Антикварная книга от А до Я, или пособие для коллекционеров и антикваров, а также для всех любителей старинных книг - Петр Александрович Дружинин

котором сидел преступник и сотрудники МУРа; каждый, кто купил некогда «Борины книги», давал отчет в своих действиях, а ситуация была такой, что похититель сильно поднапряг свою память. К чести следственных органов нужно сказать, что им удалось даже вернуть около двух тысяч томов.

Но история эта наделала столько шума, как в прессе, так и в антикварном мире, что именно с 1996 года серьезным образом изменилось отношение к книгам с любыми штампами. Впрочем, через несколько лет все вернулось на круги своя.

Еще более удивительный случай – когда 11 декабря 1994 года из Публичной библиотеки ночью через окно вышли на свет драгоценные еврейские рукописи коллекции Абрама Фирковича, еще в XIX веке описанные и всему ученому миру известные. Оценка утраченного простиралась до 140 миллионов долларов. У коллег, кто услышал об этом (а услышали все), был только один вопрос: зачем?! Конечно, довольно быстро нашлись и рукописи, и виновник торжества.

В последние годы заполонили рынок великолепные экземпляры из библиотеки князей Воронцовых в Алупке, частью эти книги вовсе без штампов, зато с автографами посвящений Елизавете Ксаверьевне, Семену Романовичу, Михаилу Семеновичу Воронцовым… Эти книги чудом уцелели: пережили события 1917 года и Гражданской войны, оккупацию Крыма в 1941–1944… Новое время вынесло им свой приговор.

Были в истории книжного собирательства и анекдотические происшествия. Так, вице-президент Академии педагогических наук, знаменитый коллекционер А. И. Маркушевич под конец жизни нащупал «золотую жилу», благодаря разработке которой его собрание инкунабулов и памятников европейской печати, о котором мы уже упоминали, стало пополняться уникальными изданиями… Собиратель настолько вошел во вкус, что совершенно не задумывался (или не хотел задумываться) о происхождении шедевров, приходивших к нему через помощника, бывшего сотрудника архива. Но в конце концов стало ясно, что к нему домой постепенно переезжает фонд трофейных немецких книг из Любекской библиотеки, которые «отлеживались» в ЦГАДА, «с печатями размером с куриное яйцо», как написала потом пресса (но не печатями ЦГАДА, а печатями библиотеки города Любека; книги эти хранились в спецхране и не выдавались исследователям). От рукописей Маркушевич старался отказываться, но когда перед ним оказался подлинник Столбовского мирного договора 1617 года между Россией и Швецией – он его купил…

На этом их приняло к себе Министерство добра и правды. Вот тогда и выяснилось, что главным покупателем черных архивистов был А. И. Маркушевич. Тот, конечно же, делал вид, что ничего не подозревал, покупая книги одну лучше другой – все с немецкими штампами, и его тогда не привлекли «по всей строгости закона» (поставщик его получил 8 лет). Впрочем, Маркушевич понес намного более страшное для коллекционера наказание: чтобы замять этот скандал, он не только вернул все покупки в ЦГАДА, но и подарил лучшее в СССР частное собрание произведений ранней европейской печати в Библиотеку имени Ленина. Жизнь была кончена, он почти сразу после этого умер.

Некоторые громкие дела наделали много шума, но не восполнили утрат. Например, в 1994 году произошла громкая кража рукописей в Центральном государственном историческом архиве в городе Ленина: были похищены около четырех с половиной тысяч листов документов с автографами русских императоров и императриц – указы Капитулу российских орденов о награждении разных лиц «за собственноручным подписанием» августейших особ и прочие бумаги с высочайшими рукоприкладствами. Утрата была обнаружена сотрудниками архива в 1995 году, а в 1996‐м милиция сумела «найти и обезвредить» главного организатора кражи – бывшего сотрудника РГИА, антиквара В. М. Файнберга; благодаря СМИ имя его стало известно всей стране, что, впрочем, не помешало преступнику уехать за границу и избежать наказания. Но рукописи – возвращены лишь частично, и указы с автографами императоров гуляют до сих пор на антикварном рынке не только России, но и по всему миру.

И хотя подобные рескрипты встречались ранее на рынке и в частных коллекциях, документы из РГИА опознать очень легко по специфическим признакам. Доходило даже до того, что в середине 1990-х, еще до скандала, в Петербурге предлагались «полные комплекты» автографов русских императоров из этого живоносного источника – от Петра I до Николая II. Почему эти листы до сих пор встречаются в продаже и беспрепятственно выставляются на европейских аукционах – не слишком понятно.

Или же случай в другой национальной сокровищнице. Может быть, тем, кто не в курсе специфики вопроса, надо пояснить, что многие особо ценные документы или редкие книги в государственных архивах и библиотеках начиная с 1970‐х годов активно переснимались на так называемые микрофильмы (в действительности это диафильмы, как были у некоторых в детстве). После копирования подлинный документ уже не выдавался в читальный зал, а выдавалась только микрофильмированная копия. Даже более, иногда оригиналы скопированных архивных дел вывозились в «дальние» хранилища. Так скопировано множество дел в федеральных архивах, так скопированы уникальные экземпляры из библиотеки Н. П. Смирнова-Сокольского в бывшей Библиотеке имени Ленина, а оригиналы не выдаются (исключение составляют только те книги из его коллекции, которые находятся в специальном сейфовом хранилище Музея книги РГБ).

Но иногда оригиналы все-таки требовалось достать на свет. Это происходило при подготовке выставок либо при работе редакторов собраний сочинений русских писателей непосредственно с творческими рукописями. Например, те же рукописи А. С. Пушкина в Пушкинском Доме, согласно древнего решения Президиума Академии наук СССР, могут быть выданы лишь редакторам полного собрания сочинений поэта – и правило о таком исключительном доступе соблюдается неуклонно.

Несколько лет назад редакторы сочинений Александра Блока все-таки добились того, чтобы в Российском государственном архиве литературы и искусства им начали выдавать для сверки подлинные рукописи Блока. «Начали выдавать» – это эвфемизм, потому что некоторых самых известных и наиболее важных рукописей поэта попросту не оказалось на месте. Как? Да вот так! В папке лежали ксерокопии. Но поскольку несколько десятилетий рукописи читались по микрофильмам, не осталось даже возможности установить, куда что делось. И если это хищение удалось выявить, то сколько не удалось?

Или же удивительное наблюдение из того же угла: 27 ноября 2008 года на аукционе Christie’s продалась фотография А. П. Чехова, подаренная писателем Марии Малкиель 5 мая 1899 года, цена 8 тысяч фунтов. В описании, правда, автограф был не разобран и даже дата указана ошибочно, как 1889, хотя по фото мы видим оригинальный текст. Если же мы посмотрим в Полное собрание сочинений Чехова, то эта фотография Чехова с автографом как раз там впервые опубликована (т. 30, № 222), однако местом хранения указан ЦГАЛИ. Любопытно посмотреть, что же сейчас в архивном деле.

С печатными книгами – всяко сложнее, нежели с рукописями. Ведь они