Украинский легион - Сергей Чуев

Судьба командира 1-й бригады УНА Петра Дьяченко является точной копией судьбы Павла Шандрука. Служба в Русской Императорской армии, участие в войне с большевиками на стороне Петлюры, командование кавалерийскими частями (3-я Запорожская конная бригада, т. н. «Черные запорожцы»), неудачный Зимний поход частей армии УНР, лагеря для интернированных в Польше, служба в Польской армии, Академия Генштаба. В оккупированной немцами Польше П. Дьяченко находится в распоряжении главы Рады УНР Андрея Левицкого и по его поручению позднее служит в должности начальника штаба Полесской Сечи атамана Бульбы-Боровца.

Ни в одной из ныне вышедших в свет на Украине биографий генерала не упоминается о его службе в абвере. До войны Дьяченко возглавлял мельдекопф (переправочный разведпункт) абверштелле «Кенигсберг» в г. Сувалки. Дальнейшая карьера генерала складывалась в контрразведывательном органе абвера — зондерштабе «Россия», который возглавлял блестящий русский офицер Б. А. Хольмстон-Смысловский. На этой тайной работе П. Дьяченко возглавлял резидентскую область — один из участков оккупированной территории, на которой работали контрразведчики зондерштаба. Из этой страницы биографии можно сделать вывод о полном и безграничном доверии, которым пользовался бывший офицер Русской армии со стороны немецкого руководства.

Большинство военнослужащих бригады Дьяченко по своему происхождению являлись уроженцами восточных областей Украины и лишь около 20 % были галичанами. Комплектование бригады и всей 2-й дивизии УНА в целом происходило в основном путем перевода украинских военнослужащих из рядов вермахта в индивидуальном и групповом порядке, а также украинцев из числа служащих пожарных команд Берлина (500 человек), среди которых было некоторое число бывших советских офицеров. Провести отбор среди пожарных Дьяченко решил сам, для чего прибыл в Берлин на место расквартирования пожарных команд. Из 500 добровольцев он отобрал группу из 75 человек, которую составили его же земляки — уроженцы Полтавской и Миргородской областей. С конца февраля в Нимек стали прибывать дезертиры из пожарных команд, из которых стал формироваться 2-й батальон.

25 февраля 1945 года Дьяченко перевез украинцев из Берлина в городок Нимек для дальнейшего формирования и обучения. Здесь был сформирован первый батальон бригады в составе трех учебных рот, унтер-офицерской, пулеметной, минометной и хозяйственных рот. Каждая сотня состояла из 5 взводов, в каждом из которых состоял 21 человек. Командиром каждого взвода был офицер либо унтер с правами офицера и два его заместителя. Такая организация являлась обычной структурой для… немецких воздушно-десантных частей.

Особую «статью» представляло собой наличие в составе формирования 4-й роты, кадрами которой были 32 бывших повстанца из УПА, присоединившиеся к бригаде в районе Глаца. В процессе формирования бригады сразу же возникла «вечная» для всех комплектующихся восточных частей проблема — нехватка офицерских и унтер-офицерских кадров. Решить проблему удалось лишь частично привлечением престарелых эмигрантских кадров. Старики-офицеры после первых же часов занятий в поле «исчезали» в казармах и больше уже не выходили на занятия. Возраст брал свое. Другой проблемой были 16–17-летние «моторные хлопцы», объединенные в 3-й батальон.

В городках Глаце и Нимеке личный состав бригады проходил обучение в соответствии с программой, написанной самим П. Дьяченко. Немцы в ход занятий не вмешивались. Основная тяжесть учебного процесса легла на плечи начальника штаба бригады, майора Владимира Хладича (Гладича). Под его руководством личный состав вскоре после начала занятий снискал похвалу немецкого руководства.

1-й батальон имел на вооружении автоматические штурмовые винтовки «штурмгевер», второй — обыкновенные карабины «маузер». Пулеметчики располагали двумя тяжелыми пулеметами, минометчики — двумя минометами.

Помимо организационных трудностей, существовала реальная угроза быстрой переброски формирования на фронт. Для скорейшей и полной украинизации бригады и с учетом продвижения союзников в глубь Германии Шандрук отдал приказ Дьяченко провести принятие присяги военнослужащими бригады 23 марта 1945 года.

В этот день в торжественной обстановке военнослужащие бригады приняли присягу. В ее тексте отсутствовали клятвы верности Гитлеру и рейху. После произнесения слов присяги каждый солдат подходил к престолу, целовал крест и Евангелие, становился на колени и целовал знамя бригады и произносил: «Присягаю!»

4 апреля 1945 года генерал Шандрук вместе с доктором Ф. Арльтом выехали в штаб-квартиру главнокомандующего фельдмаршала Ф. Шернера с прошением о включении 2-й дивизии УНА в состав немецких войск и ее обеспечении всем необходимым. Шернер делегацию принял, выслушал и направил Шандрука к генералу фон Штрахвицу, который не только дал согласие на включение дивизии в состав своей группировки, но и выделил ей новые казармы, куда дивизия должна была прибыть через пять дней. Графа Штрахвица Шандрук пригласил посетить расположение 1-й бригады, чем тот и воспользовался. При посещении украинского формирования на графа Штрахвица неизгладимое впечатление произвела учебная рота, которую возглавлял майор Хладич. По признанию графа, такой дисциплины, четкости и порядка он не наблюдал с 1941 года. Штрахвиц посетил два батальона, признал их образцовыми и приказал сформировать моторизованную роту, для которой выделил мотоциклы. По его приказу рота должна была быть готова к немедленному прибытию на фронт.

Между тем фронтовая обстановка требовала выдвижения на линию огня все новых и новых резервов. Вопреки решению Штрахвица вышестоящее немецкое командование выделило 2-й бригаде участок по обороне предместий Бранденбурга.

3 апреля 1-ю бригаду 2-й дивизии УНА эшелонами перебросили на фронт близ города Глаца. К штабу бригады были прикомандированы немецкие майор Мартин, капитан и два унтер-офицера, которые вплоть до окончания переброски бригады из своих вагонов не выходили и делами не интересовались. По свидетельству самих украинцев, эта команда связи в основном «сражалась» с горилкой, получить которую могла только с разрешение генерала Дьяченко.

По состоянию на 12 апреля бригада имела следующее расписание:

• 1-й батальон (лейтенант Фуре) в составе 3 рот (1–3),

• 2-й батальон (хорунжий Хладич) в составе 3 рот (4–6),

• 3-й батальон (хорунжий Старовойт),

• батальон тяжелого оружия,

• моторизованная сотня (хор. Иваненко),

• хозотдел (хор. Яременко),

• взвод жандармерии (сотник Сокальский),

• санитарный взвод.

• Роты (сотни) бригады были скомплектованы по принципу землячеств: 1-я состояла из миргородцев, 2-я — из уроженцев Лубенщины, 3-я — черниговцев.

Многие отделения состояли не только из уроженцев одной области и района, но и родственников.

До г. Бауцена бригада не доехала, т. к. первый же эшелон, на котором перевозились штаб бригады, 1-й батальон и моторота, был обстрелян пулеметным и артиллерийским огнем в 12 километрах от города. Быстро покинув вагоны, украинцы спешились и заняли близлежащие к железнодорожной магистрали высоты.

В это же время пришло известие, что Бауцен окружен, но его гарнизон еще держится.

От близлежащих немецких инстанций был получен приказ занять наиболее подходящие для обороны позиции и не допустить расширения прорыва фронта. В целом бригада вошла в состав корпуса «Герман Геринг». После прибытия второго эшелона бригада установила контакт с соседями. На фронт были выдвинуты два батальона, третий был в резерве.

17 апреля бригада получила приказ провести разведку сильным подразделением в направлении Бауцена и попытаться установить связь с окруженной группировкой. Передовой отряд был скомплектован из 4-й роты, мотопатрулей и 2-й роты. Группа солдат из 2-й роты сумела прорваться в Бауцен и доставить в расположение бригады из города двух фольксштурмовцев.

Одновременно с удачным началом боевых действий начались проблемы внутренние. Из подчинения вышла 4-я рота, в составе которой были бывшие члены УПА. Припертый свидетельствами однополчан, командир роты Кириленко признался, что имеет указание от представителя Украинской головной вызвольной рады при штабе генерала Шандрука любыми способами не ввязываться в бой. Таким образом, этот офицер имел фактически двух командиров и не знал, кому из них подчиняться. Дьяченко лично предупредил уписта, что, если еще раз проявится неготовность исполнить приказ, он будет расстрелян.

22 апреля вечером 3-я рота перешла в наступление и выбила противника с его позиций и заняла близлежащую станцию. В бою были взяты 12 военнопленных и вагон с табаком.

23 апреля бригада в составе двух батальонов развернула наступление и, встречая незначительное сопротивление, продвинулась на 5 километров в направлении автобана Бауцен — Дрезден. Ситуация осложнялась отсутствием связи с соседними немецкими частями.