«С.Л.К.-10» Иллюзия победы. Часть вторая (СИ) - Фабер Ник

— Да, адмирал.

Как только приказ был передан на «Флориас», группа «Щит» начала действовать.

Так уж вышло, что сложились идеальные обстоятельства для того, чтобы задействовать первый вариант плана «Зонтик».

Глупое название, предложенное ещё на стадии планирования Ириной Свиридовой, удивительно подходило к этой части операции.

Всё дело было в двух составляющих. Время и скорость. Всегда всё упирается именно в них.

Пятьсот сорок ракет с термоядерными боеголовками, разделённые на пять отдельных групп приближались к уже пустым рейнским РПП. Те, в свою очередь, уже выпустили из своих пусковых контейнеров почти пятнадцать тысяч ракет и превратились в пустые и бесполезные куски металла, композитных материалов, пластика и прочих компонентов.

Они просто перестали представлять какую-либо ценность в военном плане.

А уже это означало, что теперь для нацеленных на них ракет можно найти другие, более приемлемые цели.

На то, чтобы передать новый протокол действия системам наведения ракет ушло почти сорок секунд. Не так уж и много на первый взгляд. Но если задуматься, то можно понять, что сделано всё было почти что впритык по времени.

В итоге в космосе образовалось две волны ракет, летящих практически друг на друга на встречных курсах.

И верденские командиры не собирались в пустую терять такую возможность.

Получив новый приказ, пятьсот сорок ракет моментально стали менять свой курс, подстраиваясь под расходящиеся волны рейнских снарядов. Они рассредоточились веерами для того, чтобы ударить по максимально возможной площади.

Если учесть, что набранная ими скорость во много раз превосходила ускорение их жертв, то это полностью лишало их шанса на промах.

Дредноут РВКФ «Фон дер Танн»

— Ублюдки, — сдавленно прошипел, Фридхолд, глядя на данные с датчиков Черенкова.

Прямо на его глазах происходило то, чего он не предвидел. Даже несмотря на то, что это было так очевидно, что даже идиот бы догадался.

— Они же не могут надеяться на то, что это сработает? — удивлённо произнёс Эверт, стоя рядом со своим адмиралом.

— Если бы они считали иначе, то не изменили бы курсы своих долбанных ракет. Начинайте их рассредоточение прямо сейчас.

Эверт мог бы возразить, что подобное решение приведёт к тому, что разобьёт общую ударную волну. Угроза электромагнитного удара по ракетам, конечно, существовала. Более того, совсем скоро именно это и случится.

Конструкторы заранее подумали о том, что ракеты могут быть выведены из строя с помощью сильного электромагнитного импульса. По этой причине все основные электронные компоненты ракет имели двойное дублирование, а также мощное экранирование для того, чтобы защитить находящуюся в ракетных корпусах электронику.

Но когда перед твоим носом одновременно детонируют сотню термоядерных зарядов… Такое может продавить любую защиту. Тем более, что верди скорее всего использовали самые мощные боеголовки, что имелись в их распоряжении, чтобы стереть с лица вселенной рейнские РПП.

Отданный приказ ушёл сначала на крепости, а уже оттуда унёсся к ракетам.

Практически сразу же собирающиеся в один огромный кулак ПКР стали расходится в разные стороны, стремясь отдалиться друг от друга.

С одной стороны, это явно усложнит планы для верденцев, не давая им накрыть весь залп разом.

С другой стороны, увеличит время подхода к цели и снизит концентрированность удара.

Первое не особенно пугало рейнских офицеров. Ведь они заранее знали о том, что придётся воспользоваться баллистической фазой полёта с отключёнными двигателями, а общее время до цели и так составляло более тридцати семи минут.

А вот второе было куда хуже.

Каждая десятая ракета в каждом из пусковых контейнеров не несла на себе лазерную боеголовку.

Вместо этого внутри неё скрывалась мощная аппаратура радиоэлектронной борьбы и обеспечения прорыва. В заключительной части своего курса они должны были включиться все одновременно и тем самым утопить верденскую группировку в волнах направленных помех, ложных целей и электронного мусора, сводя на нет работу вражеских систем наведения ПРО.

Вот только теперь и этот план пошёл прахом.

Из-за только что принятого решения рейнские ПКР будут подходить к цели отдельными группами, что ставит крест на одном скоординированном ударе.

Но, уж лучше так, чем лишиться этой возможности вовсе.

Глядя на то, как две волны, огромная и совсем крошечная на её фоне, сближались друг с другом, Фридхолд мысленно неистово молился всем богам, которых только мог вспомнить. С яростью самого преданного фанатика, он умолял высшие силы помочь ему и его людям.

К несчастью для него, боги либо не существовали в этом мире, либо же решили не обращать внимания на нечто столь крошечное, как человеческие желания.

Пятьсот сорок термоядерных боеголовок, каждая мощностью в двести мегатонн, взорвались в заранее рассчитанных позициях. Как бы рейнские офицеры не хотели рассредоточить свой залп, у них просто не было для этого достаточного количества времени. Разница в скорости слишком велика, чтобы подобный трюк мог сработать.

На крошечный миг в космосе загорелось новое созвездие, пылающее ядерным пламенем. Оно вспыхнуло так ярко, что Фридхолд смог бы заметить его невооруженным взглядом, если бы захотел.

И в итоге он оказался прав.

Мощнейший электромагнитный импульс, ударивший во все стороны, оказался такой силы, что даже многократно дублированная и экранированная электроника противокорабельных ракет не смогла выдержать его силы. Где-то в процессе сборки оказались допущены крошечные ошибки. Нарушения допусков, не влияющие на общую конструктивную целостность, но нарушившая целостность работы экранирующей защиты.

Скорее всего, это не повлияло бы при импульсе меньшей силы. Но только не тогда, когда прямо рядом с тобой одновременно детонируют больше сотни боеголовок, создавая самый настоящий электромагнитный шторм.

Одна за другой иконки пропадали с тактических проекций, сообщая о потере контакта с телеметрией ракет, выведенных из строя электромагнитным ударом.

И глядя на это, Фридхолд почувствовал, как бешено бьющееся в его груди сердце пропустило удар. Он, сжав зубы наблюдал, как общее полотно залпа разваливалось. Распадалось, словно кто-то швырнул горсть камней сквозь натянутый бумажный лист.

— Мы потеряли почти двадцать процентов всех ракет, сэр, — сипло произнёс стоящий рядом с ним Эверт, чем заставил адмирала вздрогнуть.

С проекции пропали почти три тысячи отметок. Одна пятая их огневой мощи только что превратилась в бесполезные куски металла и мёртвой электроники, летящих сейчас по инерции.

Плохо, но гораздо лучше того, чего Ретто ожидал.

И, что обрадовало его ещё больше, уцелело больше девяносто процентов платформ РЭБ и обеспечения прорыва, запущенных вместе с носителями боеголовок.

— Эверт, передай на «Бастионы». Я хочу, чтобы они рассредоточили все оставшиеся ракеты отдельными группами и перенацелили их на линкоры вместо дредноутов. Я не хочу потерять то, что у нас осталось, а снести их «Лавразии» будет куда проще, чем выбивать этих бегемотов.

— Будет исполнено, адмирал.

Что же, со злостью подумал он. Если только вы не набили погреба своих кораблей этими проклятыми боеголовками, посмотрим, как вы отмахнётесь от этого.

Первая фаза сражения за систему Валетрия только что миновала миттельшпиль.

Глава 34

Тактическая группа «Кинжал»

Тяжёлый крейсер ВКФ «Архангел»

Мостик тяжёлого крейсера наполнился радостными возгласами, когда больше двадцати процентов выпущенных по кораблям Седьмого флота противокорабельных ракет исчезли, уничтоженные электромагнитными ударами, образовавшимися в результате близкого подрыва термоядерных боеголовок.