Из России, с любовью... - Даша Романенкова

двое его подчиненных провернули у него за спиной махинацию века, если не тысячелетия. Велес даже припомнил, как пару лет назад к нему в кабинет ввалился бледный, впрочем, он всегда бледный, Кощей, с воплями:

— Шеф, всё пропало! Срочно подпиши!

— Да что у тебя там пропало? — устало отозвался Велес, занятый квартальным отчетом.

— Нет времени объяснять, просто подпиши!

Он и подписал. И вот теперь подняв архивы выяснилось, что подписал он ни много ни мало, а разрешение на перенос души. Практика не то чтобы распространённая, но всё же известная. Вот только очень редко реципиенту сохраняли память. Если бы эта бумага пошла по всем инстанциям, то последняя в Роду Кощея, безусловно бы выжила, но не помнила бы себя.

Сгоряча Перун чуть было не испепелил вызванного на ковер Кощея, но его сумели удержать от необдуманного поступка. Бессмертного и Ягу приперли к стенке, и те покаялись, что ситуация была критическая.

Вызвали на допрос и саму Долохову, что едва вновь не оправилась в Навь, но уже на ПМЖ, при виде самого Перуна. Девушку откачали и поставили в один строй с Кощеем и Ягой. Хорс и вовсе ей подмигнул, давая понять, что не всё так критично.

Долохова собралась с духом и подняла глаза на всё честное собрание. Вопросов было много, и она отвечала, показывала воспоминания, клялась и своей силой и своей кровью. Боги мрачнели: они начинали понимать, что навские сыграли на опережение. Ведь пока бы запрос Кощея прошел все инстанции, время было бы упущено.

Перун был в ярости, мелкие молнии разлетались по всему Чертогу, сами собой наводясь на всех присутствующих. Если Боги от них просто отмахивались, то Долоховой оставалось только уповать на милость Верховного Божества. Когда Перун всё же заметил тихо молящуюся на коленях девушку, то поумерил пыл. Она уж точно ни в чём не виновата.

— Вот, как-то так… — закончил свой рассказ Васька, виновато поглядывая на Хель.

— Ничего себе на каникулы слетали… — пробормотал Драко.

— А дальше-то что будет? — задал насущный вопрос Гарри.

— Не знаю, — пожала плечами Хель. — Сказали рысью на остров и сидеть ниже травы, тише воды.

— Ох, как я в этом сомневаюсь… — тихо пробормотала Нарцисса, но её расслышала только Андромеда.

Им всё же удалось выставить молодежь из особняка и спуститься в темницу, где уже перестал бушевать Сириус. Сестры небезосновательно опасались за свои жизни, ведь они ни много ни мало, а подняли руку на своего Лорда. Впрочем, успокаивало их то, что они не желали вреда, а лишь хотели остановить Сириуса от необдуманного поступка.

Лорд Блэк уже успел к тому времени остыть, взять под контроль собственную ярость и размышлять спокойно. Он не только опознал в питомце Уизли предателя, но и заметил дату. Буквально через неделю, как его официально оправдали. Попади этот выпуск ему в руки тогда… Сириус честно признавал, что за последствия он не ручался. Если его спустя полгода и спецкурс терапии так накрыло, то что бы произошло летом?

Услышав тихие шаги кузин, Сириус грустно улыбнулся. Только они и не отвернулись от него, и как он не понимал этого раньше? Как мог променять, пусть и таких строгих, желчных, но всё же ярких родичей на шайку Дамблдора? И ведь не только он… Джеймс, Френк, близнецы Прюэтты… Ладно он сам вечный бунтарь, но как молодые отцы Поттер и Лонгботтом согласились на эту дурь?

Да, именно дурь. Спустя столько лет Сириус мог критично смотреть на свои прошлые поступки, и признавал свои же ошибки. Его друзья и сами были ещё детьми, когда стали родителями. Для них это была увлекательная, опасная игра, которую они проиграли… За своими размышлениями Лорд Блэк и не заметил, что в камере он уже давно не один.

Нарцисса и Андромеда напряженно застыли в тени прохода, наблюдая, как к боку их кузена привалилась огромная адская гончая. Гримм, а это без сомнения был именно он, с радостью подставлял голову под руку Сириуса, прося ласки.

— Это правда Гримм? — тихо прошептала Нарцисса.

Андромеда не успела ответить, как вестник смерти уже приблизился к ним, раздувая широкие ноздри. Сириус с усмешкой наблюдал за откровенным ужасом сестёр, вокруг которых кружил Хранитель Рода. Пёс, убедившись, что тут все свои, коротко рыкнул и степенно пошел вверх по лестнице.

— А я говорил, что видел его… — голос Сириуса был равнодушен, но синие глаза смеялись, — ещё в детстве, мы с Регом играли с ним в саду.

— Он… Он вернулся? — потрясённо прошептала Андромеда, всё ещё не веря в происходящее.

— Он никуда не уходил, — покачал головой Сириус. — Просто вы сами перестали его замечать.

* * *

Вернувшиеся поздно вечером подростки застали удивительную картину. Старшие поколение и присоединившийся к ним Люциус тихо переговаривались у камина. А на коврике, почти засунув морду в камин, дремала адская гончая. Но и это было не самым странным. Под боком у адского пса мирно свернулся калачиком Васька.

Только спустя пару мгновений подростки поняли: в старом и мрачном доме Блэков снова стало тепло…

Глава 40

Поспешный отъезд Долоховой нарушил планы троицы друзей, и теперь Поляков рассеяно оглядывал парней, размышляя, чем им заняться. Сокол девушки принес ему короткую записку с извинениями и предложением продолжить общение почтой. Финист не собирался никуда улетать, значит, ответ обязателен.

— Ну, чего ты мнешься, как выпускница Смольного? — не выдержал терзаний друга Захаров. — Напиши, что всё нормально, просто перенесём планы на лето.

— Действительно, Лёх… — поддержал друга Лисов. — Чего ты тормозишь на ровном месте?

— Да это я ей уже написал! — Возмутился Поляков.

Последние полчаса он нарезал круги по гостиной, собираясь что-то сказать, но всё никак не мог собраться с духом. С самой первой встречи с этой девчонкой, с ним творится что-то непонятное, словно наваждение какое-то. Он уже и к целителям обращался, но их диагноз его категорически не устраивал.

— Она мне снится, — тихо признал Поляков.

Он был готов услышать ржач своих друзей но, к его удивлению, они молчали.

— И что снится? — спросил Лисов. — Ну, кроме того, что обычно снится всем нам.

— Придурок! — рявкнул Лёха, стремительно оборачиваясь на своих друзей.

Сашка удобно растекся по широкому креслу и раздражал друзей щелчками Зиппы. Захаров стоял у окна, изредка поглядывая в книгу, что принес с собой.