Срубить крест (сборник) - Владимир Фирсов

Мы надеемся, что это пространное сообщение поможет вам выбрать правильную линию поведения в отношении Риджа. Старайтесь поддерживать с ним ненавязчивый контакт. Ридж сам должен принести свое открытие людям…

Эпилог. Альфа будет жить!

«Циолковский» прилетел через две недели. Гигантский корабль вышел на круговую орбиту, и от него отделился десантный бот. С безопасного расстояния встречавшие с волнением наблюдали, как на столбе ревущего пламени медленно опускается сверкающая металлическая туша, раскинувшая посадочные лапы. Бот садился на мягкий грунт, который мог не выдержать давления, и Спенсер опускал его медленно-медленно, готовый в любой момент снова включить полную тягу. Всем показалось, что прошла вечность, прежде чем ревущее пламя стало гаснуть и наконец исчезло. Тогда в воздух взвились дисколеты и закружились над ботом.

В полукилометре от места посадки, на возвышенности, которой предстояло стать берегом первого моря Альфы, три альфийца рассматривали через бинокли десантный бот. Бартон давал пояснения. Он еще не научился местному языку и поэтому пользовался услугами автопереводчика. Тут же стояли Сергей, Ахмед с Машенькой и Кулешов, к которому на «Циолковском» прилетела жена — специалист по скоростному бурению. Кулешов очень волновался, не зная, как она отнесется к изменившейся внешности мужа — он немного перестарался, смазывая себя эликсиром, и теперь не знал, что делать с бурно растущими бородой и усами.

Сергей вполуха слушал Бартона и думал о своем. Все последние дни он провел здесь, изучая геологическое строение дна будущего моря. Альфа изнемогала от зноя, каждый день нес гибель сотням беспомощных шаров, привыкших к прохладе и влаге. На этой планете техники не существовало. У альфийцев не было письменности, школ и ремесел. Они питались шарами, лечились шарами, рождались в шарах и в них же умирали. Им были известны простейшие инструменты, они научились делать копья и ножи, они строили в непроходимых кустарниках примитивные жилища, спасающие их от непогоды. Но они были беспомощны перед страшной засухой, и только люди могли им помочь.

Сергей представил, как лазерные буры врежутся в пересохший грунт и через несколько дней шумный, сверкающий поток вырвется из скважины и начнет разливаться по поверхности, постепенно заполняя низину. Вышка переедет на новое место, потом еще дальше, оставляя после себя спасительные озера, которые потом сольются в первое на Альфе море…

Время от времени он оглядывал небо: не появится ли дисколет Риджа? Несколько дней назад по приказу Бартона Ахмед оставил один из дисколетов экспедиции перед жилищем старика. На закате Ридж прилетел к экспедиционному дому, сухо поздоровался со встретившим его Шерманом, поставил в стойку лучемет и протянул Шерману небольшую папку. «Попрошу передать это Бартону, — сказал он. — Это… э… для всех…» Тут он повернулся, прямой и длинный, словно аршин проглотил, и вышел, не сказав больше ни слова. Когда Бартон прочитал лежавшую в папке рукопись, он сказал, что ей цены нет, и распорядился немедленно передать весь текст по вне-пространственной связи на Землю. «А рукопись отошлем на «Циолковском», — сказал он. — За нее человечество должно поставить Риджу памятники на всех материках».

Там, где стоял окутанный облаком пыли бот, прогремели взрывы. Это сработали взрывные болты, отделяя ферму самоходной буровой вышки от бота. Затем мощные домкраты плавно отодвинули ее в сторону и опустили на грунт. Только после этого открылся люк шлюзовой камеры, и Спенсер помахал оттуда рукой.

ОХОТНИКИ ЗА ЭЛИКСИРОМ

1

Они шли уже несколько часов — впереди капитан Кемпнер, за ним Стражеско с рацией за спиной, затем Вуд, Райский и все остальные, а позади сержант Кумбс, который ни на миг не снимал рук с висящего на шее лучемета и постоянно оглядывался. Идти было тяжело. Ноги вязли в болотистой почве, колючие стволы деревьев рвали одежду, а в воздухе висела промозглая сырость, от которой вся одежда стала мокрой насквозь, словно тебя выкупали, не раздевая. Никто не курил, потому что сигареты размокали, едва успев загореться. Солдаты подавленно молчали, и только капитан как ни в чем не бывало насвистывал сквозь зубы какой-то несложный мотивчик.

Наконец среди деревьев мелькнул просвет. Люди вздохнули с облегчением и зашагали быстрее. Через несколько минут они стояли на дороге, которая безупречно прямой линией пересекала лес.

Капитан с недоумением топнул ногой. Покрытие дороги по прочности, пожалуй, не уступало гудрону, но было странно мягким и эластичным.

Он внимательно осмотрел влажную матовую поверхность. На ней не сохранилось никаких следов. Лишь на обочине капитану удалось обнаружить слабые отпечатки босых четырехпалых ног. Но следов, которые он искал, среди них не было.

— Интересно, куда она ведет? — спросил Кумбс. — Я что-то не слышал, чтобы тут были города.

— Не рассуждайте, сержант, — оборвал его Кемпнер. — Ваше дело получше смотреть по сторонам.

Он старался не показать солдатам, что встревожен неожиданным открытием. Кемпнер хорошо изучил эту планету. Туземцы на ней еще не знали механизмов, и было непонятно, кому и для чего понадобилось проложить дорогу, по которой автомобили смогли бы идти в четыре ряда со скоростью сто миль в час.

После недолгих колебаний капитан приказал двинуться по дороге. Все повеселели. Теперь идти было легко — не то что по проклятому колючему болотистому лесу.

Они прошли еще несколько миль. Дорога вывела их на небольшую поляну, посреди которой виднелась каменная изгородь высотой в человеческий рост, напоминавшая в плане подкову. Дорога входила внутрь подковы и здесь кончалась. Дальше стоял нетронутый лес.

Посмотрев на осунувшиеся лица солдат, капитан распорядился устроить привал. Солдаты нарубили веток и развели костер. Сырое дерево шипело и дымило, но флакон тетратила сделал свое дело. Через несколько минут все, кроме часовых, топтались у огня, пытаясь просушить одежду. Вуд выдал каждому по банке саморазогревающихся консервов. Затлели огоньки сигарет.

Разомлевший от тепла и еды сержант Кумбс присел рядом с радистом и по привычке начал философствовать:

— Какая-то странная эта планета. Ты слышал когда-нибудь, чтобы дикие туземцы строили автомобильные дороги? Говорят, они не знают даже огня. Да и откуда быть огню при такой сырости? Тут только напалм и может гореть.

— Ты первый раз здесь? — спросил Стражеско. Сержант кивнул. — А я третий раз летаю с капитаном. И знаешь, — он невольно понизил голос, — в прошлый раз таких дорог не было. Мы тогда достаточно покрутились над планетой.