Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

— Идет, — кратко ответил Фома. Все-таки он правильно попал.

Лысый встал и махнул рукой на дверь:

— Идем. Чего встали?

Они отправились вдоль моря на другой конец порта и пришли к конторе найма моряков. Там уже толпились у входа те, кто хотел попасть в команду кораблей. Дверь в контору еще была закрыта. Лысый решительно прошагал мимо очереди и завернул за деревянное двухэтажное здание конторы. Открыл дверь с другой стороны и вошел. Фома последовал за ним. Они поднялись по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж. Лысый зашел в открытую вторую дверь от лестницы и поздоровался:

— Здорово, свояк.

— А, Руди! Привет, — затем посмотрел на Фому. — Клиента привел? — спросил сотрудник конторы.

— Да, хочет попасть в команду на «Озерную фею».

— Хочет попасть — попадет, — улыбнулся клерк. — Если у него есть золотой илир.

Фома подошел к столу и выложил золотой кругляш.

— Деньги есть, — удовлетворенно проговорил свояк лысого и мгновенно убрал монету со стола. — Так… — Он открыл книгу и стал смотреть, листая страницы. — Есть заявка от капитана «Озерной феи». Требуются моряки, плотник и лекарь. Ты по какой специальности будешь? — подняв голову от толстой амбарной книги, спросил он.

— Лекарь.

— Лекарь — это хорошо. Так и запишем в направлении. — Клерк достал пергаментный листе магической печатью и стал заполнять бланк.

— Имя?

— Клыкастый.

— Племя?

— Сивучи.

— Кем был в племени?

— Учеником шамана.

— Хорошо… Учеником шамана, — записывая данные Фомы, повторил клерк конторы. — Направляется лекарем на корабль «Озерная фея».

Посыпал песком на лист и встряхнул его.

— С тебя три серебряных илира. Клыкастый из племени сивучей. — И, получив деньги, отдал лист. — Хочу тебя предупредить, орк, что лекари на этом корабле не задерживаются. И, бывало, не возвращались даже из рейса. Там капитан… В общем, если ты ему не понравишься, он заставит тебя есть свое дерьмо… Хотя вам, оркам к этому не привыкать. А теперь идите отсюда, мы открываемся.

На улице Фома отдал лысому причитающееся вознаграждение и пошел на пятый пирс. Теперь у него имелись все необходимые документы, чтобы беспрепятственно выбраться из города.

Сначала он думал добраться вглубь страны на коне и использовать телепорты в провинциальных центрах. Империя была огромной, раскинулась на половину континента. Даже степь не могла сравниться с ней размерами. Но вскоре он понял, что дальше второй провинции от границы со степью не проедет. Империя надежно охраняла свои тайны. Патрули задерживали всех, кто не имел четкого объяснения, зачем он едет и куда. Пропускали аристократов и купцов. Торговля — это кровь для государства, без нее все умрет. И потому торговля в империи процветала.

Фома шел уверенно, вдыхая непривычный степному жителю соленый запах моря, горьковатый от вони выброшенных волнами на берег водорослей.

«Озерная фея» никак не походила на сказочную фею. Старое, болезненно скрипящее от напора волн судно, давно не знавшее ремонта. Облезлая краска, когда-то зеленая, а сейчас ставшая бурой от времени и воды океана, лохмотьями слезала с бортов, открывая почерневшие доски остова.

На полубаке корабля на большой катапульте сидел и плевал в воду полуголый парнишка. Он качал ногой и насвистывал немудреный мотив. Ему было скучно, и он, увидев Фому, нашел себе развлечение — набрал в легкие побольше воздуха и плюнул в сторону орка. Плевок не долетел, и он огорченно вскрикнул:

— Не попал.

Фома остановился перед сходнями. Заходить на корабль без позволения было запрещено. Не обращая внимания на оскорбление, орк крикнул:

— Позови боцмана!

Паренек вновь плюнул в его сторону и ответил:

— Тебе надо, ты и зови.

Фома создал простой «воздушный кулак» и направил его в сторону грубияна. Резкий и сильный напор воздуха сдул того с борта вниз. Грубиян замахал руками и, несколько раз перекувыркнувшись, упал в воду. Суматошно шлепая ладонями по мутной воде, в страхе заорал во все горло:

— Аврал! Спасите!

На крик появился крепкий мужчина с серьгой в ухе и с красной повязкой на голове. Сквозь вырез потной полотняной рубахи выглядывала рыжая поросль волос на груди. Он равнодушно посмотрел на барахтающегося горе-морячка и перевел взгляд на орка.

— Тебе чего, зеленый? — грубовато, но без злости спросил он.

— Позови боцмана, уважаемый, — отозвался Фома.

— Ну я боцман, чего надо?

— У меня направление на корабль в качестве корабельного лекаря.

— Лекаря, говоришь… — Боцман непроизвольно засмеялся. — Ну поднимайся, зеленый. Впервые вижу орка — корабельного лекаря.

Боцман долго изучал направление. Внимательно рассмотрел магическую печать. Посмотрел обратную сторону, пошуршал пергаментом.

— Точно, направление! — удивленно проговорил он. — Ну, пошли ко второму помощнику оформляться.

Второй помощник капитана храпел у себя в тесной каюте. Запах винных паров густо разливался по помещению, буквально въевшись в воздух. Боцман поморщился и косо глянул на орка.

— Вот твой первый пациент, зеленый. Работай, потом доложишь о результатах. — Он негромко хохотнул и вышел.

Фома подождал, пока его шаги затихнут, и прикрыл за собой дверь. После этого ударом ноги сбил моряка с гамака. Ушел в «скрыт» и стал пинать мычащего второго помощника по бокам, рукам и ногам… ну, в общем, куда придется. Бил до тех пор, пока тот не стал трезветь.

Избитый и сбитый с толку вторпом сумел подняться и, не видя никого, в ужасе дико зарычал. Он бросился, шатаясь, к выходу, но удар в челюсть отправил его в нокаут.

В следующий раз он пришел в себя от холодной тряпки на лбу. Открыл глаза, увидел орка и, застонав, вновь закрыл их. Фома осторожно приподнял его голову и приложил к губам бутылочку с малым исцеляющим зельем.

С трудом тот начал пить и вскоре пришел в себя. И, опять открыв глаза, с удивлением уставился на Фому. Не веря тому, что видит, помахал рукой перед лицом склоненного к нему орка.

— Сгинь, нечисть, — пробормотал он и зажмурился. — Что они в вино подмешали? — пробормотал он. — Никак на курином помете настаивали для крепости. Вот сволочи! Башка трещит… И все тело болит, словно меня семеро били.

Он вновь открыл глаза, но видение не исчезло.

— Ты кто? — хрипло спросил второй помощник и облизнул губы.

— Я новый корабельный лекарь.

— Корабельный лекарь?.. Но я тебя не помню…

— Я пришел оформляться, а вы тут с демонами сражаетесь.

— С демонами?.. — Вторпом оглядел каюту. — Какими демонами?

— Теми, что в вас вселились. Вы орали и бились о стены. Пришлось вас успокоить и провести обряд изгнания демонов запоя. Злые были, обещали вернуться.

— Демонов запоя? — удивленно повторил человек. — Больше в этот трактир не пойду. — Он помолчал, прислушиваясь к себе. — Но мне становится значительно лучше. Ты оформлен, зеленый лекарь. Иди и скажи, чтобы мне принесли вина… Стой! — Он ухватил поднявшегося Фому за рукав куртки. — Лучше сходи на камбуз и принеси сам. А то я знаю этих сволочей: сами выпьют половину и скажут, что по дороге разлили.

Фома спорить не стал, кивнул и вышел. Увидев на палубе боцмана, доложил:

— Я оформлен.

— А что вторпом? — недоверчиво глядя на орка, спросил боцман.

— Требует вина. Сейчас схожу на камбуз и принесу.

— А ты знаешь, где он? — усмехаясь, спросил боцман.

— Постройка корабля типовая, — рассудительно ответил Фома. — Камбуз там, где обычно, на второй палубе.

Он только один раз был на корабле, когда искал Вирону, но информация, заложенная в него учителем, и отличная память делали свое дело. Фома знал, как ориентироваться на корабле, как выполнять обязанности лекаря.

Лекарь на корабле — значимая фигура. Матросский хлеб труден, и на кораблях всегда был некомплект. Болезни косили экипаж как коса, и тогда те, кто не болел, трудились за троих, а то и за четверых. Кроме того, на лекаря ложились обязанности следить за соблюдением правил санитарии на корабле и за тем, чтобы всегда были чистая вода, и качественная пища. За это лекарей не любили боцманы и корабельные повара, которых звали дропы. Боцман и дроп получали деньги на закупку продовольствия. Дроп — для офицеров, а боцман — для матросов. Естественно, большая часть средств оседала в карманах этих пройдох. Все это Фома хорошо знал и ясно представлял, с чем ему придется столкнуться.