Загораются звёзды - Ольга Горошанская

— Конечно, ты вчера была у него, пытаясь уговорить, не покидать Крепость. Неужели ты не знала?

— Нет. Мне никто ничего не сказал. А это значит, решение по эшемингу вынесено?

— Да, но оглашать его будут несколько позже. А сейчас, если мы не поторопимся, то нам очень сильно достанется от Главного Защитника. Он слишком не любит, когда опаздывают.

— А ты тогда почему идешь со мной, если у меня часы с моим Искусником?

— Потому, что я — его ассистент, а благодаря тебе сейчас будут практические часы по теме лечебных веществ у всей нашей команды.

Лео прикрыла ладошкой рот, а потом стремглав понеслась к выходу из Трапезной, а переместившись в замок алхимиков — в лабораторию Главного Защитника самым коротким путем, который успела обнаружить за все время пребывания в замке и его исследования.

Двери лаборатории уже были открыты, но Защитника в ней не оказалось, и Лео, спокойно войдя, делая вид, не бежала так быстро, уселась на свое место, подготавливаясь к долгим ожиданиям.

— А ты, оказывается, можешь очень быстро бегать, — усмехаясь, подмигнул Солерон, присаживаясь рядом, а взяв ее руку в свою, осторожно поцеловал тыльную сторону ладошки и только потом перевел дыхание.

— Не хотелось неприятностей, — коротко ответила, а в дверях кабинета эффектно появился злой, как успела заметить, Севем дем Гор.

Без всяких приветствий, что еще более усугубляло положение, он начал какие-то объяснения, а после легкого взмаха руки в воздухе перед ним уже появился ход работы приготовления обеззараживающего вещества.

— Сегодня мы разбираем антисептики и успокоительные. Кто может назвать состав? Нет? — игнорируя нетерпение Ренаты, спросил он. — Господин Линкс?

— Валерьянка, — тихо прошептала Лео, улыбаясь своим мыслям.

— Ваша мысль, мадемуазель демро Нат, почти верна. Корень валерианы действительно входит в состав одного из этих веществ, но мне кажется, вы еще не стали господином Линксом.

Всю тираду Главного Защитника Клеопатра выслушала молча, изучая свой маникюр под столом. Не имея возможности спокойно рассказать весь состав любого успокоительного вещества, а не вспоминать лишь настойку из неволшебного мира, но решила промолчать. Не хотелось дразнить Севема.

— Начинайте работать, — и его грозный голос эхом разнесся по абсолютно тихой лаборатории.

— И когда это вы успели поссориться? — Драхем прошептал настолько тихо, словно не говорил, а шевелил губами, но Лео его услышала, хоть голос и перебивался шумом подготовки к практической работе.

— Вчера, — также тихо прошептала в ответ, расставляя нужные компоненты и соединяя реторты в схему.

— Из-за чего не скажешь? — придвинувшись ближе, полюбопытствовал Солерон, поджигая горелку под их общей основной ретортой, в которую и добавлялись почти все вещества.

— Хватит болтать, — прошипел дем Гор, проходя мимо них.

Больше ни Лео, ни Драхем не обмолвились ни словом, а Главный Защитник стремительно передвигался по лаборатории, изображая голодного коршуна, щедро раздавая язвительные замечания всем, ни для кого из Фоксов не делая исключения.

Клеопатра пыталась работать быстрее, желая раньше завершить приготовление полуорганического вещества, используя все знания, вычитанные из книг библиотек любого из разнообразных замков. И Севем, и Драхем пару раз пытались остановить ее, не дав добавить то или иное вещество, но тщетно. Уже к концу первого получаса у нее были готовы оба вещества, в то время как все остальные обитатели еще мучились над вторым циклом успокоительного, которое приготавливалось первым по ходу работы.

— Иди, сдавай, — прошептала Драхему, а сама стала собирать свою сумку.

— Очень хорошо, что вы закончили так быстро, — язвительно похвалил Севем, возвышаясь как раз над ней. — Пройдите в мой кабинет и подождите там.

— Да, Главный Защитник, — покорно потупив глаза, ответила, не поднимая головы от сумки, а, собрав ее, направилась в кабинет, смежный с лабораторией.

— Если у кого-то взорвется реторта или разлетится на куски вся схема, убирать все будете вы, Линкс. Так что проследите за всем, — предупредил Севем и закрыл за собой дверь, заходя вслед за Лео в кабинет и накладывая звуконепроницаемое заклинание на внутренние стенки.

«Отлично, мы слышим все, нас — никто.

Классненько, он меня сейчас убьет, а никто этого и не заметит», — отстраненно подумала, пока Главный Защитник двигался к своему столу.

— Ваши результаты, — глухо заключил Искусник, аккуратно укладывая на столе небольшую черную шкатулку.

— Спасибо, — негромко поблагодарила, подходя к столу, все еще опасаясь его реакции.

Взяв в руки коробку, больше напоминающую шкатулку, стала рассматривать магическую печать на обороте, которую по всем правилам могла снять только она.

— И раз у нас есть время, мы можем по результатам обсудить ваш будущий профиль.

— Хорошо, — согласилась, но шкатулку не открыла.

— Вы не хотите ее открывать? — насмешливо поинтересовался Севем, и Лео, наконец, вскинула на него взгляд, в котором читалась тревога.

— Да, конечно, — пробормотала, начиная взламывать печать лишь прикосновениями тоненьких пальчиков. Печать слетала шелухой, начиная загораться и исчезать не долетая до пола.

Открыв шкатулку, Лео перевернула ее и ощутила у себя на руке что-то отдаленно напоминавшее маленький медальон, изображающий спящего пегаса из прозрачного камня, переливающегося на свету всеми цветами радуги.

Взглянув на внутреннюю сторону крышки, была готова расплакаться, так как не обнаружила ни одного слова об отрасли магии, напротив которого стояло слово хоть немного похожее на «зачет» или любую другую из оценок, но не хотела плохо выглядеть перед Главным Защитником.

«И что мне теперь делать? Это значит, что меня не оценили даже на младшего комансера, и теперь я буду ухаживать за питомцами обитателей замков? А казалось, так хорошо все знаю, да и отвечала вроде неплохо. Надо было больше с Ланцерисом мороженое есть и финансовые сказочки слушать, да участвовать во всяких денежных аферах».

— Итак, — первым не выдержал Севем. — Не хотите поведать, сколько у вас регалий и мейжей? — ехидно спросил, пытаясь добиться от нее хоть какой-то реакции.

— Одна, — голосом «отстаньте от меня» откликнулась Клеопатра, разворачиваясь к выходу. — И та поощрительная.

«Какой позор! Я больше не останусь здесь и дня. Тоже мне, нашли прислугу!»

— Стоять! — прозвучал гневный голос теперь уже Искусника, которому невозможно было перечить. — Сядьте в кресло, — последнее замечание было произнесено уже более спокойно.