Салфур: Тайны Запретного Леса - Анастасия Бегерус

сквозь слезы закричала Арин, глаза ее горели от слез, а по всему телу проходила дрожь.

— Вот что случается с теми, кто противится воле величайшей из рас! — громогласно расхохотавшись, воскликнула Агнесса. — Тебе должно быть стыдно. Твой друг пожертвовал собственной жизнью ради твоей жалкой душонки, но сейчас и ты отправишься к нему!

Бран видел, как руки Девина беспомощно повисли вдоль его крепкого тела, как силы покидали друга, оставляя только опустошенную оболочку. Его тело стало наполняться той ожесточенной энергией, которую он почувствовал тогда, в домике на отшибе леса, когда лишил Аву одной из личностей. Юноша молча поднялся, аккуратно переложив обездвиженное тело Девина на пожухлую, выжженную траву. Его мышцы горели, сердце учащенно билось, а в светло-серых глазах появился по-настоящему хищный огонек.

— Не прощу! Не прощу! — выкрикнул он так громко, что небольшая стая птиц, сидевшая на кронах иссушенных деревьев, с гулкими хлопками маленьких крылышек взлетела в воздух. — Сдохните!

Триша подлетела к мальчику, стараясь нанести тому последний удар, но была отброшена обратно. Вокруг Брана образовался сильный энергетический купол, что высвободил всю свою силу.

— Что-то не так. В кулоне заключены души, — ошарашенно глядя на советниц, проговорила Триша. — Сильные души.

Бран вновь медленно шествовал к центру Тойстрига, а затем сорвался на бег в сторону Триши.

— Ива, Дое, прошу, помогите мне! — воскликнул он и, приблизившись к Трише, вонзил кулон прямо ей между ребер.

Последние капли духовной энергии высвободились наружу, порвав тело феи на мелкие кусочки, которые разлетелись по всей округе. Триша успела вскрикнуть, и ее мышцы огромными кровавыми кусками оросили кровью все пространство. Глаза вывалились из орбит и покатились в сторону связанных пленниц — алые, огромные и безжизненные.

Кулон ярко заморгал, а затем потух, словно души Ивы и Дое окончательно покинули эту бренную землю.

— Триша! Нет! — вскрикнула Долорес.

Подлетев вплотную к юноше, фея стала наносить удар за ударом, будто стараясь порвать его, растерзать, уничтожить. Бран кричал. Все было кончено. Энергии в кулоне не осталось, а физически фей нельзя было побороть. «Вот так я и умру?» — подумал юноша, приземляясь от очередного удара Долорес.

— Боже! Кто-нибудь, прошу, помогите! — пронзительно воскликнула Ниса, вырываясь из пут.

Еще пару минут Долорес, словно кошка, играющая со своей добычей, наносила Брану удары, но, соизмеряя силы так, чтобы тот не мог отключиться, а всем своим телом ощущал приближающуюся смерть.

Агнесса хохотала, словно присутствовала на самом интригующем представлении в ее жизни. Юноша должен был умереть прямо на ее глазах, она была одухотворена очередной победой.

— Забери кулон! — воскликнула она, обращаясь к Долорес.

Та поспешила исполнить ее просьбу и резким рывком вырвала кулон из обессилевших рук окровавленного юноши.

— Он у меня, — довольная собой, воскликнула она. — А сейчас, с вашего позволения, я нанесу завершающий удар!

— Позволяю, — небрежно бросила Агнесса и взлетела над землей, чтобы как следует рассмотреть происходящее.

Кровь во рту Брана булькала, сердце замедляло свой ход, а душа будто бы замерла в теле, когда Долорес, подняв свою огромную лапу, замахнулась на него.

«Вот и конец. Простите меня, Ниса и Арин», — подумал мальчик и мирно закрыв глаза, приготовился умереть. Но ни через пару секунд, ни через минуту удар так и не последовал. Он со страхом открыл глаза и обнаружил, как центр Тойстрига буквально искрится синеватой энергией, как феи со страхом отходят от его обездвиженного тела и с праведным ужасом взирают куда-то вдаль.

— Мистер, поднимайтесь! — послышался тонкий голосок, и среди поваленных деревьев Бран смог разглядеть силуэт малышки Руми. — Мы задержим их, насколько сможем!

Бран поднялся на локтях и увидел, как сотни мерцающих духов направились в сторону Долорес. Они рвали ее тело на куски, отчего та, крича во все горло и умоляя о пощаде, вздрагивала и корчилась.

— Долорес! — закричала Лиана и, подлетев к ней, стала кружить, подобно птице. — Маленькие уродцы, я не вижу вас, покажитесь! Агнесса, сделай что-нибудь!

— Я… я… — со страхом в голосе сказала Агнесса, а затем опомнилась и стала вновь собирать в ладонях шар порочной энергии.

— Бегите! — воскликнул Тревор путникам, отрывая от тела Долорес очередной кусок окровавленной плоти. — Наших сил не хватит надолго!

Бран лишь кивнул и, подхватив Девина под руки, поволок его к девочкам. Пока духи вели ожесточенную битву с феями, мальчик так быстро, как только мог, освобождал подруг.

— Бран, что… — сказала Ниса.

Но он тут же осек ее.

— У нас мало времени, все потом!

Освободив девочек из пут канатных веревок, он с их посильной помощью вновь подхватил друга под руки и, как мог, побежал в неизвестном направлении по запретному лесу. Туда, где они прежде никогда не бывали. В темную, тенистую чащу, где, возможно, их ждали новые разочарования.

Глава 30

— Он дышит? — со страхом в надломившемся голосе спросила Арин, обращаясь к Брану.

— Да, но слабо, — ответил юноша.

Путники отошли от Тойстрига довольно далеко. Страх потихоньку угасал в их сердцах, давая место моральному опустошению. Девин был без сознания. Духи Снодина, возможно, погибли, защищая их жизни. У ребят не было предположений, что следует делать дальше.

Тьма окутала Салфур, а ароматы деревни фей испарились и слились с запахом еловых шишек. У друзей не было ничего: ни еды, ни питья, ни даже места более-менее удобного для ночлега. Вокруг только высокие старые деревья, вой осеннего ветра и душераздирающая темнота, к которой подростки должны были привыкнуть, но сейчас, когда на их руках была ответственность за столькие унесенные лесом жизни, ночь казалась намного страшнее, чем была на самом деле.

— Думаю, спать мы не будем. Не сможем, — с грустным вздохом сказала Ниса и, погладив Девина по голове, замолкла.

Арин притронулась к юноше рукой. Казалось, он стал холоднее и бледнее, чем был раньше. Но прерывистое дыхание говорило о том, что он все еще жив.

— Прошу тебя, Девин, открой глаза, — глухо стонала рыжекудрая девочка, — Ты нужен мне. Нужен нам всем.

Но ответа не было, как и движений. Подобно восковой кукле, юноша продолжал безмолвно лежать на пожелтевшей траве.

— Что будем делать дальше? — обратившись к Брану, спросила Ниса.

— Я не знаю. Все так ужасно, — пространно глядя куда-то вдаль, сказал Бран. — Если бы я не стоял на месте, если бы отпрыгнул вовремя, этого не случилось бы.

— Прекрати винить себя, это не приведет ни к чему хорошему.

Бран вдруг вспомнил могучего странного сатира, что когда-то пришел ему на помощь. Можно было предположить, что он со злым умыслом привел детей