Карьеристки - Луиза Бэгшоу

Но непредвиденные катастрофы случаются не каждый день, у больших компаний есть свои эксперты — и промоутеры, и агенты.

Итак, кому нужна помощь?

Разве не очевидно? Всем, кто не может позволить себе нанять специалистов по маркетингу. Промоутеры в колледжах. Маленькие клубы по всей стране.

Они не в состоянии позволить себе ничего такого. В этом и заключается суть. А как же тогда хоть один из них наймет ее?

Ответ возник мгновенно: один не сможет. Но их много, и, объединившись, они смогут.

В тот вечер Ровена поехала к Джону на уик-энд, в его дом на побережье в Малибу, рассказать о планах. После долгого освежающего душа она вымыла голову, натянула огромный махровый халат от Ирмы Торнбал и Эссер и села на террасе, Джон устроился рядом с двумя стаканами и кувшином «Маргариты».

— Как, еще не отменилась конференция в Сан-Антонио?

Он кивнул, по лицу пробежала тень.

— Да, она состоится. А у меня еще проблемы с диском. План, который ты набросала, предотвратил судебный процесс. Но сейчас я получил отказ в продвижении диска, а «Выше голову» — первая песня.

Ровена пила из бокала маленькими глотками. Насколько она знала, «Блэк айс» — одна из самых трудных групп, с кем ей приходилось иметь дело. Они принципиально ненавидели большие компании, все им было не так: и афиш мало, и на радио мало крутят, и на Эм-ти-ви; они все принимали в штыки — с самого начала работы и до конца. Ровена очень хорошо помнила и их упрямого менеджера, Али Кахеда.

«Блэк айс» продала много дисков, их первая крупная программа была на «Мьюзика Норс Америка», но не Ровена подписывала с ними договор. С их помощью здорово продвинулся Стив Голдмэн, нашедший их, парень вырос у нее на глазах, стал главой отдела «Артисты и репертуар». Их последний альбом, дебютировав, занял четвертое место в рейтинге «Билборда».

Если правильно поставить дело, песня «Выше голову» поможет продать много дисков и много маек для фильма «Мое сердце принадлежит Далласу».

— Я могу подсказать, что делать, — улыбнулась Ровена.

— Правда? Боже, ты моя спасительница, — Меткалф провел рукой по волосам. — Понимаешь, все смешалось в какую-то кучу. Новые ребята из «Мьюзика» в трансе от Кахеда, они и пальцем не шевельнут, чтобы помочь.

Ровена поднесла свой бокал к его бокалу.

— Поздравляю, — сказала она. — Ты мой первый клиент.

Ровена подписала контракт в присутствии Джоан, секретарши, и парня, державшего магазин кожаной обуви напротив.

— Здесь оставлено место — вписать название нашей компании, — заметила Джоан.

Ровена пожала плечами.

— Какие предложения?

— Да назовите «Каухайд», — сказал торговец обувью. — Не может же рок-н-ролл существовать без кожи.

Так родилась «Каухайд консалтэнси».

Первые два часа Джоан сидела за столом и читала «Импэкт». Босс работала молча; разложив перед собой большие газетные страницы, выписывала имена, номера телефонов, составляла списки магазинов, радиостанций, музыкальных изданий, иногда соединяла цветными линиями разные названия. Когда она закончила, ее руки были в ярких пятнах чернил. Она дала Джоан лист с семьюдесятью именами и номерами телефонов. Джоан изумленно подняла бровь.

— О, это лишь первая партия, — сказала Ровена. — Я думаю, ты готова заняться этим?

— Если вы готовы, то (и) я да, — с улыбкой ответила Джоан.

Может, эта работа в конце концов не окажется напрасной.

Если Ровена за что-то бралась, ее уже нельзя остановить, она перла, как танк, тщательно отбирая объекты, на которых стоило сосредоточиться, — составители программ на радио, менеджеры в магазинах, чем-то обязанные ей, журналисты, сотрудники телевидения, тесно работавшие с ней еще при «Атомик масс».

— Боже, Ровена! Как ты? Где ты так долго, черт побери, пропадала? — спрашивал Джек Флемминг из «Роллинг стоун».

— «Блэк айс»? Да, они будут играть, — сказал Джо Моретти. — Они стоят в программе. Да, с удовольствием. Когда ты, кстати, заскочишь?

— Я сделаю все, что смогу, — пообещал Пит Мейер из Эм-ти-ви. — Хорошо, что ты вернулась.

На ленч Джоан заказала им пиццу и диет-коку. Ровена позвонила Джону и перечислила все радиостанции и газеты, охваченные ею на этот час.

— Не могу поверить. Как, черт побери, тебе удалось? — изумился он.

— О, это только начало. Ну а теперь — сколько ты выделишь мне денег на рекламу?

— На рекламу? А разве это не работа «Мьюзика»?

— Все зависит от твоего желания. Если хочешь продать несколько альбомов, то все в порядке. Если хочешь раскрутить фильм…

— Сколько тебе нужно? — спросил Джон, потрясенный оживленной деловитостью ее тона. Она звонила ему по личному телефону, но вся была в деле.

Боже мой, мы только сегодня утром на берегу занимались любовью.

Она назвала цифру.

— О'кей, — согласился он, — фильм стартует через две недели после выхода песни. Как думаешь, сможешь сделать настоящее паблисити?

— Кое-что уже крутится в голове, но мне нужны деньги, — сказала Ровена.

— Хорошо, Ровена. Они у тебя есть. Удиви меня.

— Удивлю, — пообещала она.

В тот же день Ровена дала Джоан второй список, в нем были имена директоров программ, редакторов, на которых она не могла положиться лично, но они сохраняли к ней дружеские чувства. И суть заключалась в том, чтобы потратить как можно меньше денег, а купить побольше. Она хорошо понимала — следует обращаться в журналы с большими тиражами и на станции с широкой аудиторией. Их влияние — главное в деле. Этому ее научила работа с Майклом Кребсом.

Ровена знала все о фильме «Мое сердце принадлежит Далласу». Современный сентиментальный рассказ о женщине, разрывавшейся между техасским адвокатом, любовью всей жизни, и доктором, усыновившим ее ребенка, для которого он мог стать прекрасным отцом. И героиня выбирает доктора ради мальчика, а чуть позже с удивлением понимает — она влюблена в этого мужчину.

Ровена считала, что фильм ничего себе. Конечно, «Метрополис» ожидал чего-то более драматического, претендующего на «Оскара». Или сексуальную комедию с несколькими сценами, выжимающими слезу.

В общем-то всем, кому нравятся картины про то, как Гарри встретил Салли, эта тоже придется по вкусу, так думала Ровена. Но ребята, занимающиеся маркетингом в «Метрополисе», представляли ее как классическую слезливую вещь типа «Крамер против Крамера».

Она ни слова не сказала. Фильмы — дело Джона, не ее. Если бы он вздумал давать ей советы во время работы с «Атомик масс», она бы просто наорала на него и выгнала.