Сумасшедшая принцесса - Татьяна Устименко

– А где же Сугута? – со слезами в голосе заорала я, теряя терпение.

– Я здесь, ваша милость! – Старик выполз откуда-то из-под флага барона де Кардиньяка и вопрошающе уставился на меня красными глазами кролика.

Я нагнулась и взяла старого мага за мелко дрожащий подбородок:

– Ты можешь хоть чем-то помочь всем нам? – Слова мои, четко разделенные на слоги, падали тяжело и беспощадно. – Или ты способен только отсиживаться в укрытии?

– Я-я-я, – хлипко затрясся старик, – я помогу… чем-нибудь!

– Валяй! – хмыкнул бледный как полотно Марвин.

Старик еще раз жалобно посмотрел на меня слезящимися глазами, а потом торопливо свел вместе кисти, покрытые сеткой выступивших вен, и что-то неразборчиво забормотал. Подчиняясь заклинанию, между ладоней мага начал расти и наливаться жаром большой огненный шар. По мере роста шара Сугута заметно слабел, обильная испарина выступила на высоком лбу. Руки подрагивали, казалось, еще миг – и шар выскользнет из немощных пальцев старого мага.

– Бросай! – истошно завопил некромант. – Или сгоришь сам. Бросай, я поддержу!

Громкий выдох сотряс впалую грудь Сугуты. Огненный шар, сорвавшись с ладоней, падающей звездой устремился в сторону крепостной стены. Направленный волей Марвина, он с шипением пробил магическую защиту и угодил прямо в лицо принца Ужаса.

От неожиданности принц нелепо взмахнул руками и покачнулся. Сила воздействия его колдовства сразу же ослабела, шатающиеся воины начали подниматься с земли, растерянно оглядываясь по сторонам.

– Отходим! – из всех сил закричал Огвур. – Все назад!

Почти вслепую, ничего не видя воспаленными глазами, волоча за собой оружие, наше войско бесславно покидало поле боя.

Марвин осторожно потянул меня за рукав.

– Что? – через силу выдавила я. Такое позорное завершение столь доблестно начавшейся атаки не оставляло никаких иллюзий по поводу скорой победы и малых жертв.

– Посмотри, – печально шепнул некромант.

У наших ног лежало бездыханное тело Сугуты, в смерти казавшееся еще более хрупким и сморщенным. Я сначала приподняла ему веко, а потом торопливо выхватила из кармана огарок белой свечи, когда-то подаренный мне тетушкой Чумой.

– Бесполезно, – сокрушенно покачал головой Марвин. – Поздно уже, да и не выживают после магической отдачи. По нему шарахнуло всей силой, сконцентрированной в городе, такого бы и я не выдержал.

Из моих глаз покатились слезы раскаяния.

– Это я во всем виновата, – простонала я. – Я потребовала, чтобы он помог нам. Как я не понимала – он слишком стар и слаб для таких дел. Это я стала убийцей нашего друга!

– Тише. – Барон Пампур нежно погладил мою согбенную горем и самобичеванием спину. – Мой старый соратник погиб как герой, сумев спасти всех нас. Он всегда мечтал о такой смерти, о подвиге, достойном великого архимага! Похороним его с почестями! Души героев всегда возрождаются в новом теле.

В ответ я могла лишь всхлипнуть.

Над нашими головами пронеслось дуновение мощных крыльев, и на холм опустился изрядно потрепанный Эткин. С одного взгляда поняв всю невосполнимость потери, он бережно поднял в огромных лапах маленькое тельце павшего мага.

– Я отнесу его на поляну в лесу и приготовлю дрова для погребального костра, – пообещал он.

– Как горгульи? – успел спросить Генрих.

– Невкусные! – не оборачиваясь, буркнул дракон и с легкостью, удивительной в столь тяжелом теле, бесшумно взмыл в небо.

– Морра! – На холм взбирался Азур, весь покрытый кровью и копотью. – Что это было? Мои испытанные, свирепые демоны скулили побитыми щенками. В жизни не испытывал ничего ужаснее…

– Еще бы, – расстроенно откликнулась я. – Это и есть милые шалости моего проклятого сводного братца!

– Боги! – ахнул архидемон. – Как же с ним бороться? Его, вообще, можно убить, или он бессмертен?

– Смертен! – уверенно ответил Марвин. – Есть древнее предание, в котором сказано, что убить Ужас может существо, несущее в себе кровь трех рас.

– А ты знаешь такое мифическое существо? – недоверчиво спросил Генрих.

– Знаю! – Марвин указал на меня. – Она. В ней кровь эльфов, сильфов и самой Смерти.

Все дружно уставились на меня.

– Нет уж! – Генрих предусмотрительно задвинул мое высочество себе за спину. – Я не позволю рисковать Ульрикой. Этот принц просто что-то невероятное…

– Успокойся. – Я нежно погладила барона по щеке. – Я все равно не уступлю принца никому. У меня к нему свои, семейные претензии.

– Рыжая! – раздался жалобный стон.

Я всплеснула руками:

– Да что же это такое!

На холм поднялась группа демонов, осторожно несущая два тела, завернутые в плащи. Из складок одного неслись стоны и причитания, другое, судя по окоченевшим, угловатым очертаниям, давно стало трупом.

– Это Лансанариэль и Тим, – мрачно доложил угрюмый демон-тысячник.

Издав вопль отчаяния, Огвур бросился к телам.

– Как они? – робко спросила я, ожидая самого худшего.

– Лансу явно дали по голове чем-то очень тяжелым! – констатировал орк, продолжая копошиться в складках ткани, ощупывая и осматривая раненого.

– И что?

– Были бы мозги – было бы сотрясение, – с облегчением пошутил Белый Волк, поднимая на руки стонущего полукровку. – Он поправится. Мелеана, я отнесу его в лазарет.

– А Тим?

– Крепись, милая… – Генрих стоял на коленях возле второго свертка. – Он убит.

Вечером мы хоронили мертвых. Огромный костер из дров, собранных драконом, поднимался почти до неба. Когда на затянутом тучами небосклоне взошла первая звезда, я взяла факел и сама подожгла сухие дрова, вспыхнувшие мгновенно. Чем можно измерить горечь потери? Наши павшие друзья уходили от нас навсегда. А нам, выжившим, предстояло вечно нести по жизни бремя их дружбы, во имя которой они и погибли. И великую благодарность за свое спасение, смешанную с горьким привкусом великой вины.

…Погребальный костер догорал. Я подняла заплаканные глаза и всмотрелась в стены Нарроны, призывно белевшие в сумраке ночи. Город притих и затаился. Он ждал нас.

ГЛАВА 4

Закончившийся день выдался длинным и тяжелым, поэтому все в лагере спали мертвым сном. Все, кроме меня. Я попросила Марвина выставить магическую защиту. Ведь если сейчас Ринецею посетит идея неожиданно напасть на нас, используя ночное время, вряд ли наши измученные, израненные воины смогут оказать хоть какое-то сопротивление. Уж в чем, в чем, а в свежих силах, не принимавших участие в сегодняшнем бою, недостатка у демоницы не было. Но некромант, долго прислушивавшийся к внутреннему голосу, с сомнением пожал плечами и порекомендовал мне спать спокойно. Мол, принц Ужас, оказывается, получил более тяжелые ранения, чем мы смели надеяться, и теперь все маги Нарроны, во главе с Ринецеей, заняты его лечением.