Наследие Дерини - Кэтрин Куртц

Джорем лишь покачал головой и устало потер лоб.

— Кверон, я не хочу даже думать о такой возможности, — произнес он чуть слышно. — И не хочу думать о том, что может случиться с тобой. Конечно, с того самого дня, как мы узнали, что королева вновь в тягости, нашей основной задачей стало подготовить все для попытки переворота, который вернул бы власть в королевстве Райсу-Майклу. Но не следует забывать и о том, что все эти шесть лет мы с тобой не просто следили за благополучием династии Халдейнов…

Кверон с улыбкой потрепал Джорема по руке.

— Ты замечательный сын и брат, Джорем, — произнес он негромко. — Для человека, который наотрез отрицает святость своего отца, ты проявляешь поразительную веру в него. Впрочем, не бойся, я не стану делать глупостей. Я прекрасно сознаю, что вне зависимости от того, удастся ли нам на сей раз помочь Халдейнам, для Дерини, в общем-то, ничего не изменится. Если же возродить жизнеспособный культ святого Камбера, то это может дать нашему народу надежду на долгие годы вперед, и, таким образом, рано или поздно Дерини все же сумеют отвоевать себе равные права с людьми.

— По правде сказать, я бы не отказался от небольшой помощи со стороны святого Камбера в нашей затее, — пробормотал Джорем. — К несчастью, похоже, он сам решает, где и когда ему появляться. — Он насмешливо изогнул бровь. — Отец всегда был себе на уме.

— Как и ты сам. — Кверон улыбнулся. — И как твоя сестра. Будем надеяться, что сын ее не унаследовал материнское упрямство и в точности исполнит все, что я ему скажу. Впрочем, наверное, мне лучше бы связаться с Джессом и Анселем и предупредить их, чтобы держали малыша Тиега на коротком поводке.

Джорем наконец позволил себе намек на улыбку.

— Ладно, займись этим, а я пока сделаю все необходимые приготовления в убежище. Камлин придет тебя сменить, когда ты закончишь.

Тем временем, далеко на юге архиепископ Хьюберт Мак-Иннис наконец получил известия, с которыми уже давно ознакомился Джорем и его близкие. Монах Custodes по имени брат Фабий прибыл в столицу Гвиннеда на закате и принес вести столь ужасающие, что Хьюберт с трудом мог поверить собственным ушам. Они с отцом Секоримом, который был настоятелем ремутского собора, как раз навещали хворающего архиепископа Орисса, когда к ним привели утомленного с дороги монаха.

— Димитрий убил Альберта? — шепотом повторил Хьюберт, когда посланец выпалил основные новости. — А Полин на пороге смерти?

Секорим принялся расспрашивать монаха, поскольку они с Полином были друзьями еще со времен учебы в семинарии, а Хьюберт тем временем быстро пробежал глазами письмо, привезенное гонцом, — подписали его и Ран, и Лиор, — но по-прежнему не мог себя заставить поверить в прочитанное.

— Я должен созвать совет, — объявил наконец Хьюберт, складывая листы пергамента и засовывая их себе под кушак. — Секорим, не желаете ли отправиться со мной? Полагаю, вы вполне подходящая кандидатура, чтобы занять место Полина, если он так и не оправится. По крайней мере, сейчас вы можете выступать как его заместитель.

— Я приду, — отозвался Секорим. — Брат Фабий, пожалуйста, пойдемте с нами. Возможно, совет захочет расспросить вас поподробнее.

Полчаса спустя все они расселись за длинным столом в зале Совета, где к ним присоединились Таммарон, Ричард Мердок и молодой граф Тарлетонский — Боннер Синклер, чей отец, граф Тарлетонский, носил этот титул, прежде чем стал лордом Альбертом, магистром Custodes Fidei. И хотя Альберт никогда не был слишком близок со своим старшим сыном, все равно вид у молодого человека был потрясенный, такой же, как и у всех остальных.

— Я виню прежде всего себя, — пробормотал Хьюберт, когда гонец вновь пересказал основные новости, а Секорим наконец прочел послание от Рана и Лиора. — Это я согласился, чтобы Димитрия взяли к нам на службу. И все эти годы… Боже правый, неужто я своими руками их послал в ловушку? Выходит, Димитрий все эти годы работал на Торент, и это была намеренная хитрость, чтобы заманить короля на встречу, подстроенную на условиях торентцев?

— Если и так, — равнодушно отозвался Ричард, — то их стратегия оказалась весьма близорукой. Даже если король погибнет, у нас все равно остается наследник и беременная королева. Неужто вы думаете, у Марека Фестила хватит сил осадить Ремут? Конечно, нет. Так что все карты по-прежнему у нас на руках.

— Вероятно, ты прав, — согласился Таммарон. — Тем не менее, полагаю, нам следует вызвать в столицу дополнительные войска, — на тот случай, если мы недооценили Марека. Ричард, твои земли ближе всего. Как много людей ты можешь вызвать из Картана?

— А сколько вам нужно? — отозвался Ричард. — Сотню? Больше? Думаю, мы также можем рассчитывать на помощь Custodes, — добавил он, покосившись на Секорима.

Аббат кивнул.

— Думаю, уже завтра я могу обеспечить сотню человек из гарнизона Arx Fidei. Еще больше придут, если разослать гонцов в дальние аббатства, однако значительная часть наших рыцарей отправились с королем на север.

Ричард покачал головой, что-то подсчитывая на обрывке пергамента.

— Нет, двух сотен нам вполне хватит. Если гонец отправится немедленно, то мои люди здесь будут уже через два дня. С практической точки зрения, я сомневаюсь, что нам следует предпринимать еще какие-то шаги, покуда не получим известия от Рана. В конце концов, нам ведь еще предстоит кормить дополнительные войска, которые останутся в столице.

Хьюберт, который наконец начал понемногу приходить в себя, кивнул в знак согласия.

— Да, верно. Нам следует подождать, чтобы ситуация прояснилась, а уж потом ударяться в панику.

Ричард совершенно разумно отметил, что пока в наших руках юный принц Оуэн, то сила на нашей стороне. Именно поэтому, однако, — он покосился на Таммарона, — будет разумно скрыть все последние новости от королевы. Кроме того, возможно, нам следует впредь перехватывать все письма от короля, если в них будут содержаться намеки на эти события.

— Вас тревожит возможность выкидыша, если что-то случится с королем? — спросил Ричард.

Хьюберт кивнул.

— Возможно, до конца беременности нам придется заставить королеву не вставать с постели. Таммарон, я полагаюсь на вас, чтобы должным образом проинструктировать придворных лекарей. Впрочем, в ближайшее время можете ничего не предпринимать… Не думаю, чтобы одних слухов и отголосков тревожных вестей было достаточно, чтобы случился выкидыш… И все же нам следует держаться наготове. И, кроме того, нечего и говорить, что самым главным для нас отныне должна быть безопасность принца Оуэна.