Изабель - Гай Кей

Она отчасти привыкла к лишениям, но ей также не чужда страсть. Когда она увидела их обоих в Антремоне, когда явилась на призыв, в ней вспыхнули желание, страсть, воспоминания.

Конечно, она бы им этого не показала.

Еще рано, а после — только одному из них. Но эти чувства сейчас в ней, и пока она лежит без сна, наблюдая, как звезды плывут через открытое пространство на юг, словно в окне, она до боли ясно их сознает, как и прожитые и потерянные жизни.

И тех двоих, которые где-то там ее разыскивают.

Она не совсем понимает, почему сказала «три дня». В этом не было необходимости. Жесткое зернышко страха затаилось внутри: есть вероятность, что они не найдут ее вовремя. Она понимает, что, придя сейчас в это выбранное ею место, она не пойдет дальше, не облегчит им задачу, и себе тоже.

Если один из них достаточно сильно в ней нуждается, он придет сюда.

Меган Марринер, не выказывая никаких признаков усталости, отвезла Грега в больницу на рассвете. Вчера вечером она сказала, что сделает это, и не в ее правилах было отступать. Стив отвез их на микроавтобусе.

Кейт, которую после завтрака ввели в курс дела, сидела за кухонным столом над записями Мелани и собранными ею путеводителями. Нед за компьютером шарил по «Гуглу» так быстро, как только позволяла скорость набора и просмотра. Он спал около трех часов и держался только на адреналине, понимая, что в какой-то момент может просто рухнуть.

Они искали подсказки, основываясь на том, что поняла мать Неда у барьера для машин прошлой ночью. Кейт побледнела, когда проснулась утром, и у нее спросили об этом. Но она помнила эти слова, так же, как и Нед. Там, в Антремоне, ставя перед двумя мужчинами задачу найти ее, Изабель говорила не просто об убийстве.

Она сказала, что проигравший будет принесен в жертву.

Им больше не на что было опереться. Приходилось считать это тем, что им так необходимо: подсказкой о том, что может произойти.

Нед напечатал другую комбинацию поиска: «Кельты + Прованс + места жертвоприношений». И начал находить сведения о феях, о волшебных холмах и даже о драконах. Драконы. Не слишком полезные сведения, хотя, сидя на этом месте, он был гораздо меньше склонен отмахнуться от всего этого, чем неделю назад.

В Интернете и правда слишком много мусора. Личные страницы, сайты виккан, блоги путешествий. Сведения о колдуньях и феях, народные верования времен Средневековья. Он пропустил все это.

В еще более далеком прошлом, кажется, кельты объединили своих богов с римскими. Правильно. Побежденный народ, что им еще оставалось делать? Но только они верили в человеческие жертвоприношения. И поклонялись черепам. Они подвешивали жертвы на деревья, прочитал он — толку от этого было немного. Деревья растут повсюду.

Они совершали свои обряды на холмах, на возвышенностях — это более полезные сведения, но не намного. Антремон был именно таким местом, но они уже вернулись оттуда, и Нед был уверен, что Изабель не вернется туда, где ее призвали. Имелась еще другая разрушенная крепость — Рокпертюз, по дороге на Арль, — но Ким и Кейт вчера ездили туда.

Он «кликал», печатал и прокручивал тексты. Богини земли, связанные с водой, ручьями, прудами, — Нед побывал возле одного из них, и Кадел тоже, в Глануме. Ничего. Богини ассоциируются с лесами — по-видимому, все божества с ними ассоциируются.

Какой им от этого толк?

Он нашел другой сайт, прочел:

«Они обычно начинали с человеческого жертвоприношения, применяли меч, копье, серповидный нож, ритуальное повешение, сажание на кол, расчленение, вспарывание живота, утопление, сжигание, погребение заживо…»

Он покачал головой, отвел глаза от экрана и оглянулся через плечо. Кейт разложила вокруг себя на столе заметки Мелани и книги и старательно писала, как студентка на лекции за преподавателем. Нед снова повернулся к компьютеру.

Кажется, римлян все это шокировало и возмущало. Они запретили человеческие жертвоприношения. Конечно, подумал Нед, римляне, которые сами были такими мягкими и добрыми.

Он попробовал еще одно сочетание слов, нашел другой сайт. Прочел: «Кельтский «оппидум» был, наверное, так же отвратителен, как деревни даяков или дикарей с Соломоновых островов. Повсюду торчали пики, увенчанные головами, а стены домов были ими украшены. Посейдоний рассказывает, что это зрелище вызывало у него тошноту, но постепенно он к нему привык…»

Он не знал, кто такие даяки. Антремон был «оппидумом». Это слово означало просто крепость на холме. Они опять вернулись к ним. Он посмотрел на верх страницы в поисках источника. Какой-то англичанин, в 1911 году. Ну, что он может знать? Чашка чая с оттопыренным мизинцем и мнение о том, что было две тысячи лет назад.

Нед выругался и сдался. Это не его область, он нервничает, и у него такое чувство, что это ни к чему не приведет. Он со скрежетом отодвинул стул назад и вышел на террасу. Там сидели его отец и дядя, на маленьком столике стояли кружки с кофе.

Отец поднял глаза. Он казался измученным.

— Ну?

— Я зря трачу время, там слишком много всего. То есть они именно это делали — приносили жертвы. Так что это могло происходить где угодно.

Дядя вздохнул.

— Да, Ким тоже так думает. Сделай себе кофе, ты, наверное, устал за утро.

Нед покачал головой.

— Со мной все в порядке, я просто хочу куда-нибудь двинуться.

— Нужно решить, куда именно, тебе не кажется?

Стеклянная дверь открылась.

— Ладно, — сказала Кейт Уэнджер. — Вот что я думаю. Нет смысла проверять все места обитания кельтов по книгам.

— Расскажи мне об этом, — сказал Нед.

— Я и рассказываю, слушай. Если мы правы, все это задание «найди меня» вместо поединка возникло потому, что Мелани находится внутри Изабель, так?

— Я все еще не понимаю, как это возможно, — произнес Эдвард Марринер.

— Возможно, — возразил дядя Дейв. — Продолжай, Кейт.

Кейт прикусила губу.

— Прекрасно. Я хочу сказать, что если поиски происходят из-за Мелани, тогда единственное, что нам остается, — это сосредоточиться на тех местах, о которых знает она. Как о местах жертвоприношений кельтов. Правильно?

Все трое переглянулись.

— «Гугл» мне не друг? — спросил Нед.

Никто не рассмеялся.

— Только если Мелани нашла в «Гугле» что-то и записала это. Вот что я думаю, — сказала Кейт.

Она опять надела его фуфайку Мак-Гилла, поверх рубашки брата и джинсов.

Отец Неда кивал головой.

— Хорошо, Кейт. Это дает нам логику рассуждений.

— А им была присуща логика? — спросил дядя Дейв.