неожиданной боли я выронил орудие на пол. На каменной гладкой поверхности алтаря появился лишь маленький скол, не более миллиметра глубиной.

— Петька, алтарь я не могу разбить, — крикнул я другу. — Давай лучше ты его своим топором расколешь, а я зомби буду отвлекать в это время.

— Согласен… давай попробуем, — Петька уже выдохся и явно был рад моему предложению.

Я вынул мечи и подошёл к зомби со спины. Он не обращал на меня никакого внимания, активно атакуя Петьку. Я обрадовался такому невниманию и размахнулся древним мечом, собираясь разом снести мертвецу голову. Однако, когда мой меч уже летел во врага, зомби развернулся и легко отразил удар. После чего обрушил на меня такой град выпадов и рубящих ударов, что я был вынужден отступить. Один из ударов зомби я отразил на редкость неуклюже — подставил свой меч жёстко и не погасил удар. И мой новый эльфийский клинок не выдержал, в руке осталась лишь бесполезная рукоятка, а длинное лезвие со звоном упало на пол. После этого я лишь едва успевал уворачиваться от новых и новых ударов, отступая всё дальше к стене. Вскоре я лишился и второго меча — древний меч не сломался, но был выбит из моих рук страшным по силе косым ударом и далеко отлетел от меня. Я остался безоружен.

Это было сродни цирковому трюку, я стоял невредимым под градом ударов — приседал, подпрыгивал, наклонялся в разные стороны. Не знаю, сколько я так уже сумел продержаться. Не знаю, сколько этот смертельный номер мог ещё продолжаться. Я не обращал внимание на время, мозг вообще отсекал всё лишнее, кроме противника. Лишь краем сознания я видел, что Каришка подобрала мой меч, кинулась на врага, но была вынуждена отступить.

Вдруг зомби упал. Ещё секунду назад он атаковал меня, а потом беззвучно упал, как набитый сеном тюфяк. Я остановился в растерянности, тяжело дыша и пытаясь успокоить мечущееся в груди сердце. Потом всё понял и посмотрел на алтарь — на его месте лежала лишь груда каменных обломков, которые продолжал ещё крошить и измельчать Пузырь. Я без сил опустился на пол, и ко мне сразу поскакал Неведомый Призрак — в начале боя он сидел на моём плече, но в какой-то момент не удержался и сорвался. Рядом опустилась Каришка, передала мне древний меч и вдруг повисла у меня на шее, прижавшись всем телом. Потом к нам подошёл Пузырь и долго стоял молча, прежде чем заговорить.

— Смотрелось жутко, Серый. Ты был зажат в углу и еле успевал уворачиваться от смертельных ударов. Зомби с каждой минутой двигался всё быстрее и быстрее, а проклятый камень всё никак не поддавался. Я уже и так, и сяк его рубил — лишь крошки отлетали. Каришка бросилась тебе на выручку, но едва-едва не погибла сама. А потом перелетела через всю комнату от пинка толстяка и не могла встать минут десять. Она лишь лежала и стонала, поджав ноги, а потом подобрала ломик, и мы вместе уже доломали эту каменюку. Полчаса пришлось рубить алтарь, пока он раскололся.

Сказанное не сразу дошло до меня.

— Сколько, сколько? Полчаса?! — я не мог поверить.

— Ну, где-то так. Может, чуть меньше. Я даже уже боялся смотреть в вашу сторону — лишь мельтешение было видно в полутьме. А когда над тобой огонёк света погас, я испугался, что и у меня свет погаснет рано или поздно, и мы вообще в полной темноте окажемся. И попросил Каришку зажечь все факелы на стенах.

Я посмотрел — действительно, на стенах горели смоляные факелы. Причём они уже почти догорали, хотя горят такие факелы по времени две клепсидры, это минут тридцать где-то. Даже не укладывалось в голове, что я такой промежуток времени не заметил, столько пропустил. Полчаса времени прошло!

— Я не смогла тебе помочь, Серый Ворон, но я попыталась. У меня всё внутри отбито и рёбра слева сломаны. Поэтому я не решилась ещё раз пойти в бой, прости меня, но это была бы явная смерть. Но я не могла просто сидеть и смотреть, как тебя убивает толстяк. И я помогала твоему другу ломать алтарь, несмотря на свою боль.

С трудом приподнявшись, я выпрямился. Ноги гудели, руки казались свинцовыми. Каришка попыталась тоже привстать, но скривилась от боли и согнулась пополам. Плохо дело!

— Можно, я помогу? — спросил Петька. — У меня бинт в сумке и мазь от ссадин и порезов. И нас учили оказывать первую медицинскую помощь — на тренировках в казармах стражников и… ещё раньше (я понял, что Пузырь имеет ввиду школьные занятия по ОБЖ).

Каришка посмотрела на меня вопросительно. Я кивнул, и тайфлинг начала расстегивать куртку. Но как только она попыталась поднять левую руку, так едва не упала и закусила до крови губы, чтобы не закричать от боли. Петька поддержал её и помог раздеться до пояса. После чего очень профессионально обработал большую тёмную ссадину на боку девушки и наложил тугую повязку. А потом сложил ладони вместе и закрыл глаза, тихо что-то шепча про себя. Вокруг его ладоней появился золотистый тёплый свет. Петька открыл глаза и прикоснулся сквозь бинт к ране на боку девушки. Золотистый свет перетёк с его рук на пациентку и яркими искорками впитался в тело.

— Должно помочь, — неуверенно сказал Петька.

— Да, боль отступила, — подтвердила Каришка. — Я даже могу шевелить рукой.

— Это лечебная магия паладинов. Не заменит полноценного лечения в храме Латандера, но всё же небольшие раны вылечит и боль облегчит.

Мы собрались и остановились возле закрытой двери. Я достал отмычки и начал было осматривать замочную скважину, как вдруг сообразил:

— Каришка, у тебя ключи сохранились? Ну, те самые, что ты у этого толстяка с цепочки взяла?

— Да, сохранились. В сумке моей лежат.

— Тогда зачем мы замки ломаем, если можем их просто открыть? — удивился я.

— Действительно странно. Привычка, видимо, — усмехнулась Каришка и передала мне связку ключей.

Я рассмотрел их — вот плоский ключ от клеток, это от предыдущей двери, этот ключ от двери из зала… так, вот ключ от нужной двери. На связке палача оставалась ещё пара ключей — обычный широкий ключ для крупного замка и маленький ключик в виде позолоченного треугольного стержня с замысловатыми пластинками и стилизованной под паука головкой. Эти замочные скважины мы не нашли. Может быть, встретятся дальше?

Но дальше была лестница наверх. Ловушек на ней не оказалось. Лестница заканчивалась неприметной деревянной перегородкой, за которой была маленькая комнатка с хлипкой деревянной дверью. Дверь даже не была заперта. Я осторожно приоткрыл её и обнаружил, что мы находимся в каком-то сарае. За окном уже был рассвет — над горизонтом поднималось солнце, о чём я предупредил Каришку. Под удивлённым взглядом Петьки тайфлинг достала из своей сумки тёмный плотный платок и крепко завязала себе глаза.

— Это ещё зачем? — удивился мой друг.

— Долго рассказывать, Пузырь. Потом как-нибудь объясню. Ты сейчас куда направляешься?

— Я пойду в казарму. Нужно рассказать про то, что мы обнаружили здесь. Да и отдохнуть нужно — у меня вечером дежурство.

— Понятно. Ты вечером где будешь дежурить? Я могу встретить тебя и солдат и показать ещё одно интересное место, где скрываются служители культа.

— Я с вами пойду! — непререкаемым тоном сказала тайфлинг. — Всё-таки именно я там была и могу провести туда стражников.

— Но что это за место, где только ты была? Да, и как ты пойдешь? Ты же ранена, тебе лечиться нужно! — удивился Пузырь.

— За меня не беспокойся, добрый паладин. Мой хозяин сейчас проведёт меня в Храм Латандера, и уже к вечеру я буду полностью здорова.

— Хозяин? — удивился Петька. — Серый Ворон твой хозяин? Похоже, опять я что-то пропустил.

Я вмешался в разговор:

— Пузырь, долго объяснять. Может, я потом тебе всё расскажу? Или, хочешь, пойдём позавтракаем. За едой поделимся всеми новостями, — предложил я.

— Позавтракать стоит, — согласилась Каришка. — Но только пойдём не в «Боевой Единорог». Там нас, возможно, ждёт засада ассасинов.

— Даже наверняка ждёт, — согласился я со своей подругой. — Всё-таки уже трёх ассасинов за последние два дня мы там угробили.

— Ассасинов? Серый, да ты совсем совесть потерял! Как ты смеешь один без своих друзей встревать в неприятности?! У тебя тут приключения фонтаном бьют, а я с Феей и не в курсе!

Мы втроём с Каришкой под руку вышли из небольшого деревянного сарайчика и оказались на огороженной высоким крепким забором совершенно пустой территории площадью почти с половину футбольного поля. Большая часть этой площади была накрыта высоким тентом. По имевшимся на земле остаткам скошенной сухой травы, я сообразил, что летом это место использовалось для высушивания и хранения сена. Но сейчас площадка пустовала.