Всё зло от дорам! - Николетта Саммерс

Ник встал, каким-то не отмеченным мной быстрым и отточенным движением заломил парню с сигаретой руку за спину и всё таким же безмятежно спокойным голосом попросил:

— Извинись!

Сигарета выпала из ослабевшей руки, скорчившийся парень начал сыпать оскорбления, а я с ужасом вспомнила, что тут же еще 2 не особо обремененных интеллектом лба.

Естественно подросток и не подумал начинать извиняться. Ругаться, вырваться, лягнуть противника, сколько угодно, "извинения, не, не слышал о таком", так и читалось название этой композиции из Ника и дикаря, запертого в теле этого ребенка-переростка.

Проблема была в том, что сначала ржущие от вида происходящего товарищи подростка быстро от немного, на мой взгляд, неуместного веселья отошли и разозлились ничуть не меньше своего курящего собрата. Один почти сразу же откинул бутылку в сторону и побежал на Ника слева. Чудом успела крикнуть, предупреждая, Бо удалось вовремя увернуться, от удара летящего в лицо. Затем кореец и вовсе сумел повалить парня навзничь, ударив ногой в живот. А дальше я пожалела о том, что не смотрела на третьего противника, потому что он сумел подкрасться к корейцу справа и оглушить, ударив бутылкой по голове. Ник сначала дёрнувшийся и пытавшийся увернуться или ударить в ответ, даже не знаю, что он хотел сделать, упал, как подкошенный, на землю, и тут я услышала пронзительный женский вскрик и неожиданно поняла, что он принадлежит мне.

Всё было, словно в тумане, схватила деревянными руками свой костыль, как единственное доступное оружие, оглядела этих сволочей взглядом наполненным ненавистью и приготовилась с боем защищать тело Бо, пока он не придёт в себя.

— Патлатая, ты чего удумала? — как-то даже жалко спросил подросток, который чудом увернулся от взмаха моего костыля.

— Проваливайте! Сейчас же, проваливайте! — кричала я и не замечала, что голос срывается на визг, руки колотит, была в такой ярости, что могла и убить… Как им только в голову могло прийти его ударить? Придурки, чертовы идиоты!

Между тем подростки не уходили, эти сволочи пытались окружить уже меня. Всё что происходило напоминало какой-то кошмарный сон, какую-то дебильную компьютерную игру, фасматогорию. Такого просто не могло быть в реальности!

Я отмахивалась, скалилась, кричала, когда к нам с Ником пытались приблизиться, подростки ярились больше, крича матом, кто-то из них даже крикнул, что оно того не стоит и стал уходить… Обрадовалась (тихий голос Хью в голове заметил, что верно древние думали, детей нужно учить розгами, они быстро мозги включают). И тут, из-за того же поворота, откуда минуты назад появились подростки выскочили Матвей, Шурик и Кристина. Последняя удивила меня больше всего, да и сама она удивилась мне не меньше. Парни оперативно скрутили подростков и я, наконец, смогла упасть на землю рядом с Ником, роняя костыль.

Неожиданно навалилась огромная усталость, не до конца вылеченная нога горела от перенапряжения, руки от непривычной тяжести. Но главное мне стало почти спокойно за нас с Ником, только вот проверю пульс, услышу, как бьётся его сердце.

Привалилась к чужой груди и от радости заплакала. Бьётся. Всё хорошо. А спустя ещё пару минут Бо пришёл в себя, и я, наконец, смогла обратить внимание на то, что происходило рядом со мной. А рядом подростки материли какую-то грудастую стерву, заплатившую им за плёвое дело, а ещё Саша успокаивал Кристину, которая разобравшись в происходящем, разбушевалась не на шутку и хотела сама побить "сволочей, нападающих на бедные парочки, гуляющие по парку". М-да, и это одна из подозреваемых.

Когда ребята заметили, что Ник пришёл в себя, количество шума лишь возросло. Из позитивного совместными усилиями удалось уговорить парня, который себя "отлично чувствует" (вот же не убиваемый азиат), что ему нужно будет поехать в травмпункт и сделать хотя бы рентген, потому что люди от хорошего самочувствия на продолжительный срок не вырубаются. Бо спорил, но друзья были неумолимы. Собственно этими спорами мы и занимались, пока к нам не приехала, а точнее не пришла полиция, кстати, вполне себе знакомая такая полиция.

— Привет, — поздоровалась с Викой, та кивнула головой. Дальше она вместе с напарником быстро составила протокол, опросив всех участников конфликта, потом хмыкнула, заметила, что клиенты-то не совсем её и вызвала сотрудников какого-то ПДН. Как девушка пояснила, заметив мой недоуменный взгляд, именно эта загадочная аббревиатура, в смысле, ПДН, и занимается подростками.

Покивала Вике с умным видом, мол, всё понятно, всё здорово и спросила, а можно ли нам с Ником уже идти (рядом с сотрудниками полиции остались только мы и подростки, друзей и Кристину ненавязчиво попросили идти продолжать гулять дальше в начале минидопроса). Девушка с улыбкой кивнула, но заметила, что теперь она ждёт от меня заявление. Да… моя полиция меня бережёт. Впрочем, приехали же. В общем, пообещала, что как только, так сразу, в смысле, что действительно постараюсь сделать это побыстрее и, наконец, вдохнула воздух полной грудью, когда эта, кажется, проклятая скамейка скрылась с глаз.

— Ну что в травмпункт? — Ник скривился, я улыбнулась, и мы пошли в сторону универа, чтобы оттуда заказать такси.

* * *

За очередным поворотом нам на встречу вышли Маруся с Артуром. Подруга быстро подскочила к нам, сказала, что уже всё знает, что это она подговорила ребят пойти нас искать, а ещё, что всё равно хочет услышать историю из первых рук. Переглянулись с Ником, думая, вероятно, приблизительно об одном и том же "когда уже закончится этот вечер бесконечных допросов?".

Впрочем, постаралась кратко и оперативно всё пересказать, видела по Бо, что у него болит голова и желание рассказывать всю эту дурацкую историю ещё меньше, чем у меня. Потому что можно же пойти на уступки, раз уж нас спасла любовь Хмельковой к шпионажу… Ну, не верю я, что подруга устроила слежку за нами из каких-то других более благородных соображений, хотя, ладно, Маруся могла и из благородных. Но, блин, кто-то из ваших знакомых когда-нибудь следил за вами из благородных соображений? Во-во, именно это я и имею в виду! Такой хренью страдает далеко не каждый житель нашей страны, ладно, не только нашей, вообще, любой страны!

В ответ на рассказанную историю Маруся поделилась историей Саши с Кристиной. Шурик с нашей одногруппницей познакомился, алиби выяснил, а ещё вдруг резко поменял мнение на её счет. Почему тайна, покрытая мраком. Впрочем, учитывая комментарий Ника, что всё дело в алиби, предположу, что кореец прав и что наша персональная птица говорун, видимо, тоже любит животных и не могла остаться равнодушной по отношению к волонтерке приюта для