Ночь закончится пламенем - К. С. Сун

я отступила к стене и замерла на месте, пытаясь справиться с волнением. Интересно, надолго ли наследный принц здесь задержится?

Цзыхуань подошел к деревянному столику и взял из блюда с фруктами круглый мандарин с золотистой кожурой.

– Почистить, – приказал он мне, но тут же опомнился. Должно быть, вспомнил, что сказал Лэй. Нахмурившись, он отмахнулся: – Ладно, не нужно.

Отложив мандарин, он потянулся к бледной дольке драконьего фрукта.

Я заметила, как дернулся уголок рта Лэя, но он быстро подавил улыбку, снова спрятавшись за маской отрешенности.

– Чему обязан твоей приятной компании, гэ?

– Мне стало скучно, – ответил Цзыхуань, развалившись на софе, расположенной на помосте. – И мне хотелось увидеть тебя до того, как я уеду. – Мужчина зевнул. – Слышал, тебе удалось поймать заклинателя духов из Аньлая. И где он?

Лэй и глазом не моргнул, когда произнес:

– Он мертв. Слишком легко раскололся на допросе, а я ведь едва к нему приступил.

– Жаль, – протянул Цзыхуань. – Он мог бы нам пригодиться.

Откусив кусок от драконьего фрукта, он произнес с набитым ртом:

– В следующий раз, ди, действуй осторожнее. Если мы верно разыграем свои карты, маги царства Аньлай с радостью предадут своего правителя. Нам даже усилий не придется прикладывать, ведь он сам издал указ, где сказано, что он скормит их тела псам.

Лэй вздохнул с сожалением.

– В этом случае ничего нельзя было сделать. Заклинатель сошел с ума. – Он занял место, с которого ему было одинаково хорошо видно и меня, и брата. – Такое случается довольно часто.

Цзыхуань поднял свой бокал.

– Сима уже на пути к безумию, – язвительно произнес он, и оба брата рассмеялись.

По моей спине пробежали мурашки.

– Кстати, на днях он прислал мне сумасшедшее послание, в котором просил отложить нападение на Чуан Нин до тех пор, пока он не найдет последний осколок печати. Полнейшая чушь! – добавил Цзыхуань, усмехаясь. – Этот дурак хочет дождаться, пока мы состаримся и поседеем, и одной ногой встанем в могилу. Иногда я сомневаюсь, действительно ли он жаждет отомстить клану Лю, или все ограничится лишь болтовней.

– Ну, вообще-то, он ждал десять лет, – насмешливо сказал Лэй.

Цзыхуань покачал головой и презрительно закатил глаза.

– Возможно, тебе еще не доложили о том, что сегодня мы наконец пришли к соглашению. Слава небесам, отец принял мою сторону. Сима продолжит свою бессмысленную охоту за обломком, но он согласился помочь нам из своего тайного укрытия. – Мужчина усмехнулся. – Я же завтра отплываю, чтобы возглавить осаду. Наконец-то.

Я сделала резкий вдох. Наследный принц отплывает уже завтра? Чтобы начать осаду столицы царства Аньлай?

Сердце отозвалось болью. Выходит, Цинлун не лгал мне. В будущем действительно возможен трагичный исход для Чуан Нина, при котором город сгорит в огне! И сейчас это будущее казалось реальным как никогда.

Я попыталась убедить себя в том, что Сюин соберет детей и сбежит. Она поймет, что надвигается беда и нужно покинуть город.

А если нет? Сюин никогда не видела, что представляет собой лися, никогда не интересовалась заклинателями духов и знала только, что их почти не осталось. К тому же большинство жителей Чуан Нина считали, что стены города несокрушимы. Был известен лишь один случай, когда в столицу царства Аньлай проник враг. Но даже тогда стены города не удалось разрушить. Шпионы сумели лишь пробраться в Запретный город, а затем открыли ворота изнутри.

Войско Симина вряд ли смогло бы прорваться в Чуан Нин, учитывая его небольшую численность. И лишь с помощью печати феникса у врага появлялся шанс осуществить задуманное. Какой силой обладал теперь Сима? И почему он хотел отомстить всему клану Лю?

Внезапно старые воспоминания обрели новый смысл. «Ты очень похож на своего отца», – с горечью сказал канцлер Скаю, когда нас поймали в Си Лане. Я ведь уже знала, что Сима ввязался в эту войну, чтобы отомстить за смерть жены и ребенка. Раньше я не понимала, как это все могло быть связано, но теперь меня осенило. Конечно же! Целью Симы являлся главнокомандующий царства Аньлай. Отец Ская. Именно поэтому он встал на сторону царства Симин.

Я не додумалась до этого раньше, потому что не хотела. Воспоминания Симы были слишком кошмарны: жестокость генерала, те зверства, которые он вытворял с его женой и невинным ребенком… Мне отчаянно не хотелось, чтобы все это хоть как-то имело отношение к Скаю.

У него доброе сердце и беззлобный нрав. Скай бы никогда не совершил таких зверств!

Но память предательски подкинула мне воспоминание о том, как резко рассек воздух его клинок, каким бесстрастным стало выражение лица принца Лю, когда он хладнокровно убивал человека. Он был добр лишь до тех пор, пока не впадал в ярость. Он казался великодушным ровно до того момента, пока сердце его не черствело.

Станет ли Скай хорошим правителем для своего народа? Но даже если он не получит власть, то она останется в руках его старших братьев или отца. И я задумалась о том, действительно ли царство Аньлай хоть в чем-то лучше соседних царств? Да, оно более процветающее, но по какой причине? Благодаря везению или милости небес?

Голова гудела от роя вопросов. Пришлось напомнить себе, что я все равно не могу повлиять на то, что мучило меня. Сейчас меня больше всего волновала безопасность и сохранность тех, кто был мне дорог. На самом деле не так важно, кто будет править Тремя царствами, останется ли империя Тяньцзя разделенной или станет единым целым. На эти вопросы могли ответить другие люди, более умные и проницательные. Я же хотела лишь добиться свободы и получить возможность жить так, как захочу.

Все эти мысли пронеслись в голове буквально за несколько секунд. Когда я вынырнула из размышлений, то поняла, что и Цзыхуань, и Лэй молча уставились на меня. Неужели они задали мне какой-то вопрос?

– Подойди, – с раздражением произнес Цзыхуань, должно быть, уже не в первый раз.

Не зная, как поступить, я бросила взгляд на Лэя, но это еще больше разозлило наследного принца.

– Сейчас же! – рявкнул он.

Я настороженно приблизилась к нему. Моя голова была опущена, но я чувствовала, как его похотливый взгляд скользит по моему телу. В какой-то момент я едва подавила порыв выколоть ему глаз, как поступила с генералом Ху в тюремной башне. Но тогда у меня была сила.

А сейчас я лишилась ее.

– Сядь, – велел он, схватил меня за руку и дернул на себя. Я была вынуждена сесть на софу рядом с ним. – И как долго он держит тебя здесь, милашка? – спросил