Алиф-невидимка - Дж. Уилсон

— Интересно, в этой корчме есть ли где поспать, — пробормотал он и тут же услышал, как кто-то рядом с ним резко щелкнул пальцами. Это Новый Квартал пытался привлечь внимание тени, после чего осведомился, может ли тот предоставить им спальные места. Алиф улыбнулся, не открывая глаз. Он надеялся на то, что вернувшаяся к Новому Кварталу властность могла означать лишь одно: парень чувствует себя гораздо лучше. Чья-то рука потрясла его за плечо. Он потер глаза, поднялся со своего места и послушно последовал за шейхом Билялем к лестнице в конце зала. Наверху они увидели длинный коридор с дверьми, раскрашенными в те же цвета, которые можно было наблюдать на небе: темно-розовый, синий, фиолетовый. Двери были вставлены в стены из белого кварца, и от этого создавалось впечатление, что нет никакой двери и вы смотрите прямо в небо. Алифу пришлось несколько раз моргнуть, чтобы картинка изменилась в нечто ему понятное.

«Вы можете занять синюю комнату», — инструктировала тень, проводя их в дверь цвета ночи. Они очутились в небольшой комнате с масляной лампой на окне и несколькими матрасами у стены. Потолок был разрисован так, что представлял собой ночное небо и Млечный Путь, серебристые звезды то зажигались, то гасли в свете лампы.

Тень пожелала им спокойной ночи. Алиф почти не слышал слов, его мозг уже засыпал. Он стряхнул с ног сандалии и прилег на ближайший к нему матрас, стягивая головной убор, и, развернув его, накрылся им, как одеялом. Новый Квартал зевал, не прикрываясь ладонью. Алиф услышал, как молится перед сном шейх Биляль. До него даже донесся шорох его ног, когда тот вставал на колени. Знакомые слова молитвы успокоили его, и прежде чем шейх закончил ритуал, Алиф уже крепко спал.

— Алиф? Неужели это ты?

В воздухе парил аромат жасмина, а рядом витало что-то более реальное и звериноподобное. Алиф перекатился на спину и часто заморгал, пытаясь стряхнуть сон с глаз. Над ним нависла женская фигура, лицо ее было озабоченным. Он приподнялся на локтях и теперь ясно увидел перед собой Сакину. Ее темные косички петлями перемещались у нее над головой, с ушей свисали золотые украшения. Наконец она немного успокоилась и положила на пол рядом с собой свою матерчатую сумку.

— Ты выглядишь каким-то полумертвым, — заметила она. — Что случилось?

— Тюрьма, — коротко сообщил он, не зная, какими более нежными словами объяснить ей случившееся.

Ее сочувствие и тревога оказались такими искренними, что у Алифа перехватило горло. Теперь он и сам поверил в то, что, вероятно, некоторые части его организма действительно пребывали не в лучшем состоянии. Конечно, его славное спасение никто не оспаривал, и это было замечательно, но все же месяцы тюрьмы давали о себе знать, и время, проведенное в полной темноте, не прошло даром. Из его горла вырвался тоненький испуганный крик.

— Нет, не надо так расстраиваться. Прости меня. Вот, возьми. — Она порылась в своей сумке и извлекла оттуда бутылочку с густой пурпурной жидкостью и сунула ее ему в руку. — Выпей глоток.

Алиф послушно откупорил бутылочку и вставил себе в рот тонкое горлышко. Густая жидкость по вкусу напоминала мед и какие-то фрукты, смешанные, по всей видимости, с травами. Его тут же охватило приятное чувство, наподобие ожидания праздника. Его тюремное заключение как будто сильно отдалилось от него и осталось позади, в прошлом.

— Очень приятно, — констатировал Алиф. — А что это такое?

— Эликсир против сердечной боли, — пояснила Сакина, демонстрируя ряды очень острых зубов. — Оставь себе. — Она села на пол, скрестив ноги. Алиф почувствовал, что настроение его заметно улучшается. Ему было радостно видеть Сакину, она была живым доказательством тому, что у него все равно еще оставались шансы, даже сейчас.

— Тебе известно, что Викрам погиб? — тихо произнесла она.

Казалось, ее слова так подействовали на Алифа, что эликсир на несколько секунд перестал работать.

— Да, — кивнул он. — Он знал, что умирает, когда мы расстались. Только из-за него Дина и американка не попали в тюрьму, как я. Он их спас.

Сакина грустно улыбнулась.

— Бедняга Викрам, — сказала она. — Он был абсолютно непредсказуем и весьма опасен. Ты даже и представить себе не мог, насколько опасен, — иначе ты ни за что бы не согласился путешествовать вместе с ним. Но когда он того хотел, то мог совершать благородные поступки.

Алиф вспомнил смертельную рану в боку Викрама и дотронулся до своего собственного, испытывая фантомную боль.

— Он прожил долгую жизнь. Очень долгую — такую же, как и сама Земля, наверное. Мне кажется, что, помогая тебе, он надеялся на то, что умрет на своих собственных условиях. Он знал историю той рукописи, которая попала в твои руки. Люди, которым она достается, обычно умирают рано. Во всяком случае, до глубокой старости никто из них так и не дожил.

— Я потерял ее, — сообщил Алиф, опуская голову. — Я имею в виду «Альф Яум». Я его потерял.

Сакина от изумления широко раскрыла глаза.

— Потерял? Но как? У кого книга сейчас?

— Я понятия не имею, кто бы мог ее взять. У Руки ее нет. У шейха Биляля тоже. Я укрылся в Башире, используя ее для создания кода, а потом все пошло не так…

Сакина подалась вперед и, сжав ладони под подбородком, впилась в Алифа взглядом своих солнечных глаз.

— Повтори, что ты сказал. Что ты имел в виду, говоря «использовать для создания кода»?

Алиф стал подыскивать понятные слова, чтобы все объяснить.

— Я догадался, что аль-Шахаб — мы называем его Рука — задумал сделать с книгой. Он поверил в то, что все мистики, пытавшиеся понять и разгадать книгу в течение веков, подходили к ней, в общем, не с той стороны. Он посчитал, что раз книгу можно понять только через символы, значит, она может быть использована как приложение для компьютера. Другими словами, он решил, что может использовать «Альф Яум» для создания совершенно новой системы кодирования и, таким образом, придумать некий суперкомпьютер, выстроенный на метафорах.

Сакина откинулась назад и теперь смотрела на Алифа так, что очень скоро ему стало не по себе.

— И ты все это сделал, — наконец произнесла она. — Ты все сделал, и все у тебя заработало.

— Вроде того. Но система действовала недолго, всего несколько минут, а потом сам компьютер, на котором я трудился, расплавился. Нужно было удалять слишком много параметров, чтобы программа заработала. А так получалось больше ошибок, чем правильных строк. Компь-ютеры чем-то похожи на ангелов, они построены, чтобы слушать и исполнять команды. И если давать им слишком много свободы действий и позволять толкование команд, они перестают справляться со своими задачами.