Вежливые Люди - Анастасия Игнашева

таких умных слов и очень удивился, если бы его кто-то так назвал. Как не знал и того, что никто ими не восхищается. Ибо трудно восхищаться выскочками и всезнайками, которые постоянно тыкают и указывают всем, как им жить и что делать.

Да.Не следовало его забирать из Островного. Но виноваты в произошедшем, разумеется, были члены правительства Златова, а в особенности — сам Златов, оплативший Реку Дагварду лечение в Островном Центре. Закончилось всё безобразной дракой Датча Дагварда с Виктором Златовым, но вот Рек общаться с «политиканами» не прекратил.

Спокойной жизни Датча настал конец.

* **

Та самая злополучная бумажонка, из-за которой разгорелся весь сыр бор и прочие нешуточные страсти, действительно попала в руки Кира Авуро. Тот с интересом перечитал цидулку несколько раз, а потом решил, на всякий случай, похерить и никому про неё не говорить. Во избежание. Но спустя несколько дней с ним связались ребята Волкодава и попросили отдать злополучную цидулку им. И Кир согласился. Так бумажка Влада попала в руки Ганса фон Кутченбаха. Тот прочёл, ухмыльнулся, а потом задумался. Влад мёртв, на Талпо разгорелась нешуточная заварушка, с которой эльдориане, учитывая нынешнее положение на Эльдории, вряд ли скоро справятся. А самое интересное, что в этой истории опять оказались замешаны Дагварды. И не одни, а в компании одного из членов бывшего правительства Маиси и активного соратника Златова. Ганс фон Кутченбах имел досье на всех членов Братства. И сейчас он запросил материалы на Паверса.

А Гвидо шёл во дворец, как на правёж. Да он и не сомневался в этом ни секунды. Что говорить принцу Аолию — он не представлял. А говорить надо было. И впервые с момента своего появления на Илуо, Гвидо начал жалеть, что когда-то вообще связался с рмаркритами и ввязался в ту драку на Марсе, когда он познакомился с Елеань. Всё тогда было как в дрянном кино. Парочка совсем опустившихся «торчков» попыталась вырвать сумочку у зазевавшейся дамочки. Да они и не ушли бы далеко — их ломало и корёжило в жестоком кумаре. Гвидо догнал их в два прыжка — торчки промышляли на его территории, а сами были пришлыми. Одного из них Гвидо ненароком зашиб насмерть. А тут патруль, как на грех. В участке выяснилось, что добычей торчков стала пудреница, помада, пачка носовых платков и немного мелочи. А Гвидо огрёб по полной. Правда, романтичная барышня, оказавшаяся рмаркритской аристократкой, таскалась к нему на свиданки и, как могла, скрашивала суровую тюремную жизнь. А потом и вовсе добилась, чтобы Гвидо выпустили по УДО. Поженились они в тюрьме, и Гвидо, после отсидки, из марсианских трущоб переехал прямиком в фешенебельный особняк жены на Илуо. Безродный бродяга с Марса, не знавший даже, кто его родители, о таком повороте даже мечтать не мог. Было от чего обалдеть.

Дворец утопал в зелени посреди огромного сада с яркими цветами, фонтанами и статуями. Оставив мобиль у Центральных ворот, Гвидо прошёлся по длинной, усыпанной цветным гравием дорожке, обсаженной с двух сторон цветущими деревьями, к высокому крыльцу из светлого камня. Лестница так же была уставлена вазонами с цветами. Слуги изгибались в почтительных поклонах. Рослый Гвидо был среди них как Гулливер среди лилипутов. Он долго шёл в сопровождении всё так же угодливо изгибавшихся слуг по бесконечным коридорам и анфиладам комнат. Дворец чем-то напоминал ему когда-то виденный Екатерининский Дворец в Пушкине, в России, замок Нойшванштайн в Баварии и ещё что-то… Вокруг была бьющая в глаза роскошь. Слишком много всего было в этих пышных интерьерах. Живые цветы соседствовали с лепниной и позолотой, гобелены и ковры, картины, бронза… От всего этого рябило в глазах и глаза уставали. Из какой-то двери, как чёртик из табакерки, выскочил Аолий Рмаркритский. За ним следом — две какие-то девицы. Слуга и принц, то есть, уже почти император, шикнул на них и девицы испуганно исчезли. Гвидо поклонился. Он ещё раз попытался собрать в кучу враз разбежавшиеся мысли и попытался придумать, что же ему говорить, но Аолий заговорил сам.

— Я уже знаю, что произошло на Талпо. Диктатор мёртв. Пожар уничтожил его резиденцию. Я поступил глупо, рискуя вашей жизнью. Если бы вы не вернулись — моя честь так и осталась бы запятнанной. Хотя никто, кроме меня, не знал бы этого.

— Вам нужна была помощь и я сделал всё, что мог, — возразил Гвидо, — Разве это не долг подданного?

Аолий Рмаркритский смотрел печально.

— Увы, я не смог понять раньше, что одна единственная ошибка может привести к непоправимым последствиям, — сказал он. — Я благодарен вам за то, что вы не дали себя убить и вернулись. Благодарен не меньше, чем за всё остальное, что вы сделали. Это Жегг… не хочу больше упоминать имя этой женщины. Это она принесла мне бумаги. Я приказал отправить её в Башню.

— Позвольте мне рассказать о наших приключениях, Ваше Высочество, Драгоценность очей…

Полковник Малинин.

Принц, уверенный, что главное доказательство его прокола уничтожено, теперь озаботился тем, чтобы убрать главных свидетелей, которыми, без сомнения, были Дагварды и Гвидо Паверс. Но убивать их сразу было бы неразумно и опасно. Однако же и тянуть с этим тоже не следовало.

Глава 14

Из огня, да в полымя

— Пусто. — хмуро доложил Бизон, — Смылись.

— Ну да. После того, как Златов вернулся и попросил их на выход. — ухмыльнулся Джинн, — И какого этого мы вообще тут? Так они нам всё и оставят.

Анка обошла территорию бывшей базы, осматривая окрестности. На вытоптанной, залитой чем-то химическим земле, валялся всяческий военный мусор — тряпки, разрозненные башмаки, какие-то железки.

Всё-таки у военных потрясающая способность всё загаживать. Независимо от того — чьи это военные. — подумала Анка.

— Снимаемся. — сказал Стрельцов, — Ловить тут нечего.

— Едет кто-то. — сообщила Беда.

Кем-то оказались Шекла и его телохранители.

— Таааак… — медленно произнёс Стрельцов, внимательно разглядывая визитёров, — Кто такие? Откуда-куда-зачем?

Шекла явно не ожидал их увидеть.

— Я — вождь Вольного Племени людей! — высокопарно ответствовал он, приосанившись, — А вы кто