И грянул гром… (Том 4-й дополнительный) - Вашингтон Ирвинг

Когда астероид попал в корабль, разрушив его на части, сознание Муэра выключилось, как выключается свет; сколько времени он находился в таком состоянии — неизвестно: его часы разбились, а других нигде не было. Когда он очнулся, оказалось, что единственными обитателями оставшегося от «Серебряной Королевы» обломка были он сам, его сосед по комнате Марк Брэндон и член экипажа Майк Шей.

Теперь этот обломок болтался на орбите вокруг Весты. Пока что они не испытывали особых неудобств. Запасов пищи хватит на неделю. Под отсеком имеется автономный гравитатор, устраняющий невесомость, — он, пожалуй, поработает какое-то время — вероятно, дольше, чем иссякнет запас воздуха. Система освещения не совсем в порядке, но пока что тянет.

Однако самое главное в другом. Воздух кончится через три дня! Конечно, есть и другие неприятные факторы. Не работает система отопления (хотя это почувствуется не скоро, когда корабль полностью отдаст свое тепло в безвоздушность космического пространства). Гораздо хуже то, что в их отсеке нет ни средств связи, ни пускового устройства. Муэр вздохнул: один ракетный двигатель в рабочем состоянии был бы для них спасением — одна струя газов в нужном направлении выбросила бы их обломок прямо на Весту.

Складка между бровями стала глубже. Что делать? На троих у них имеется один космический скафандр, один тепловой луч-пистолет и один детонатор. Это все, чем они располагали после крушения корабля. Прямо скажем, похвастаться нечем.

Муэр повел плечами, встал и налил себе стакан воды. Все еще погруженный в свои мысли, он машинально глотал, и вдруг в голове у него что-то мелькнуло. Он с интересом посмотрел на пустой стакан, который держал в руке.

— Майк, послушайте, — сказал он, — а какой у нас запас воды? Странно, что я об этом раньше не подумал.

Глаза Майка выразили глубочайшую степень удивления:

— А ты разве не знал, босс?

— Чего не знал? — с нетерпением переспросил Муэр.

— Да у нас вся вода, что была. — Он сделал руками жест, красноречиво свидетельствующий о ее большом количестве.

Выражение лица Муэра не переменилось, и ему пришлось пояснить:

— Не понял? У нас остался главный бак, где хранился запас воды для всего корабля. — И он показал на одну из стен.

— То есть вы хотите сказать, что к нашему отсеку примыкает бак с водой?

Майк энергично кивнул:

— Точно! Посудина в каждую сторону по сто футов. И на три четверти полнехонька, да.

Муэр был поражен:

— Семьсот пятьдесят тысяч кубических футов воды! — И вдруг вопрос: — А что же она не вытекла, ведь трубы повреждены?

— У ней только одна главная выпускная труба, которая проходит по коридору как раз снаружи этой комнаты. Я ее чинил, когда на нас налетел астероид, ну я, конечно, перекрыл ее. Когда очухался, открыл трубу, что ведет к нашему крану, так что теперь это единственное место, откуда вода вытекает.

— Вот как.

Где-то глубоко в душе у Муэра шевелилось странное чувство. Мысль, наполовину сформированная в тайниках мозга, никак не могла выбраться на свет божий. Муэр понимал только, что услышанное им содержит какой-то важный смысл, но пока не мог определить точно, какой именно.

Брэндон, все это время молча прислушивавшийся к словам Майка Шея, вдруг издал короткий звук, весьма отдаленно напоминавший смех.

— Судьба как будто все собрала, чтобы поиздеваться над нами. Сначала она помещает нас в точку, откуда до места спасения рукой подать, но предусмотрительно лишает нас способа добраться до этого места. Потом она снабжает нас пищей на неделю, воздухом на три дня и водой — на ГОД. Слышите? Годовой запас воды — на все хватит: пить, рот полоскать, мыться, стирать, принимать ванны — лей вволю! Вода — вода, черт ее побери!

— О Марк, посмотрите на это под другим углом, — сказал Муэр, пытаясь преодолеть меланхолию младшего сотоварища. — Думайте, будто мы спутник Весты (каковым мы являемся в действительности). Мы имеем собственный период обращения и вращения. У нас есть ось и экватор. Наш «северный полюс» находится где-то над иллюминатором и смотрит на Весту, а наш «южный полюс» проходит под баком с водой и направлен от Весты — примерно так. И далее в таком духе: будучи спутником, мы обладаем атмосферой, а теперь у нас появился и вновь открытый океан. Так что, как видите, нам не так уж плохо. Наша атмосфера протянет еще три дня, есть мы можем двойные порции, а пить столько, что можно насквозь водой пропитаться. Да, воды у нас хватит, чтобы выбросить… — Мысль, сформировавшаяся только наполовину, вдруг обрела полную зрелость и была поймана. Рука, сделавшая небрежное движение, которым сопровождалась его последняя ремарка, застыла в воздухе. Рот закрылся на полуслове, голова дернулась вверх.

Но Брэндон, погруженный в собственные мысли, не заметил странных движений Муэра.

— Что же вы не продолжаете? Заканчивайте же свое сравнение со спутником. — Он усмехнулся. — А может быть, вы, как профессиональный оптимист, игнорируете любые факты, которые расходятся с вашими утверждениями? На вашем месте я закончил бы свою тираду так. — И он сказал голосом Муэра: — Данный спутник в настоящее время пригоден для обитания и обитаем, но вследствие приближения истощения его атмосферы, как вскоре ожидается, жизнь на нем прекратится. Почему вы не отвечаете? Почему вы упорно продолжаете делать из случившегося шутку? Вы что, не видите… ЧТО С ВАМИ?!

Это удивленное восклицание сорвалось — и не могло не сорваться — у Брэндона в ответ на более чем странное поведение Муэра.

Он вдруг встал с койки, стукнул себя по лбу, после чего молча застыл на месте, вперив сощуренные глаза куда-то в пространство. Брэндон и Майк Шей наблюдали за ним с изумлением, не произнося ни слова.

Муэр внезапно воскликнул:

— Ага! Понял! Почему я не додумался до этого раньше? — его возгласы постепенно сменились неразборчивым бормотанием.

С понимающим видом Майк вытащил бутылку джэбры, но Муэр нетерпеливо отмахнулся.

И тогда Брэндон без всякого предупреждения внезапно размахнулся правой рукой и нанес изумленному Муэру сильный удар в челюсть, так что тот не удержался на ногах и упал.

Муэр застонал, стал растирать лицо.

— За что вы меня так? — спросил он протестующе.

— Встаньте, и я повторю! — выкрикнул Брэндон. — Не могу больше этого выносить. Я по горло сыт вашими проповедями. Не желаю больше слушать вашу бодряческую болтовню. Это вы сейчас свихнетесь!

— Свихнусь? Ничего подобного. Просто я слишком взволнован. Прошу вас, послушайте меня. Мне кажется, я нашел способ…