Химера (СИ) - Волков Виктор Александрович

Четырёхметровая, укреплённая металлом каменная дверь была выполнена в лучших дворфских традициях и спокойно могла бы выдержать удары осадных орудий и бронированных осадных зверей, хотя осадных зверей Тармор видел только на картинках и надеялся никогда не увидеть вживую.

Огромная дверь вздрагивала от ударов снаружи. Иногда с потолка сыпалась каменная крошка.

— Что это? — мрачно спросил потеющий под тяжёлым доспехом Тармор, и попытался прикинуть точку удара. Били в нижнюю часть. Значит это не мифический боевой слон, не гигантский медведь, не тролль, а кто-то другой. Маленький. Но сильный.

— Не знаю. — сказал возможный Нелдор. — правила говорят, сначала всех созвать, потом смотреть. Вот я созвал.

— Я посмотрю. — вздохнул Тармор.

Тяжело бряцая доспехами, он подошёл к маленькой двери, для случаев, когда открывать всю дверь было не нужно. Маленькая, кованная дверь для дворфов, которая тоже могла бы выдержать удар осадного орудия. Наверное. На ней было маленькое смотровое окно, с железной шторкой, и под ним окно поменьше — чтобы выстрелить или ткнуть не очень желанного гостя, если понадобится. Тоже со шторкой. Тармор наклонился, снял с плеч арбалет, прислонил башенный щит к двери, чуть-чуть приоткрыл смотровую шторку, и тут же отпрыгнул назад.

Из слегка приоткрытого окошка на него смотрел глаз. Звериный, с вертикальным очком. Он с любопытством посмотрел по сторонам и моргнул несколько раз совсем не звериным веком.

— Внутрь хочу! — жизнерадостно сообщил глаз. Он говорил на торговом языке людей. — Внутри еда и дворфы.

Дворфы переглянулись.

— А дворфы и еда… в разных категориях? — поинтересовался возможный Нелдор.

Дворфы переглянулись снова.

— Дворфов есть нельзя! — жизнерадостно сообщил глаз. — Живых.

— А неживых? — зачем-то спросил Тармор.

— А надо? — задумался голос.

— Не надо! — мгновенно ответил Нелдор.

— Тогда не буду есть неживых. — с ноткой сомнения сказал голос.

Дворфы переглянулись. За дверью зашебуршилось существо, и глаз сменился на другой. Такой же звериный.

— Я есть не хочу. — успокоило их существо. — Пока что.

Оно задумалось и добавило:

— Почти не хочу.

Кто это? Дворфы переглянулись, Тармор с трудом вытянул из своего снаряжения копьё.

— Острое. — одобрительно сообщило существо за дверью.

— Острое. — Подтвердил Тармор. Он медленно подошёл к двери, и звериный глаз на той стороне с интересом следил за ним. — Отойди от двери.

Он открыл шторку на окне ниже, и осторожно просунул копьё остриём наружу, пытаясь отогнать гостя.

— Это мне? — обрадовался голос.

Кто-то на другой стороне вцепился в копьё мёртвой хваткой — как будто древко вмуровали в камень. Существо на другой стороны потянуло копьё на себя, и ботинки Тармора заскользили по полу. Оно легко сдвинуло его с места. Вместе со всем снаряжением. К нему подбежал Нелдор, попытался помочь. Что-то гулко ударилось в дверь, существо на той стороне, похоже упёрлось в неё ногами. Оно сдвинуло двух дворфов с места, затем вдруг сила резка выросла и копьё юркнуло за дверь.

— С верёвкой интересней! — посоветовал голос за дверью.

Тармор подбежал к двери и выглянул в смотровую щель. Гибкое, грациозное существо за дверью, раскручивало его копьё в руке, выписывая какие-то невероятные фигуры. Древко копья гудело в воздухе, оно же игралось дальше, подпрыгивало, кувыркалось, и, наконец, остановилось. Дёрнуло ушами, взмахнуло хвостом, и уставилось на Тармора жуткими глазами, на человеческом лице. Оно было одето в кожаный доспех, дворфской работы, на шее у него болтались очки из кристалла, а рядом с ним лежал мешок. Химера Улиуса? Но они не разговаривают и не носят такое снаряжение.

— Я теперь есть захочу! — предупредило существо. — Внутрь можно?

— Копьё отдай. — хрипло сказал дворф. Существо ухмыльнулось, показав странные зубы, и ему показалось что их два ряда. Тут же ему в живот Тармора ткнулось древко копья тупым концом. Быстро, молниеносно, быстрее чем он заметил движение, но не сильно. Он забрал копьё, протянул его сквозь окошко для оружия.

— Дверь сломалась? — предположило существо. — Могу дёрнуть!

Оно медленно протянуло руку к двери. Тармор представил, с какой силой. Если в прочности засова он был уверен, то в прочности петель на нём — не очень.

— Стой! — выкрикнул он чудовищу. — Это дворфский пост. Сюда нельзя чужакам, без жетона или приглашения…

Он надеялся, что у него нет жетона, и оно уйдёт. Уйдёт, а не попытается вскрыть их дверь.

— Такой? — спросило существо, порылось в кошельке и показало ему жетон.

Дворфский жетон доверия. Мифриловый. Высшая благодарность, жетон, который нельзя отдать другому. На нём виднелся смутно знакомый герб. Оно перевернуло жетон другой стороной.

"За помощь при создании великого изобретения".

— Стой тут! — сказал Тармор и повернулся к остальным дворфам.

В далёком, пыльном ящике они нашли справочник по дворфским гербам. В ещё более далёком ящике они нашли артефакт, который проверял подлинность жетонов. Жетон оказался настоящим.

Они пустили чудовище внутрь. Тармор ощетинился алебардой и щитом, понимаю, что ничего сделать ему не сможет. Оно протиснулось в дворфскую дверь, с трудом протащило внутрь свой мешок. Оно жаловалось, что Ногг Кальдир далеко, и ей говорили, что тут могут быть дворфы на разведывательном посте.

Тармор тогда поперхнулся и спросил:

— А город? Город, для переселенцев?

Но про город оно ничего не знало. Оно рассказывало какие-то странные истории про драконов, и Тармор лишь заинтересовался, когда услышал про золото. Очень много золота, которое оно зачем-то оставило на месте и не взяло с собой.

— Зачем? Всегда выиграть могу. — заявило ушастое чудовище.

Когда они спросили, что оно имело в виду, она рассказала им про человеческую игру в "бойню" — с клетчатой доской и одинаковыми фигурами. Игра показалась ему простой, он быстро понял правила, и усомнился, что оно имеет играть. Он проиграл ушастому длинноногому несколько золотых, и история повторилась с другими дворфами.

— Броню надо. Из драков! — объясняло существо, треская кашу из подземной пшеницы.

Оно ело всё, включая поганки, и спросило про грибной суп. Тармор не стал кормить владельца Мифрилового жетона поганками — он вспомнил герб на нём. Гаррам Фелдин, изобретатель. Он даже видел его когда-то — пожилой, постаревший уже тогда дворф, который иногда делал странные вещи в кузнице — вроде доспехов для ручных крыс. Поэтому Тармор сделал кашу с остатками мяса гигантского крота. Он подозревал, что оно спокойно слопало бы сырое пещерное пшено, может быть даже с мешком.

— Так чего тебе нужно было? — вздохнул он, после того, как существо, которое звали Рисска, доело огромную кастрюлю мясной каши. Они обедали в большой и пустой столовой.

— Дофпехи хофу! (Доспехи хочу) Из драков. — сказала Рисска и толкнула ногой мешок, с которым почти не расставалась.

— Драконов? — уточнил Тармор.

Рисска кивнула.

— Вот! — она открыла мешок и показала содержимое.

Тармор сел на пол. В мешке лежал большой кусок драконьей кожи. Драконьи шкуры и чешуя попадались дворфам и раньше — время от времени наземные жители умудрялись убить одного из летающих ящеров поменьше, и приносили трофеи дворфам. Те обычные шкуры отличались мелкой чешуей и напоминали иногда кожу больших подземных ящеров.

Этот кусок был другим. Огромные, плотные чешуйки покрывали его, каждая достаточно большая, чтобы вырезать из неё наплечник.

— Это… чья? — только смог спросить Тармор.

— Драк был. Большой! Огненный.

Рисска показала на стену. Если Тармор правильно её понял, дракон был десятков метров в длину.

— Прочный. И невкусный. — добавила Рисска.

Тармор моргнул.

— Доспех сделают? — сказала Рисска — за плату отдам остаток.

— Я попытаюсь. — сказал Тармор и уставился на бесценную шкуру в своих руках.

В нём проснулся азарт. Он отложил работы над кирками, мечами и топорами. Достал лучшие инструменты. Снял с Рисски мерки, и принялся работать. Бесценный редкий материал, ещё более редкий, чем адамантин, достойный любого мастера, попал в руки к нему. Обычному, ничем не выдающемуся кузнецу, который ковал одинаковые мечи много лет.