Совершенно несекретно - Сергей Филатов

Только что я разговаривал с одним из членов нашей делегации, Рамазаном Абдулатиповым, он находится в Конституционном суде вместе с руководителями субъектов Федерации, Они знают об обстановке, сложившейся в Москве, о тех митингах и демонстрациях, которые идут, о тех кровопролитиях, которые были совершены в Москве за это время и сегодня, о том, что к Дому Советов подошли демонстранты…

Владимир Олейник. Я также хотел бы вас проинформировать, потому что и с той, и с другой стороны в последние дни и особенно часы, в том числе ночью, звучали настойчивые требования о том, чтобы суд рассмотрел в плане конституционности правовые акты и действия одной и другой сторон.

Сегодня ночью и утром Конституционный суд приступил к процессу изучения имеющихся у него материалов. Это о конституционности действий должностных лиц высших органов власти, ее исполнительной и представительной ветвей. В связи с чем Конституционный суд уполномочил меня, используя тот факт, что стороны здесь, передать официальный запрос Конституционного суда о предоставлении всех нормативных актов, связанных с действиями и изданием любых инструкций.

Следующее. Такой же запрос и уведомление председателю Совета Министров — правительства Российской Федерации Виктору Степановичу Черномырдину. И аналогичный запрос — в адрес главы московской городской администрации — председателю правительства Юрию Михайловичу Лужкову.

Юрий Лужков. Процесс переговоров осложнился тем, что вчера во второй половине дня произошли крупные беспорядки на несанкционированном митинге и шествии, которые организовали представители «Трудовой Москвы» и других радикальных группировок. В районе Смоленской площади произошло серьезное столкновение с органами охраны порядка после не спровоцированных, я не могу их по-другому назвать — бандитских действий со стороны демонстрантов и митингующих. В это время в Москве проходил праздник, который дорог москвичам и всем русским людям — 500-летие Арбата. Беснующаяся толпа разрушила сцену, разобрала заграждения, вооружившись прутьями и другими орудиями, напала на сотрудников милиции. В результате этого столкновения 20 человек было госпитализировано, в том числе 18 бойцов ОМОНа. Даже по этому соотношению можно видеть, кто был стороной нападающей, а кто стремился обеспечить правопорядок даже через пассивные меры, которые привели к большому числу пораженных, раненых, госпитализированных из числа сотрудников ОМОНа.

На этом ситуация исчерпалась, и сегодня в середине дня группа примерно в две тысячи человек, настроенных предельно агрессивно, воинственно, все сокрушающих на своем пути, устремилась к Белому дому, прорвала ограждения, цепочки омоновцев и подошла к Белому дому. После чего к этой группе вышли вооруженные руководители Белого дома и начали призывать к захвату мэрии.

Юрий Воронин. Мэрию уже взяли, сейчас пойдут на Останкино.

Юрий Лужков. Юрий Михайлович, я вас не перебивал, мы вас слушали. Да, они стали призывать к захвату мэрии, к походу на Останкино. То есть ко всем тем действиям, которые не создают условий для нормального диалога. Наоборот, под прикрытием диалога, под прикрытием тех надежд, которые имеют москвичи по нашим переговорам, шла активная работа по мобилизации всех радикальных, агрессивных и бандитских сил — а в любом многомиллионном городе можно найти таковых, — с тем чтобы решить свои политические цели.

Считаю, Ваше Святейшество, что те призывы, те команды, которые сейчас прозвучали из Белого дома, и те договоренности, которые между митингующими и руководителями Белого дома имели место, по существу, делают обстановку критической, когда государственные организации и правоохранительные системы, которых всегда обвиняли в резких действиях, сейчас вынуждены защищаться от агрессии толпы, направляемой и руководимой деятелями из Белого дома.

Я думаю, это не метод для ведения диалога. Все это спровоцировано и подготовлено, и те задержки, которые мы с вами наблюдали в работе нашей согласительной комиссии вчера и сегодня, явились тем самым необходимым периодом времени, в пределах которого шла подготовка событий сегодняшнего дня.

Ваше Святейшество, мы не писали никаких заявлений, никаких обращений в ваш адрес, но мы хотели бы сейчас обратиться к вам с просьбой использовать все свое влияние, все свои возможности, чтобы остановить эту дикую кампанию и волну насилия, которая исходит из Белого дома, и, зафиксировав ситуацию, все-таки начать реальные переговоры. Мы каждый раз с вами видим, что начинающееся согласие торпедируется отказом от принятия каких-то решений, затем происходит пауза, после этой паузы наши партнеры возвращаются с новыми требованиями, которые становятся все более и более неприемлемыми и заводят переговоры в тупик. А время, в течение которого идут эти переговоры, используется для подготовки акций, несущих с собой человеческие жертвы. Мы очень встревожены сложившейся ситуацией и очень просим, Ваше Святейшество, прямого Вашего обращения. Здесь мы имеем дело с агрессией со стороны руководителей Белого дома, которые манипулируют толпой, имеющей целью захват мэрии. Нужно сейчас же принять срочные меры к тому, чтобы развести, остановить эту беснующуюся массу.

Алексий II. Мы уже убедились за эти последние дни, что и призывы Церкви не достигают тех, кто применяет насилие и готов расширить противостояние и кровопролитие. Мы не раз призывали стороны ни в коем случае не применять насилия и не видеть в тех, кто стоит по разные стороны баррикад, врагов, а видеть сограждан. Но, к сожалению, эти призывы не достигают цели. Озлобленность настолько велика, что люди не воспринимают слова.

К сожалению, та хрупкая договоренность, которая была достигнута вчера, из-за обострившейся ситуации не выполнена, и даже экспертов среди нас сегодня нет. Мы не продвинулись тем самым ни на йоту вперед.

У меня вопрос к Юрию Михайловичу Воронину. Мне говорили, что вчера Руслан Имранович вечером, выступая, сказал, что это не переговоры, которые ведутся здесь, это всего лишь миротворческая инициатива Патриарха и что все решения все равно будет принимать только съезд народных депутатов. Мне бы хотелось все-таки слышать, имеете ли вы полномочия вести переговоры?

Юрий Воронин. Нет, я докладываю о всех переговорах съезду в той мере, в которой мы с вами условились. Идет переговорный процесс, я об этом однозначно говорю… Делегация утверждена съездом, и, по-моему, этого достаточно…

Митрополит Кирилл. Можно, Ваше Святейшество? Для того чтобы как-то продвигаться дальше, нужно иметь больше информации о том, что сейчас происходит. Во время выступления Лужкова внезапно Юрий Михайлович Воронин обронил фразу, что мэрия захвачена. Это что такое?