Предсказать прошлое - Маргарита Бурсевич

  -О, так Вы герой, который с риском для жизни бросился спасать жену из огня.

  -Конечно, если мы бы решили сделать вид, что меня не было дома или меня спасли первым, я бы уже точно не дожил до утра.

  -Почему?

  -Боюсь, у Тристана было бы достаточно времени до вашего чудесного воскрешения, чтобы порвать меня в клочья.

  -Вот я и говорю, нужно было его предупредить, - опять завелась я.

  -Тогда эта мышиная возня, привлекла бы слишком много ненужного внимания. Была вероятность, что могли оказаться не нужные свидетели, и что тогда? Мы делаем все правильно, да и нет больше пути назад

  Может он конечно и прав, но я в этом никогда не признаюсь. Он уже почти дошёл до пошарканной деревянной двери, когда меня, наконец, заинтересовала моя судьба.

  -Э-э-э, Жак, а что Вы меня так и бросите здесь одну и связанную?

  -Придётся, а то ещё броситесь героически спасать саму себя из пламени огня.

  -Ну, Жак ну пожалуйста, я же даже не знаю, где нахожусь.

  -Это флигель, мы совсем рядом от поместья. Полегчало?

  -Нет, - крикнула я, заметив его намерение выйти. - А если я пить захочу, или в туалет?

  -Придётся потерпеть. Недолго.

  -Я же ничего кроме потолка не вижу.

  -Поспите.

  -Э-э-э, стойте! - завопила я, когда он уже открыл дверь. - Я, обещаю являться к Вам после настоящей смерти, если Вы сейчас что-нибудь не сделаете.

  Жак тяжело вздохнул и, вернувшись, подхватил меня на руки и перенёс на стул у окна.

  -Вот, любуйтесь. Считайте что у Вас лучшее место в первом ряду.

  Переведя взгляд в окно, я убедилась, что действительно, отсюда был отличный вид на поместье и близлежащие окрестности. Сомневаюсь, что кому-то ещё удавалось наблюдать за собственной гибелью, вот такая вот я "счастливица".

  Жак, не дожидаясь моих новых капризов, поспешил на главную сцену. И пока я нервно постукивала ногой по полу, упустила момент, когда этот камикадзе вернулся и одним движением завязал мне рот платком.

  -На всякий случай, - пояснил он. - Мы слишком близко к дому, не хочу, чтобы Вы все испортили.

  Я очень старательно помычала ему вслед, мысленно пообещав ему это припомнить. Тем временем события набирали обороты.

   После появления дымка над крышей дома, начали раздаваться первые голоса, громко оповещающие жителей поместья о надвигающейся беде. Люди стали сбегаться и в растерянности оглядываться, выискивая среди зевак своих близких, чтобы убедиться, что они в безопасном отдалении от эпицентра пожара. Из конюшни выскочило несколько верховых посыльных для оповещения пожарной дружины в городе и ближайших соседей. От последней мысли стало совсем не хорошо, вот сейчас узнает, что беда, будет опять себя корить, что не досмотрел.

  Остальные организовались, и стали активно принимать участие в тушении пожара. Стаскивались ведра с водой, кто-то забегал и возвращался из поместья, вынося вещи и выводя зазевавшихся слуг. Среди самых активных участников я распознала Карла, который голосил больше всех и бестолково гонял людей по всему двору. Неразберихе ещё больше способствовало то, что на улице сгущались сумерки и с каждой минутой становилось только темнее. Центральный двор освещало только пламя, которое уже совсем бесконтрольно вырывалось из окон. Суета и сумятица не позволяла людям сделать хоть что-то полезное в данной ситуации, а Сорел тщательно следил, чтобы паника и хаос не унимались. О том, что хозяева так и не появились, похоже никто не вспоминал, пока в центре событий не показалась Лола и не стала трясти Карла, что-то ему, объясняя жестами и указывая на дом, непрестанно вытирая слезы. Я не знаю, плакала она от испуга за меня или пока ещё не чувствующей беды, ей разъедал глаза едкий дым, но Карл такому напору сдался быстро. Да и попробуй с ней поспорить, сама не раз натыкалась на непробиваемое упорство этой с виду слабой девочки.

  Да и их спланированный сценарий наверняка предусматривал вмешательство Карла, как-никак именно он в конечном итоге должен был найти полуживого Жака. Остаётся, наедятся, что время они подгадали точно, так как меня уже саму стало настораживать такое долгое пребывание ДеБюси в пылающей постройке. Ну, тут я, правда, преувеличила, так как горело по-прежнему только хозяйское крыло, и пожар с завидным смирением не расползался по перегородкам. Не знаю, как им удалось это сделать, но все у них было под контролем, и дом спалить дотла никто не собирался.

  И вот настал момент когда, героически зайдя в горящий дом, Карл направился на поиски хозяина с его непутёвой женой. Их не было видно очень долго, и я стала переживать, как бы чего не случилось, они, конечно, меня очень разозлили и я ещё не скоро им прощу такую подставу, но и чтобы они пострадали, тоже искренне не хотела. Лола, переданная в заботливые руки Матушки Эммы, стала всхлипывать и трястись от страха и переживания. Моей девочки было плохо и страшно, и меня бесила не возможность ей помочь. Ну, кому и что она могла рассказать? Зря только сердечко ей терзают ироды.

  Моё расстройство очень скоро превратилось в отчаянную боль, когда на манеже появились новые действующие лица. Уже с далека можно было разобрать возбуждённое лошадиное ржание и громкий топот копыт, разносящийся в вечерней тиши. Хотя кто знает, минуты то тянулись, то бежали сломя голову, так что вполне возможно была уже и ночь. Мне ещё не дано было видеть людей спешащих на пожарище, но моё зашедшееся сердце уже знало, кто может так загнать лошадей торопясь в поместье ДеБюси. Три мужские фигуры подоспели вовремя, чтобы увидеть феерический выход их горящего здания управляющего, с перекинутым через плечо бессознательным телом. Жак очень натурально изображал полутруп и не проявил никаких признаков активности, когда его почти бесцеремонно скинули на кучу соломы у конюшни. Пока Зиди задавал вопросы прокопчённому пытающемуся отдышаться Сорелу, Тристан лихорадочно осматривался, прощупывая взглядом толпу людей.

  Я сидела, тревожно всматриваясь в любимую фигуру, и мысленно пыталась дозваться до него "Я жива, жива, почувствуй это!". Лебрен нервно запустил руку в волосы, растрепав идеальный хвост.

  -Элизе, - позвал он отрывисто.

  По тому, как он внезапно вздрогнул, я определила момент, когда именно он заметил зарёванную Лолу, слепо смотрящую в горящие провалы окон. Его рука медленно опустилось вниз, и сжалась в плотный кулак. У меня было впечатление, что я сама физически почувствовала, то, как холод сковал его окаменевшие плечи. Даже пристально наблюдая за всеми его действиями, сама не поняла, как он в одно мгновение смог оказаться рядом с Карлом. Одного с ним роста и комплекции Сорел не смог противостоять ярости Тристана, который с лёгкостью теребил управляющего как котёнка. Я не могла расслышать, что именно он ему говорил, до меня долетало лишь нечленораздельное шипение и рычание. Зато теперь я поняла, почему Жак так настаивал на своей полной бессознательности.