Трон - Максим Димов

— Оно самое, — заявил он, глядя на Винсента и помахивая посудиной. — Но это и все, что мне удалось узнать.

Винсент вскинул голову:

— Между прочим, как раз на случаи, подобные этому, любое солидное заведение содержит колдуна.

Леонард отрицательно покачал головой:

— Они никогда не пользовались услугами колдунов, я специально уточнял. Считается, что «Три дрозда» имеет надежных покровителей и без того. Строго говоря, так оно и есть.

Близнец подошел к окну и стал рядом с Винсентом.

— Какая ночь сегодня, — произнес он чуть погодя.

— А где Филипп? — поинтересовался Ланс, не поддавшийся общему унынию.

Винсент пожал плечами и посмотрел на Леонарда.

— Не знаю, — ответил тот. — Когда сообщили об убийстве, он примчался сюда едва ли не раньше меня, а потом в суматохе потерялся. Наверное, пытается что-то выяснить своими методами.

— Это-то понятно.

Ланс усмехнулся. Винсент отвернулся от окна и присел на подоконник.

— Мне не кажется, что это сделал Филипп, — заявил старший брат.

— Не он, так не он. Кстати, будем ли мы что-то предпринимать сами или, как всегда, предоставим возможность все испортить полиции?

— Через полторы недели все станет на свои места, — отозвался Леонард.

— Но ведь кто-то не зря пошел на это убийство. Наверняка он что-то готовит.

— Мы тоже, — парировал Леонард. — Во всяком случае, я — точно.

Близнец был прав, но менее тревожно от этого не становилось. Ланс потер лицо.

— Как-то просто у нас все получается.

Винсент с интересом посмотрел на него:

— Но, Ланс, у тебя есть предложения?

— Нет, но мы не должны просто сидеть и ждать. Каждую минуту кто-то все ближе продвигается к своей цели, а мы спокойно ждем.

— Мы совсем не спокойны, брат, мы просто не знаем, что делать, — признался Леонард.

— Да, что угодно! Еще раз допросить свидетелей всех убийств, проверить всех въехавших в столицу за последние полгода, искать это проклятое вино. Должен же он где-нибудь появиться — ящик дорогого заморского пойла!

— Все это мы проделывали не раз, — миролюбиво заверил Винсент. — И проверяли въехавших, и выехавших, кстати, тоже. И неоднократно допрашивали свидетелей, и вино это искали. И черный рынок перешерстили и очень серьезно поговорили с главарями банд города и владельцами питейных заведений. Даже слегка пошарили в кладовых нашей аристократии. Незаметно, конечно же. Нет в городе этого вина. Скорее всего, убийца утопил его в заливе.

— Да нет, как оказалось, не утопил, — задумчиво возразил Леонард.

Он поднял голову и с нехорошей улыбкой оглядел братьев:

— Ведь действительно не утопил, и наверняка держит где-то поблизости. Под рукой.

— Эй, прекрати, Леон! — возмутился Винсент. — Будь оно в городе, за такой долгий срок хоть где-то б, да объявилось.

— Так ведь оно и объявилось, — вкрадчиво произнес близнец.

Винсент нахмурился, но так ничего и не сказал, признав правоту брата. Зато Леонард вдруг рассмеялся таким нехорошим смехом, что Лансу стало не по себе.

— Мы и в правду ненормальные, — сквозь смех заговорил близнец. — С самого начала мы подозреваем друг друга, шпионим, строим друг другу козни и при этом ни разу, вдумайтесь — ни разу, не воспользовались случаем как следует порыться в вещах друг друга.

— Как-то слишком просто это — прятать орудие убийства у себя дома, — поморщился Винс.

— Просто? До сих пор это было единственно надежное место.

— Ну, допустим. К кому первому предлагаешь пойти?

Ланс с интересом следил за братьями, подмечая мелкие детали в интонациях и жестах, и словно заново открывая их для себя. Он привык считать себя и Винса несколько отдаленными от остальных, и их отношения казались ему почти идеальными. Прочие же были чем-то вроде отцовских довесков, с которыми нужно было играть в братиков и сестричек. И он играл в эту, привычную с детства, игру. И только сейчас Ланс понял, что Винсент, в отличие от него, не играет, а относится к близнецу, как к родному брату. Леонард был ненамного младше Винса, и Ланс чувствовал, что между старшими братьями стоит что-то недоступное ему, то, что появилось до его собственного рождения. И близнец, оказывается, сегодня был вовсе не таким, каким Ланс привык рисовать его себе. В голосе Леонарда не было обычной резкости и пренебрежения, скорее наоборот, он явно был готов выслушать любой совет Винса, ни разу не оборвал того и даже — о, чудо — объяснял свои поступки, чего никогда не делал при разговорах с другими братьями.

Ланс оказался настолько зачарован своим открытием, что незаметно для себя упустил нить беседы.

— Особо гадать здесь не приходится, — тем временем говорил Леон, — То, что Семья раскололась на две группы, и мы принадлежим к одной из них — это факт, — взгляд близнеца уперся в Ланса и тут же скользнул в сторону. — А значит, и обыскивать жилища друг друга мы будем в самую последнюю очередь. А для начала предлагаю обыскать дома Виктора, Фредерика, герцога Кардигана и Эмилии... И не вздумайте говорить о своей привязанности к кому-либо из этой четверки — не поверю. Скажу даже больше — почти наверняка кто-то из них, а может быть и все они, завязли в этом по самые уши.

— Тогда давайте проявим вежливость и начнем с Эмилии, — предложил Ланс.

— Ты уверен, что мы поступили правильно, не взяв с собой больше людей? — шепотом спросил Леонард.

— Предлагаешь учинить официальный погром в доме наследной принцессы? — так же тихо отозвался Винсент.

Из окон высящегося перед ними темного особняка наружу не проникал ни единый лучик света. В саду, перед домом, причудливо извивались тени раскачивающихся под ветром деревьев, едва слышно шелестела листва, откуда-то издалека доносились звуки вальса. И от всего этого веяло одиночеством и равнодушием.

Они без труда справились с замками в калитке ограды и высокой резной входной двери.

— Что дальше? — осведомился Ланс.

— Предлагаю начать поиски с чердака и продвигаться сверху вниз, — решительно проговорил Винсент и, не дожидаясь возражений, двинулся к лестнице. Братья молча последовали за ним.

Особняк сестры был небольшим, и в следующие два часа они успели осмотреть все помещения, вплоть до подвала. Где и вышла заминка.

В подземные уровни владений Эмилии вела короткая деревянная лестница, оканчивающаяся толстой, обитой железными полосами, дверью. Сама по себе, дверь не могла остановить непрошеных гостей, но, помимо нее, ход вниз перекрывался хитрым сплетением защитных чар. Особенно впечатляла нарисованная над дверью кровью разделительная Тетраграмма Терминатора, флюиды угрозы от которой Ланс ощущал буквально физически. Знак Границы сканировал столь сильно, что смотреть на него с помощью колдовского зрения без дополнительной защиты было невозможно. Некоторое время они нерешительно топтались перед дверью.