Затмение - Ева Райт

– Думаю, вы и сами понимаете, что положение у вас не завидное. Но и не самое плохое. Огромным плюсом является то, что именно благодаря вам нам удалось арестовать Итана Мура, однако это не исключает того факта, что вы работали на него. И, как и все его подельники, вы должны пройти по одной статье с ним, – он замолчал. И с каждой секундой его молчания мне становилось все хуже.

– Если вы позвали меня, чтобы сказать, что я сяду в тюрьму, то лучше бы вы этого не делали. Последние часы на свободе я лучше проведу подальше отсюда, – я встала со стула и собралась уйти, но меня окликнули.

– Нет, Эбигейл. Я не собирался вас пугать, но и не сказать очевидных фактов я тоже не мог. Суду необходимо как можно быстрее получить ваши показания, поэтому ваша судьба будет известна уже сегодня, в отличие от Мура и его компании – их дело может растянуться на месяцы, если не на годы. Для вас еще не все потеряно, сейчас вам главное сотрудничать со следствием и делать то, что просит адвокат. Кстати, насчет него, могу сказать, что адвокат, который будет вас представлять, очень уважаемый человек с огромным количеством выигранных дел за плечами. Думаю, у вас есть все шансы «выйти сухой из воды».

– С каких пор хорошие адвокаты работают бесплатно? – усмехнулась я, но все же села на место.

– А он и не работает бесплатно.

– Это невозможно, у меня нет денег на адвоката.

– Но я и не говорил, что вам нужно за что-то платить. Все его услуги уже оплачены.

– Что за бред? Кто станет платить за моего адвоката?

– Вероятно тот, кто переживает за вас.

Весь этот разговор становился слишком напряженным. Казалось, еще чуть-чуть и я сойду с ума. Так сказывался недосып, усталость, постоянные переживания о том, что меня могут посадить. Хотелось закричать, заставить его объяснить, но из-за невозможности сделать это, становилось только хуже. Взяв себя в руки, я решила закончить эту беседу.

– Хорошо, я вас поняла. Если от меня больше ничего не требуется, то я пойду, – я снова встала и решительно направилась к выходу из кабинета, но не успела я повернуть ручку двери, как меня снова окликнули.

– И еще кое-что, мисс Морган. Ник просил передать вам, чтобы вы съездили в вашу школу в Филадельфии и забрали свои оставшиеся вещи. Одежду, телефон, документы и ключи от дома ваших… прошу прощения, вашего дома.

– Просил передать? Но почему он сам мне об этом не скажет на суде?

– Я думал, что вы знаете.

– Знаю что?

– Пару дней назад он зашел ко мне, чтобы попрощаться. Сказал, что сделал здесь все, что мог и его участие больше не требуется, а затем уехал в неизвестном направлении, – он тяжело вздохнул. Кажется, для него эта новость тоже была не радостной. – Ник сделал многое для этого дела, хоть и не должен был. Полгода назад он переехал в Нью-Йорк, чтобы найти вас и довести это дело до конца. Поэтому я не стал возражать, ему и правда нужен отдых.

– Ясно.

Теперь понятно, что он имел в виду. Предел и правда есть у всего.

Я решительно надавила на ручку и выскочила за дверь, услышав за спиной:

– До встречи на суде, Эбигейл.

****

Я снова в своей комнате. Сижу на кровати Джессики, стоящей под окном, и смотрю в него, не отрываясь уже несколько часов. Сжимаю в руке кулон, висящий на шее, и наслаждаюсь болью, с которой он упирается мне в ладонь своими острыми шипами.

За те девять месяцев, что меня не было, здесь почти ничего не изменилось. Разве что Хлое, одной из моих соседок, исполнилось восемнадцать и теперь мы с Джессикой жили здесь вдвоем. В общем-то я все равно с ней не общалась, одной соседкой меньше – одной больше, без разницы. Сильно мою жизнь это не изменит, на ее место придет другая. В остальном все осталось тем же. Та же комната с тремя кроватями, правда теперь одна свободная, тот же вид из окна с решетками на оживленную улицу, та же обреченность с которой я смотрю на кипящую городскую жизнь сквозь прутики решетки. Только я уже не та же. Так абсурдно и смешно, где я оказалась меньше чем за год. В том же месте, но с кучей наделанных глупостей за плечами.

Внезапно раздается стук в дверь. Я нехотя поднимаюсь чувствуя, как затекли ноги от долгого нахождения в одной не очень удобной позе. Встряхнувшись и пару раз глубоко вдохнув и выдохнув, подхожу к двери и открываю ее.

– Привет. Извини, что опоздал, – улыбается Тодд и смело проходит в мою комнату, плотно прикрывая за собой дверь.

Только с ним я общалась в последнее время, и мы даже, можно сказать, подружились. Тодд очень помог мне во время суда. Он был не обязан даже находиться там, но был. Заранее предупредил, что меня там ожидает. Что можно говорить, а о чем лучше молчать. И адвокат действительно оказался лучшим в своем деле. Взяв во внимание мои показания и еще нескольких неожиданно появившихся свидетелей, суд признал, что Итан Мур и его компания заставили меня работать на него. Что они подсадили меня на наркотики и заставили заниматься ужасными вещами, и доказать, что я по собственной воле причастна к этому никто не смог. Я отделалась лишь условным наказанием с временным домашним арестом, а поскольку я училась в школе-интернате, то и отбывать его должна была здесь. Закончиться мое заключение должно было как только мне исполнится восемнадцать, ведь дальше оставаться в школе я не смогу.

– Ничего страшного, я ведь никуда не тороплюсь, – фыркнула я, опустив голову и кивнув на мигающий зеленым браслет на лодыжке, торчащий из-под штанины.

– Симпатичный у тебя гаджет, – усмехнулся Тодд, по-хозяйски садясь на мою кровать. Я же снова опустилась на кровать Джессики. – Как ты себя чувствуешь?

– На миллион долларов. Ведь примерно столько я теперь должна за адвоката и все остальное, что вы для меня сделали?

– Мне ты ничего не должна, – удивился Тодд, заметно расслабляясь.

– Не верю, что вы делали все это абсолютно безвозмездно.

– Нет. Меня попросил лучший друг и очень хороший человек. Видимо, ему зачем-то было нужно, чтобы ты жила нормальной жизнью.

– Хорошая такая нормальная жизнь, – хохотнула я, снова опуская взгляд на браслет на ноге.

– Ты же прекрасно знаешь, что это максимум на четыре месяца. Тебе всего лишь нужно окончить школу и